Ведомые Духом - Катти Шегге

— Когда же он возродится?! В чьем теле? — с улыбкой спросила Двина.

— Мы с Лансом подыскиваем избранника, — смеялась в ответ тайя.

События последних дней плена всплыли у Лиссы в памяти, когда девушка бросила последний взгляд на высокие каменные строения на севере, окружавшие Одинокое Озеро. К носилкам, опущенным на землю, на стройном белом жеребце приблизилась Двина, одетая, как обычно, во все черное.

— С нами отправятся не все эти здоровяки, — обратилась она к Лиссе, указывая на вооруженных гарунов и степняков, толпившихся на берегу. — Здесь в основном люди Рабаха, которые должны забрать прибывший товар из Мидгара. Табар не удержался и решил немедленно тронуться в путь, боясь, что Рабах не отпустит нас из своего дома. А в той дальней повозке содержатся рабы, среди которых и Дуглас. Они будут разгружать баржу.

Лисса внимательно поглядела на деревянный фургон, напоминавший тот, в котором их доставили на Озеро. Вскоре Ланс подтвердил слова Двины:

— Там четыре рудокопа: Дуглас, пленник, купленный Боманом по дороге, и двое новичков.

Когда баржа причалила к песчаному берегу, гаруны ударами кнутом выгнали рудокопов из фургона и заставили перегружать товар на большие повозки, поджидавшие у воды. В это время Табар на черном мерине в дорогой упряжке подъехал к девушкам.

— Я прикупил, как ты видишь, нескольких рудокопов. Одного я подарю тебе, как и обещал. Остальные же пригодятся в моем хозяйстве, — обратился он к Двине. — Быть может, я начну строительство нового дома, в котором тайя будет самой красивой хозяйкой Аватара.

Табар улыбнулся Лиссе.

— Мне действительно удалось вскружить ему голову, — послышался голос Ланса. — Теперь продолжим это дело.

— Уважаемый Табар, я только что говорила тайе о плохом самочувствии. Едва я увидела это судно, мне стало дурно, и заболела голова, — Двина сделала измученное лицо и приложила ко лбу смоченный платок.

— Надеюсь, тайя чувствует себя отлично?

— О, её также мутит, — ответила за подругу черноморка.

Лисса ничего не понимала из разговора и лишь улыбалась собеседникам. Ланс переводил беседу, но делал это с большим опозданием, при этом в который раз проклиная язык, намешавший гарунские, черноморские, пелесские и прочие слова разных времен.

— Прошу тебя, отправимся в путь на этих прекрасных лошадях, — продолжила Двина. — Ты все равно их купил, а на барже для них не найдется места.

— Этих лошадей погонят по степи на восток. Я уже нанял для этого человека. Люди Горима оградят их от нападений кочевников в Тристепье, а также присмотрят за рабами. С нами по реке пойдет только горец.

— Но я надеялась, что смогу намного быстрее освободить своего друга, которому обязана жизнью?! — возмутилась Двина. Она не ожидала подобного решения старика.

— Когда ты вернешься в Аватар из Гассиполя, куда отправишься в первую очередь, ты уже сможешь распоряжаться судьбой своего раба.

— Я не могу долго находиться возле воды, — вздохнула Двина и направила своего коня прочь. Эта фраза была сигналом к действию.

В ту же минуту Табар глубоко задышал. Он потянулся к воротнику легкой рубахи, чтобы освободить на нем завязки.

— Мне тоже нехорошо, — хрипло проговорил он.

Лисса громко закричала, когда степняк медленно сполз с крупа лошади на землю. К нему подбежали слуги. Один из них облил его водой. Горим пробился сквозь толпу, окружившую бездыханное тело хозяина. Он растолкал всех на своем пути, прислушался к груди побледневшего человека, а затем приказал перенести старика в тень. Двина, также поспешившая на помощь, осмотрела Табара, уложенного под высоким деревом. Рядом с собой девушка заметила Лиссу.

— Ступай в свои носилки, — обратился к ней Горим.

— Она хочет поддержать своего благодетеля, — вступилась Двина. Черноморка несколько раз ударила купца по дряблым щекам. Вскоре Табар открыл глаза.

— Что со мной произошло? — изумился он. Девушка присела возле старика. Рядом стоял горец, выражая полное недоумение и недоверие к действиям черноморского мага.

— Ты потерял сознание и упал с лошади, — ответил Горим. — Видно, перегрелся на солнце.

— Уважаемый господин, — Двина обеспокоенно притронулась ко лбу Табара, — я вижу, что это не просто обморок. У тебя горячее лицо, а тело покрылось красными пятнами. Вероятно, это болезнь, которую надо перенести в полном спокойствии на берегу, в окружении верных слуг и ученых людей.

— Нет, у меня просто закружилась голова, — Табар попытался встать. — Я уже хорошо себя чувствую. Как там дела на барже?

— Это был первый признак болезни, — настаивала Двина. — В твоем возрасте недомогание может быть вызвано многими причинами: солнцем, ветром, едой, водой. Я настаиваю на постельном режиме.

— Со мной все в порядке, — Табар медленно направился к реке, чтобы продолжить наблюдение за разгрузкой.

— У вас еще кружится голова, — Двина последовала за ним. За подругой поспевала Лисса.

— Это скоро пройдет, — ответил Табар, но пройдя несколько шагов, он внезапно остановился и оперся о руку, вовремя подставленную черноморкой.

— Горим, носилки для господина, — громко скомандовала она.

Табар прилег в тени, а Двина пожелала внимательно осмотреть купца.

— Я маг, я изучала разные виды болезней и способы исцеления от них, — решительно произнесла жрица. — У вас, мой господин, куариус, недомогание от мелких мух, размножающихся в это время года на реке. На здоровых людей эти насекомые не оказывают особого влияния, но если человек очень чувствителен, то испарения их выделений над водой вызывают потерю сознания, красные пятна по всему телу, жуткую головную боль. Наверное, слабость, что я ощущаю, также связана с этим.

— Никогда о таком не слышал, — пробормотал Табар.

— Вы не доверяете словам мага?! — возмущенно заявила Двина. — Тогда ступайте к воде, и, упаси Уритрей, если вы не сможете от неё самостоятельно отойти. Вам надо держаться подальше от реки, по крайней мере до конца лета.

— Но раньше такого со мной не случалось?!

— Табар, вам уже не двадцать, и не сорок лет. С возрастом меняется организм, — она твердо стояла на своем. — Вы серьезно больны, мой друг.

Упрямый и недоверчивый степняк, тем не менее, попытался подойти к воде. Двина и Лисса сопровождали его на этом коротком пути. Каждый раз он заканчивался кружением головы. В конце концов, Табар приказал возвращаться на Озеро. Гориму было поручено закончить дела на берегу.

— Я ведь столько времени провел на Озере и чувствовал себя превосходно, — недоумевал Табар, устроившись в крытых носилках, прежде занимаемых тайей. Двина и Лисса на лошадях следовали за ним.