Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

Землянин лично проверил все баррикады, которые закупоривали проходы в Новый город. Возле каждой такой пробки дежурило по пятьдесят пехотинцев и столько же арбалетчиков. Кроме того на крышах близлежащих зданий он расположил по двести стрелков-теро.

Кроме его бойцов возле каждого прохода в город было ещё человек триста вооружённых чем попало теро. Таким образом, половина войск у него отдыхала, а вторая несла вахту.

В течении следующих нескольких дней кочевники нападали. Нападали в нескольких местах сразу стараясь прорвать оборону, закидывая баррикады горящими факелами. Но мало кто из поджигателей успел добежать до баррикады и бросить туда факел. Были, конечно, смельчаки, были, но как то быстро кончались.

Если не считать недовольного всем происходящим владыки и от которого каждый день с курьером приходили письма с упрёками что он долго возится с этим сбродом. То самыми большими проблемами для землянина стали две проблемы — сотни разлагающихся трупов иликов и их лошадей и как ни странно теро.

Если ближние к баррикадам трупы удавалось кое-как закапывать, перекопав поле перед баррикадами большими траншеями и скидывая туда трупы. То со второй проблемой было много сложнее.

Многие теро вступившие в сформированные боевые отряды буквально рвались в бой. Никитину временами казалось, что не только у иликов ферромоны своим действием усиливают их природную кровожадность, но и у теро.

Воодушевленные чередой непрерывных побед, обитатели города буквально рвались в бой, видя как лихо и с большими потерями для врага, они отбивали все его атаки.

Сергей несколько раз собирал самых авторитетных из теро и объяснял им свои мотивы — что он хочет истребить кочевников с минимальными потерями для его войска и теро. Те слушали, соглашались с ним, но на следующий день всё начиналось заново.

На четвертый день, когда на одной из баррикад уже отбили очередное нападение кочевников и те откатывались назад из окон одного из зданий, вдруг как то неожиданно выскочило сотни две, чем попало вооружённых теро и с воплями бросились догонять кочевников.

О чём думали эти безумцы, для Никитина так и осталось тайной. Глядя на их порыв другие, тоже захотели их поддержать и землянину, пришлось даже развернуть шеренги назад и преградить щитами и копьями движение впавшую в боевой раж толпу.

Если бы сейчас на них напали кочевники то у них был шанс прорваться, но кочевники были заняты горсткой безумцев, которые с завываниями бежали прямо в их лагерь.

Правда добежать до него этой группе так и не удалось, не удалось. Тысячи стрел, потоком обрушились на теро, и несколько минут спустя всё было кончено.

Этот день запомнился Никитину больше всего в этой компании. Крики кочевников добивающих уцелевших смельчаков или правильнее было бы их назвать безумцами. Яростные крики теро которые рвались им на помощь, пронзительные вопли женьщим чьи сыновья и мужья сейчас там умирали. Землянин даже приказал арестовать нескольких особо крикливых и харизматичных крикунов и посадить в погреб.

Кочевники выместили свой страх, на телах убитых теро издеваясь над их трупами. Некоторые кочевники даже демонстративно стали вырезать и поедать сердца погибших. Что вызвало новые крики озлобления со стороны теро.

Никитину надоело смотреть на все эти мерзости, и он приказал зарядить баллисты несколько заранее припасёнными круглями ядрами, которые были щедро пропитаны составом смолы и нефти.

Выставив баллисты на прямую наводку, он дал команду на пуск. Небольшие пылающие ядра долетели почти до начала лагеря и, подпрыгивая, вкатились в лагерь, поджигая всё на своём пути. Одно особенно удачно попало в большой шатер, отчего он сразу вспыхнул.

Сотни лошадей с диким ржанием заметались по лагерю, снося там всё вокруг. Катапульты стреляли, непрерывно добавляя суматохи во весь этот ад. Теперь уже теро радостно кричали, с радостью наблюдая за мучениями кочевников, которые носились живыми факелами по полю.

Со стороны крепости тоже раздавались злорадные крики теро оборонявших Старый город.

На пятый день кочевники, которых осталось тысяч пять, поняв, что из города им живыми не уйти, вдруг всей силой ломанулись на штурм Старого города и резиденции владыки.

Вначале казалось, что как и в прошлые приступы у них ничего не получится, но уж больно отчаянно шли степняки на приступ. Разменивая за жизнь одного теро три-четыре свои жизни иликам удалось захватить стены резиденции владыки, где горы трупов уже вплотную приблизились к высоте стен!

В лагере осталось едва ли тысяча кочевников и Никитин, оценив ситуацию, дал команду выводить войско за пределы баррикады. Пока войско построилось, пока закидывали ров и растаскивались баррикады, прошёл час. Судя по крикам из резиденции и из Старого города, там схватка всё ещё продолжалась. Противники продолжали с упоением резать друг друга.

Теперь наступило и их время вступать в сражение. Разбившись на несколько колонн, войско спорым шагом двинулось к лагерю кочевников, обходя особенно большие островки трупов и задыхаясь от зловония царившего тут. Некоторые бойцы давились при виде такого зрелища.

Кочевники, оставшиеся в лагере, не оказали особого сопротивления. Многие из иликов были ранены, но изо всех сил старались прихватить с собой своих врагов. Озверевшие теро не были склонны щадить, кого-то из этого племени и убивал всех подряд.

Пока теро добивали остатки кочевников, две колонны рванулись вслед за прорвавшимися иликами. Как только его бойцы залпами стрел сбили оборону противника, Сергей сразу послал куръеров со строгим приказом, что бы они, не наступали, а аккуратно занимали территорию, пропуская вперёд теро. В конце концов, освобождать свой город, кто за них будет?

Арбалетчики и лучники теро быстро занимали все возвышенности, ограничиваясь отстрелом кочевником не вступая с ними в открытый бой. Часа через два всё было кончено — ликующие горожане обнимали друг друга и его бойцов, радуясь победе. Отовсюду доставалось вино, и начались танцы. Из Старого города, до которого не добрались кочевники. потянулись подводы с вином и снедью. И понеслось!

Ещё через два часа в его войске с трудом набралось сотня людей и нелюдей, которые по тем или иным причинам не пили вино, ещё сотня воинов «навеселе» помогала им затаскивать фургоны с боеприпасами и амуницией.

Землянин опасался что под шумок, завтра утром можно будет недосчитаться многое чего из его имущества. Только пристроив за высокой изгородью и расставив вокруг охрану из несклонных к забавам с Бахусом парней, он немного успокоился.

Ничего рационального сегодня не предвиделось. Город просто спонтанно с размахом гулял, сбрасывая с себя как змея старую кожу, эту чёрную полосу в своей жизни.

Где то