Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

нудный… — устало стонет Майкл и презрительно осматривает Терренса с головы до ног. — Как тебя вообще можно терпеть? Удивляюсь, что твоя невеста решила выйти за тебя замуж и терпит твой омерзительный характер.

— Я думаю то же самое и про вас. Удивляюсь, что все ваши прихвостни терпят вас. Надо обладать невероятно крепкой психикой, чтобы находиться с таким мерзким человеком, как вы.

— Ну все, заткнись! Я уже понял, что язычок у тебя такой же острый, как и у этого сопляка. И это — одна из причин, почему ты все больше начинаешь раздражать меня.

— Просто освободите девушку, и вы больше никогда не увидите меня, — низким голосом сухо требует Терренс. — И я надеюсь, что после этого вы оставите всю нашу семью в покое. Забирайте что угодно. Только прекратите портить нам жизнь.

— Нет, Терренс Джеймс МакКлайф, — качает головой Майкл, злостно хихикая. — Ты просто так от меня не отделаешься. Так же не отдается и этот сопливый щенок, при рождении нареченный Эдвардом Робертом МакКлайфом.

— Прекратите наивно думать, что мы станем выслушивать ваш бред, который вы хотите рассказать нам. Чтобы это ни было, нас это не волнует.

— А вот я так не считаю. Тебе придется узнать очень многое, что тебя определенно заинтересует. Это не просьба, а приказ. Ты выслушаешь меня, независимо от своего желания, прежде чем подохнуть и перестать травить мою жизнь вместе с этим щенком Эдвардом, со своей невестой Ракель, той белобрысой девчонкой Наталией и вашей матерью Ребеккой. Ваш папаша уже ждет вас где-то в другом мире, и вы скоро присоединитесь к нему.

— Может, хватит уже пугать нас? Вы наивно думайте, что ваши угрозы заставят нас наложить в штаны от страха?

— Черт, да заткни ты уже свое хавало! — громко рычит Майкл, приложив руку ко лбу и закатив глаза. — Меня уже тошнит от одного только твоего голоса! Сначала этот сопляк Эдвард доставал меня, а теперь и ты начинаешь действовать мне на нервы!

— Ар-р-р… — Эдвард раздраженно рычит и со злостью во взгляде уставляется на Майкла. — Короче, дядя, освобождайте девушку! Мы втроем с удовольствием свалим отсюда и забудем, что вы существуйте. НЕМЕДЛЕННО! ВЫ ГЛУХОЙ ЧТО ЛИ? ИЛИ МНЕ ВАМ В УХО ЗАОРАТЬ, ЧТОБЫ ВЫ УСЛЫШАЛИ МЕНЯ?

— Хватит орать, козел! — громко бросает Майкл и с презрением во взгляде смотрит на Эдварда. — Черт, как же я не люблю тявкающих щенков, вроде тебя, которые лишь создают вид, что они крутые и могут любому перегрызть глотку.

— А я действительно перегрызу вашу, если узнаю, что вы или кто-то еще причинил Наталии вред. Клянусь, дядя, увижу на ее теле хотя бы один синяк или одну царапинку — и вы труп! ВЫ ПОНЯЛИ МЕНЯ?

— Смотри в штаны не наложи, трусишка! А то тебя уже всего трясет! Вот твой братец и правда не боится меня, а ты лишь пытаешься безуспешно скрыть свой страх и факт, что чувствуешь себя беззащитным мальчиком, стоя передо мной и понимая, как тебе не хватает твоей мамочки, которая спрятала бы тебя за своей спиной и защитила ото всего плохого.

— ДОВОЛЬНО! — громко, раздраженно вскрикивает Терренс. — ХВАТИТ ЗАГОВАРИВАТЬ НАМ ЗУБЫ! Или вы по-хорошему освобождайте Наталию, или мы с Эдвардом обыскиваем весь дом и находим ее, где бы она ни была. А потом увозим отсюда куда подальше и сделаем все, чтобы она больше не повстречала вас и ваших гадов на своем пути.

— А что, Терренс, давай прямо сейчас и пойдем? — слегка прищурившись, скрестив руки на груди и бросив взгляд на Терренса, уверенно предлагает Эдвард. — По-моему, наш дядюшка не собирается освобождать ее добровольно. Так что нам придется обыскать каждый уголок этого чертового дома!

— Начнем отсюда! Вон сколько здесь закрытых дверей! Уверен, что открыв одну из них, мы и найдем Наталию.

— Да, пошли.

Только Терренс и Эдвард сдвигаются с места, как Майкл, выставив руку ладонью к ним, громко и раздраженно вскрикивает:

— ВСЕ ЗАТКНУЛИСЬ, ОБА! СТОЯТЬ НА МЕСТЕ! Я не позволю вам обыскивать мой дом и шляться по нему как у себя дома. Девчонку вы и так увидите! Только прекратите вопить, как психованные дебилы!

— Тогда поживее! — одновременно требуют Терренс и Эдвард и скрещивают руки на груди, уставив свои презрительные взгляды на Майкла.

Придя в бешенство из-за того, что оба брата МакКлайф смотрят на него в упор и в этот момент выглядят очень уж похожими, Майкл сначала также буквально убивает их своим ледяным взглядом, а потом с тихим рыком закатывает глаза и со скрещенными на груди руками громко ревет:

— Эрик! Эрик! ЭРИК! ЭРИК, ГДЕ ТЕБЯ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, НОСИТ? ТАЩИ УЖЕ СВОЙ ЗАД СЮДА! ЭРИК!

Через несколько секунд в гостиную пулей влетает запыхавшийся Эрик, не забывающий метнуть в сторону Эдварда и Терренса свой полный ненависти презренный взгляд.

— Да-да, мистер МакКлайф! — приторно-вежливо говорит Эрик.

— Где тебя носит? — возмущается Майкл. — Я зову тебя, зову, а ты, черт возьми, не идешь!

— Простите, мой господин, я не сразу услышал, — виновато оправдывается Эрик. — Мне Кэтрин сказала, что вы звали меня, и я пулей прибежал сюда.

— Ладно, плевать! Будь добр, приведи девчонку в мой кабинет через пару минут. Пусть эти придурки полюбуются на нее.

— Как прикажете.

— Так же скажи Юджину, чтобы он готовился к веселью. Очень скоро я отдам ему эту красотку, и он сможет сделать с ней все что захочет. И скажи ребятам, что я вот-вот позову их, чтобы они разобрались с этими козлами, которые уже задолбали меня, едва переступив порог дома.

— Конечно, мистер МакКлайф. Что-нибудь еще?

— Пока все. А сейчас иди за девчонкой и приведи ее в кабинет.

— С вашего позволения.

Эрик проходит мимо Эдварда, которого он буквально пытается убить своим презренным, леденящим душу взглядом, и который отвечает ему тем же. Майкл переводит свой холодный, хитрый взгляд на Терренса и Эдварда, которые, стоя рядом друг с другом, переглядываются между собой. Мистер МакКлайф поправляет рукава своего пиджака, подходит к братьям МакКлайф, приобнимает обоих за плечи и направляется в свой кабинет. Однако оба парня резко убирают руку дяди со своих плеч, а Майкл приподнимает руки и начинает идти впереди.

— Не переживайте, дорогие мои племянники, сейчас мои люди приведут эту белокурую красавицу, взбудоражившую умы всех моих помощников, — спокойно говорит Майкл. — Я долго думал над тем, позволять ли вам увидеться с ней в последний раз. Но потом решил позволить. Подумал, что вы оба захотите полюбоваться на девочку. Вы же так сильно любите ее…

— И я настоятельно советую вам молиться о том,