В тени большого взрыва 1977 (СИ) - Арх Максим

Я сказал, что без подписания бумаг, потом может геморрой случиться, который нафиг не нужен и напомнив, что ничего не решаю, пошёл позвать Екшина.

Тот переговорил с музыкантами, выслушал мою позицию, улыбнулся Марте и тотчас дал поручение своему помощнику, который сидел в коридоре, найти и доставить сюда Тейлора немедленно.

— А пока. Может быть нам начать репетировать прямо сейчас? Тут? — предложил Клаус.

— Нет, ребята. Сейчас у меня другая проблема, — покосился на Марту. — Мне ей надо программу подобрать.

— Ясно, — кивнул тот и предложил. — Но тут же есть ещё несколько студийных комнат. Давай мы будем репетировать там?

— А контракт? Как же без контракта? — забеспокоился Екшин.

— Репетируйте. Только ко мне сегодня ни с какими вопросами не лезьте. Даже с самыми невинными. Считайте, что меня нет. Просто я буду очень занят и не люблю, когда прерывают творческий процесс, — произнёс я и протянул две кассеты: одна минусовка — только музыка, без вокала. Другая с музыкой и голосом. Также передал ноты и тексты песен. — И имейте в виду. Как приедет Тейлор, сразу подписываете контракт. А песни, — хмыкнул пионер и как можно пренебрежительней произнёс: — они зарегистрированы все в агентстве по авторскому праву. Так что пока они мои.

Те и не собирались их воровать, о чём сразу же и заявили. Аргументировали же они тем, что сотрудничают с лейблом, который сотрудничает с Тейлором. И такого плана кидок просто не возможен, ибо себе может боком выйти.

— А если всё же своруют? — озадаченно произнёс мидовец, глядя в след удаляющейся, радостно переговаривающейся группе.

— Да не своруют они, — махнул рукой я. — Зачем им? Да и потом, там всего несколько композиций. Для полноценного альбома явно мало. А где они ещё возьмут? Быстро придумают и запишут? Маловероятно. Так что уверен, они ничего плохого делать не будут, ибо знают, что мы им ещё понадобимся.

Уважаемый Читатель, если роман Вам нравится, то пожалуйста, поставьте на главной странице книги лайк (нажмите сердечко), а также оставьте пожалуйста комментарий. Для автора это очень важно.

Ссылка: https://author.today/work/148390

Глава 36

Когда группа уехала, я повернулся к находившейся в шоке претендентке.

— Ну как они тебе?

— Великолепны, — в восторге произнесла та. — Но Вы, ваша музыка намного лучше любой известной мне группы. Ваши песни трогательны и прекрасны. Они ранят в самое сердце.

— Благодарю вас, фройляйн Марта. Итак, чтобы нам подобрать Вам?

— Я хотела бы петь как они.

— Но, они же металл играют.

— Да. И он сейчас становится очень популярным. Я бы тоже хотела петь в таком стиле.

— В металле?

— Конечно… Или вообще… вообще в панке…

— А не хотите то, что пели наши девчата? Попсу — диско?

— Нет, — категорически заявила та и от неё мгновенно словно бы повеяло непреклонностью и можно сказать — бунтом.

— Почему же? Это очень благообразный стиль, — попытался пионер образумить красавицу.

— Вот именно. А я хочу что-то другое, — а затем, неожиданно распустив волосы, посмотрела на меня и добавила: — Что-то такое… такое — неформальное.

— Зачем тебе? — удивился я, разглядывая пышную шевелюру. — Ты образована, выглядишь как фотомодель, семья у тебя, скорее всего, тоже в порядке. Папа, вон у тебя большой человек — секретарь самого канцлера. Так зачем заниматься глупостями?

— А я хочу! Хочу чего-то настоящего! Чего-то такого, что будет не сном, а самой настоящей правдой! Ты не представляешь, как это всё надоело, — сказала она и, подвинувшись ко мне ближе, прошептала, глядя в глаза: — А вот ты настоящий…

Блин, это было так неожиданно и так приятно. От неё вкусно пахло духами, накрашенные губы манили, а милый голос заставлял сердце дрожать. Всё это — милая девочка в купе с соответствующей обстановкой вновь напомнило мне о прошлом, о той девочке неформалке, о моей любимой студии во Владыкино, о весёлых денёчках… И я, помимо своей воли, поддался её призыву, потянувшись к мягким и нежным губам, которые незамедлительно словно впились в мои в ответ…

Говорят, дурное дело не хитрое, вот и у нас оно заняло пять минут… А точнее сказать пять волшебных минут, в которые мы оба, что не мало важно, полетели по межзвёздным путям и райским кущам.

И когда мы полетели во второй раз, полёт этот был настолько замечателен, что, паря среди звёзд и туманностей, я совершенно забыл кое-что сделать…

— Ё* твою, Васин, ты чего творишь?!! — прохрипел голос Кравцова, и я вспомнил про не запертую дверь.

— А-а! — вскрикнула красавица разгибаясь.

— Опс, — хмыкнул я.

— Васиииин!!! — схватился за голову комитетчик обалдело глядя на разврат.

— Товарищ Кравцов, б**, я уже тебе сто раз тебе говорил, что стучаться надо! Да и вообще… Чего за кипишь? Вроде бы всё чикибамбини. Ничего такого не случилась. Я думаю, нам скандалы ни к чему. Поэтому, полная тайна организации. Окей? Ну и окей! — рявкнул я и, даже не застёгивая штаны, подошёл к полковнику и выпихнул ошалело смотрящего на меня соотечественника за дверь, крикнув ему в спину: — Мы репетируем! Ещё недорепетировали до конца! Так что не мешать! Мы заняты!

Закрыл-таки дверь на ключ, а потом, дабы не обламываться на полпути, мы полетели вновь…

Надев, кто штаны, а кто юбку, поправили причёски и, поцеловавшись ещё раз, приступили к более мирскому…

— Так, что-то я тебя не понял… Ты не хочешь петь танцевалки?

— Хочу, но только такие, которые будоражат и бросают вызов обществу.

— Ну и словечки у тебя…

— Алекс, ну так ведь я дочь заместителя министра, — резонно напомнила Марта.

— Согласен. Это многое объясняет. Получается, ты просто хочешь сделать папе назло?

— Да! — чрезмерно резко произнесла она, оторвавшись от зеркальца в пудренице. — Вот теперь ты всё правильно понял. Не только папе, но и маме и дедушке! — подкрасила губки, встала и прошлась вдоль дивана. — Ты не представляешь, как меня бесит: то нельзя, это нельзя, сюда не ходи, это не делай. А я, — она тыкнула себя в грудь пудреницей, — я личность!

— Кхе-кхе, — закашлялся я, вспоминая мою Люсьен, которая тоже всё время всем собиралась что-то доказать, абсолютно не понимая, что в том времени, в котором мы с ней жили, всем уже давно всё доказали и, по большому счёту, всем давно было абсолютно по***. И тут важно не слово по***, а фраза — абсолютно по***!!!

— Поперхнулся? Может воды? — заботливо произнесла Марта, а затем неожиданно добавила: — Или виски?

Я вновь закашлялся.

— Виски? Ты чего, виски пьёшь?

— Ну не то, чтобы пью… Только для храбрости. Я вот, — она подошла к своей сумочке и достала уже початую бутылку, — принесла немного, — и повторилась: — для храбрости.

Чуть не умерев от кашля и от изумления, протёр глаза, пытаясь вникнуть в нереальную — сюрреалистическую картину — симпатичная заграничная няша и литровый пузырь не менее заграничного пойла.

— Убери, — категорически произнёс пионер поморщившись. — Сейчас моё начальство придёт и кипишь будет. А он нам не нужен.

— Так ты не будешь?

— Нет, — проблеял я.

— А я, пожалуй, сделаю глоток, — сказала та и присосалась к горлышку.

— Ну и деваха, — буркнул себе под нос, находящийся в завязках мальчуган, и стал размышлять, чтобы нам такое с ней сделать, имея в виду — в музыкальном плане.

Подумал-подумал, да и надумал, однако перед тем, как предложить, нужно было кое-что узнать: — Марта, скажи, а что сделает с тобой и со мной твой папа, когда ты будешь прыгать на сцене как металлисты.

— Он разозлиться и…

— И… — поторопил я.

— Ну я не знаю, — пролепетала она. — Будет в бешенстве.

— Вот именно. И гнев его падёт в том числе и на меня. Ты-то отмажешься, а вот мне таких п**** вставят, что мало не покажется.