"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Огненная пелена на долю секунды заволокла глаза Жака. Пейзаж вокруг изменился. Теперь они стояли на холме. Отсюда были хорошо видны крепостные стены Глогара и небольшие деревушки, со всех сторон боязливо жмущиеся к главному городу планеты.

– Пойдем, – Элька взяла короля за руку и потянула к стоящему неподалеку вертолету. – Здесь скоро станет слишком жарко.

Угловатый «Эрдоган» хищно рубил воздух парой трехлопастных винтов. Сплюснутый нос нервно подрагивал в гредвкушении полета.

– Садись, – приказала Элеонора, показывая на кресло второго пилота. – И задавай поменьше вопросов. В свое время всё узнаешь.

Жак молча плюхнулся в кресло.

– Тебе не холодно? – поинтересовалась Элька, забираясь в кабину.

– Нет.

– Хорошо. Значит, мне удалось заменить кремниевые структуры в твоем организме на прежние – углеродные.

Ловко орудуя штурвалом, она мягко подняла машину в воздух и, заложив лихой вираж над кронами деревьев, направила вертолет на восток. Жак осторожно дотронулся до своей головы, еще раз убеждаясь, что ее всё-таки не отрубили на эшафоте. Если бы он обнаружил над плечами только обрубок шеи с торчащим из него позвонком, то совсем бы не удивился. Скорее, наоборот, обрадовался бы. Может, он действительно умер и всё происходящее – это его персональный ад? Он летит неизвестно куда на архаичном инопланетном аппарате, пилотируемом демоном, скрывающимся в обличье его жены.

– Элька…

– Долго объяснять, – отрезала женщина. – Ты всё равно не поймешь. Гипотеза ада – ошибочна.

Вертолет шел над лесом, едва не задевая верхушки деревьев. Элеонора постоянно ерзала на своем кресле, беспокойно вертя головой из стороны в сторону.

– Ты уж постарайся всё-таки растолковать, – потребовал Жак, нащупывая рукоять трофейного лучемета. – Или я пойду пешком.

– Ты слишком медленно думаешь. Боюсь, не поймешь. Ты вообще когда-нибудь пробовал разговаривать с улиткой? – вздохнула Элеонора. – Или с амебой?

– Никогда не приходило в голову заниматься этим, – удивился Жак. – А у кого-нибудь получается разговаривать с амебами?

– У меня – нет. – Элька резко сменила курс и потянула штурвал на себя. Высота заметно увеличилась. – Скажи, что ты чувствуешь, когда из-за тебя страдают люди?

– Смотря как сильно страдают…

– Гибнут миллионами в страшных муках, и ты ничего не можешь изменить, – Элька щелкнула тумблером автопилота, бросила штурвал и уставилась на Жака своими пронзительными глазами. Тот виновато отвел взгляд.

– Хреново будет, – с трудом выговорил он, сильно побледнев. – Наверное, я застрелюсь.

– А если не сможешь?

– Как это?

– Не сможешь, и всё? Что будешь делать?

– Постараюсь забыться. Вылакаю бочку полынной настойки и накурюсь смешной травы.

– То есть затормозишь свой разум. Станешь улиткой, – кивнула Элька. – Логичное решение. Я так и поступила когда-то.

– Не понимаю тебя. Я даже не понимаю, ты ли это. Расскажи всё с начала, – попросил Жак. – Чем умнее человек, – наставительно произнес он, – тем легче он сможет объяснить свои мысли более тупому существу. Помнится, ты рассказывала о землянине, который дрессировал инфузорий. Забыл его имя.

– Барон Мюнхгаузен его звали. Ладно, попробую, – смилостивилась Элеонора. – Моя вселенная погибла много миллиардов лет назад.

«Хорошее начало, – подумал Жак, косясь на приборы. – Реакторы заряжены полностью. Вертолет прошел модификацию и может летать очень долго. Пока не износятся трущиеся детали механизмов. Интересно, куда она направляется?»

– Твою вселенную погубила катастрофа? – спросил он, не сдерживая улыбку. На мгновение ему показалось, что он подыгрывает сумасшедшей и, словно опытный психотерапевт, пытается проникнуть в ее подсознание. Однако, когда он вспомнил груды мертвых тел в Цитадели, улыбка сама собой сползла с его лица.

– Нет. Это была естественная смерть. У всего есть начало и конец. Даже бессмертные рождаются и умирают. Вопрос в том – остается ли продолжение. Смерть нашей вселенной дала толчок возникновению вашей. Звездолет «Ковчег» стал продолжением погибших навсегда миров. На этом звездолете прилетела я и еще одиннадцать существ. Мы хотели создать планеты, посеять на них жизнь, взрастить разум и обеспечить создание следующего «Ковчега».

Кабину вертолета тряхнуло. Элька до предела отвела от себя ручку управления, и «Эрдоган» спикировал к верхушкам деревьев. Краем глаза Жак успел заметить, как над горизонтом, подобно гигантскому нарыву, вспухает черно-красная полусфера. Элеонора нервно дергала штурвал и что-то невнятно бормотала. Жак бросил еще один взгляд в сторону странного облака. Нет, он не ошибся. Слишком характерная форма. Над тем местом, где когда-то находилась блистательная столица Эстеи, медленно вырастал ядерный гриб. Несчастные жители! Больше всего повезло тем, кто уже умер.

Мозг заработал со скоростью бортового компьютера космического перехватчика. Светового импульса не было. Значит, взрыв – наземный. Может быть, и радиация обошла стороной. Хотя это маловероятно. Ударная волна будет в любом случае. Летающая мясорубка, на которой они сейчас находятся, не удержится в воздухе ни при каких обстоятельствах.

Элька зачем-то потянула штурвал на себя. Идея, в общем-то, понятна. Во время бури корабли уводят подальше от берега, чтобы их не разбило о скалы. Только в этом случае правильная морская логика не работала. Стихия не та.

Жак вырвал рукоять управления из Элькиных рук. Зеленая равнина леса прыгнула им в лицо. Ветви яростно хлестнули по стеклам. Хруст ломаемых в щепки деревьев смешался с треском лопастей. Натужно взвыли двигатели, и «Эрдоган» тяжело бухнулся об землю. Всё стихло.

– Ты слишком медленно думаешь, – сочувственно произнес Жак.

– Устала я сегодня, – Элька закрыла лицо руками. – Спасибо тебе.

«Она! Всё-таки она!» – радостно подумал Жак. Кабина вертолета снова задрожала. Люди против воли вжали голову в плечи. Страшный ураган налетел внезапно и бушевал несколько секунд. Зарывшийся в почву «Эрдоган» трясся, но держал удар. По корпусу с силой брошенных со всего маху кирпичей стучали листья. Деревья гнулись, прижимаясь вершинами к самой земле. Пуленепробиваемое стекло кабины противно дребезжало. Не выдержав напора, оно покрылось паутиной тонких трещин. Жак отвернул лицо, чтобы уберечь глаза. Стекла лопнули, но осколки выдавило наружу. Вслед за ударной волной шла область пониженного давления. Два человека остались сидеть в кабине разбитого вертолета посреди леса, лишенного листвы. Жак вздохнул. Два человека. Сумасшедшая ведьма и развенчанный король.

– Демиург и развенчанный король, – поправила его Элька.

– Только не пытайся удивить меня способностью к телепатии, – обиделся Жак. – Этот фокус доступен многим расам. И прекрати корчить из себя Предтечу, я тоже устал.

– Меня почему-то бесит твое недоверие, – удивленно пробормотала Элеонора. – Хотя демиургу это должно быть абсолютно безразлично.

Она посмотрела на Жака, и королю показалось, что ее взгляд стал теплее. Эти глаза больше не принадлежали бесстрастной статуе и не напоминали видеодатчики робота. Скорее походили на непроницаемые глаза дикой кошки.

– Ты? – с сомнением спросил Жак.

– Не совсем. Но, боюсь, сейчас это уже не так важно, – Элька вылезла из кабины, отошла на несколько шагов в сторону и с интересом оглядела остатки вертолета. – У нас очень мало шансов. В книге было сказано, что в тот день, когда смертные и бессмертные станут равными, начнется очищение Вселенной от скверны. Сегодня мы станем равными и погибнем вместе. Может быть, это очистит Вселенную?

– По крайней мере, от нас.

– Дед должен совершить ошибку, – Элька в задумчивости начала ковырять твердую землю носком ботинка. – Должен. Иначе всё теряет смысл.

– Чей дед? – насторожился Жак. Элеонора мотнула головой.

– Не важно чей. Важно то, что он очень редко ошибается.

– Ты не закончила свою историю.

– Эта история – бесконечна, независимо от нашей судьбы. Зачем тебе знать ее? – улыбнулась королева. – Вместо того, чтобы слушать глупые сказки, лучше наслаждайся последним часом жизни.