Бастион: Поступление - Владимир Атомный

а если кто приуныл, живо развеселят. В столь сильном коллективе надо быть на высоте.

В дверь пару раз бухнули, и створка открылась. Я даже выдохнул, ведь к нам в келью пожаловал “медведь”, то есть очень похожий на него человек: выше меня ростом и точно шире в плечах, одет в повидавший жизнь камуфляжный костюм. Волосы гостя, темные с выгоревшими до коричневого перьями, чуть отпущены, со вписывающейся в образ неопрятностью. Парень брился давно, и тёмная щетина доходит чуть ли не до стальных глаз — эти два тяжёлых ока озирают мир из-под нависающих массивных бровей. Вообще, образ выточен из камня: здесь и полные обветренные губы, и тёмно-красное, от вечного загара, лицо, большой прямой нос и высокий ровный лоб. Есть шрамы, что кое где уходят под одежду. За плечами потерявший всякий цвет рюкзак среднего объёма.

— Всем привет, — гулко, но неожиданно мягко произносит гость.

— Добрый день, я Матус. С недавнего времени заместитель магистра.

Протягиваю руку, ощущая крепкое, надежное пожатие.

— Варг, адепт, инструктор. Очень приятно, — ответил он, сместив взгляд на Журавля.

— Всё так, — кивнул бывший замглавы, — я сам попросил Матуса занять этот чин.

— Ну ладно, — как-то легко принял новость инструктор. Может, потом всё разузнает. — Извините, что припозднился. Учёба задержала.

Варг присаживается на ступеньки, что напротив входа и ведут в основное помещение библиотеки. Из рюкзака появляются какие-то фигурки и нечто замотанное в коричневую бумагу.

— Не обижайся, тебе, Матус, нет сувенира, а остальные разбирайте… Это из одной дальней деревушки. Журавль, передашь магистру? — протягивает сверток.

— Лучше ему отдай, — показал на меня Журавль. — Знаешь, а ведь она заходила недавно…

— Да ладно? — Варг сильно удивился, протягивая уже мне посылку.

Журавль дернул головой, убирая чёлку и поясняет:

— Именно, благодаря Матусу это и произошло.

Губы Варга выпятились, и он с чувством говорит:

— Круто! Передашь, ладно?

— Хорошо, — ответил я, чуть смутившись.

Ребята дружно и быстро выбрали по фигурке. При ближайшем рассмотрении, оказалось, что это олени, только выполнены стилизовано и с величайшим мастерством.

— Дорогие, наверное? — спрашиваю у Варга.

— Знаешь, они их не продают. Это что-то типа древнего культа — обереги, но я достал им одной редкой травы и получил оленей в подарок. Если хочешь, возьми моего.

— Нет-нет, оставь, — запротестовал я. — Спасибо.

— Ладно, потом тогда привезу ещё, — Варг сурово вытянул губы в улыбке, вышло хорошо. Руки уже опять шарят в рюкзаке. — А это рыба, филе! Особый рецепт. Она речная и мне очень понравилась… Хах, что интересно, они её не ловят, — сообщил он удивительную весть. — Два раза в год, самцы выбрасываются на берег, здоровенные такие, потом их специальным способом консервируют и вот, можете попробовать.

Из ставшего уже священным рюкзака, появился и хлеб, потом бутыль на литра два. Стекло тёмное, очень грубой и видимо старинной работы, но жидкость внутри ещё темнее.

— Ну и к ней ещё наливают такой настой, — представил нам бутыль инструктор. — Здесь ягоды, травы, есть кора деревьев, несколько мхов. Короче, надо пробовать, иначе не расскажешь.

Я начинаю смотреть на Варга, как дети смотрят на деда, что знает множество историй. Просто чудеса какие-то, иначе и не скажешь. Рыба практически исчезла со стола, а наш инструктор достаёт ещё кусок, которого, наконец, хватило.

После славного пиршества и увлекательных историй, никому особенно делами заниматься не охота, я же, разговорам предпочитаю встречу с Вероникой, если она ещё в школе.

Звонок. После добрых и приятных приветствий:

— Слушай, а ты ещё у себя?

— На данный момент подошла к машине, — сообщила девушка. — Что случилось?

— Да ладно тогда, не буду задерживать…– взялся отвечать я.

— А что будет, если задержишь? — спросила она с озорством.

Вопрос ещё больше сбил с ног.

— Ну-у… э-э… даже не знаю.

— Буду ждать в машине, подходи, — всё решила председатель.

Улыбка живо обосновалась на лице, с полной уверенность быть там долго. Ребята дружно попросили передать целый мешок приветствий магистру и, собрав всё, я двинулся к воротам. Обтекаемого красавца Вероники видно издалека — каждый раз сверкает чистотой и блеском. Ближайшая дверь приоткрылась, показывая куда садиться. Я ещё шибче раздвинул губы.

— Привет, — весело выдал я.

— И тебе, Матус.

Девушка тоже дарит свет улыбки.

— Вот, — протянул свёрток я, — это от Варга, просил передать.

— Любопытно, — отозвалась девушка, впиваясь взглядом в упаковку. — Спасибо.

Вероника убрала посылку на столик спереди, но, опережая вопросы, заговорила сама:

— Ты всё с клубом?

— Ну да, — отвечаю я, поудобней приёрзываясь в кресле. — Ребята ещё беседуют, но дел на сегодня нет.

— Может тогда прокатимся? — сделал Вероника соблазнительное предложение.

— Блин, велосипед здесь! Давай, я его в комнату закачу?

Воззряюсь после слов на председателя.

— Тогда и завтра заехать? — тут же уточнила она.

— Ага, буду рад, — воскликнул я с палитрой счастья в голосе. — Всё, я щас!..

Вероника окутала фиалком, что мягко и вкрадчиво кружит голову. Бегу к зданию библиотеки, а в груди рвётся наружу кураж, как в детстве, ноги словно невесомы, и ты делаешь большие прыжки, ненадолго взлетая. В подсобку вваливаюсь красный, с дикой одышкой и безмерно радостной рожей, с трудом доношу мысль и назад, оставляя удивлённо-радостные лица.

Где-то с середины перехожу на шаг, чтобы хоть немного успокоить дыхание и нормально вести беседу. Кровь продолжает яростно нестись по венам, полня мышцы силой. Неистраченный запал нужно куда-то отвести и, с досадой отмечаю, как вспотел. Как в таком виде теперь разговаривать?

— О, как ты быстро! — воскликнула девушка. — Бежал?

— Да, — обречённо признался я.

— Возьми, — протягивает Вероника платочек.

Хотел задать дурацкий вопрос, но язык онемел на миг. Этот белый, с цветочным узором лоскуток ткани пахнет так же, что и парфюм Вероники на Докладной Комиссии. Благоговейно опускаю его на лоб, протираю нос, щеки… Это и приятно, и досадно, ведь такая драгоценная вещь в руках. Окрылённо взираю на благоухающую ткань, с трудом выталкивая слова:

— Спасибо большое.

Вероника отвела взор улыбнувшись. Лимузин трогается и вскоре удаётся прийти в себя, положив платок в карман, спохватываюсь и взгляд на девушку:

— Ой, я это… чтобы постирать.

— Можешь оставить себе, — разрешила