Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

Как вы уже поняли, я узнал о вас от госпожи Астрид. Вы произвели на нее весьма сильное впечатление. Она, я вам скажу, отличный знаток хорошего алкоголя. Это, конечно, не делает ей чести, но девушка имеет большой опыт в… дегустации увеселительных напитков. Так что я склонен верить ей в том, что вы — превосходный винодел. Я хочу лично в этом убедиться. И если вы сумеете впечатлить меня так же, как Астрид, я лично замолвлю за вас словечко перед императором. — Герцог сделал еще глоток вина.

— Даже так? Как именно вы предлагаете мне впечатлить вас, господин Морген?

— Скажем, превзойти самого себя — придумать такие напитки, которые станут столь же легендарными, как эти ваши добавки с морскими названиями… или даже еще более легендарными.

— Так ли уж они легендарны? — приподнял я брови, делая вид скромняги.

— О, вы недооцениваеете, как далеко распространилась ваша популярность, барон. Впрочем, стоит за это поблагодарить почившего виконта Близзарда. Ведь именно победа над оным привлекла к вашей доныне скромной персоне общественное внимание.

— Его отец, граф Близзард, вряд ли разделяет мнение общественности в отношении меня.

— Граф Близзард — личность не настолько крупная, чтобы считаться с нею, — усмехнулся герцог.

— В контексте вашего масштаба — вне всякого сомнения, а вот для простого барона…

— Ох, бросьте лукавить, Аксель. Мы с вами оба понимаем, что с вашими амбициями вы не просидите всю жизнь в баронах. И поверьте мне — дружба с приближенным императорского двора вам явно не помешает в деле повышения вашего статуса.

— Полагаю, я вполне смогу превзойти самого себя, господин Морген. Как вы сказали, я слишком амбициозен, чтобы останавливаться на достигнутом.

— Вы мне крайне симпатичны, Аксель. Сделайте мой прием, где будут сотни гостей, фантастическим, барон.

— Прием? Вы желаете, чтобы я сделал алкоголь для сотен ваших гостей?

— И очень знатных гостей, барон.

— Когда прием?

— Через неделю. Слишком малый срок для вас?

— Нет, в самый раз, — я улыбнулся и отпил вина — вполне приличного, кстати. Но мое все же куда лучше.

* * *

Всю неделю после работы я проводил несколько часов в лаборатории Берга: занимался своими собственными изысканиями. Когда срок подошел — все было готово.

Аристократическая тусовка состоялась в роскошном пятиэтажном особняке герцога Моргена. Все самые могущественные и богатые люди империи стекались в этот вечер туда. Я не входил пока в их число, но тоже был среди приглашенных. Поставка моего вина и новых к нему добавок в дом герцога была осуществлена сегодня утром. Морген выразил надежду на то, что я не разочарую его вместе с сотнями знатных гостей.

В ожидании начала вечеринки я прохаживался по длинным коридорам и просторным залам особняка, рассматривая старинные гобелены, современные полотна живописи и прочие украшения дома, в котором каждый предмет просто кричал о сказочном богатстве владельца.

Наконец прием начался. По залу непрестанно ходили официанты с подносами, заставленными моим вином и коктейлями.

Освальд Берг с супругой и Эйвой так же были здесь. Мы с младшей графиней уединились ненадолго, но затем мать увела ее куда-то, а граф принялся знакомить меня с некоторыми из других графов.

— Господин Ульберг, что такого в ваших коктейлях, признавайтесь! — воскликнула графиня Симсон. — Меня буквально раздувает от силы, переполняющей меня! Я чувствую, что могу свернуть горы сейчас!

— Ваши ощущения на грани истины, госпожа, — улыбнулся я. — Вы бы могли проверить свою силу, разнеся половину этого зала, но хозяин дома, боюсь, не одобрит такого вандализма.

— Меня гораздо больше заинтересовал другой ваш коктейль, господин барон, — вмешался в наш разговор ее граф-супруг. — Я почти всю жизнь страдаю близорукостью, но сейчас я вижу все совершенно четко — теперь я знаю, что лицо моей дражайшей супруги полно морщин, и я даже отчетливо вижу каждую из них.

— Ах, что за вздор ты несешь! — наигранно возмутилась его жена.

Я продолжал улыбаться.

— Неужто вы своим алкоголем вылечили мне глаза, барон?

— Боюсь, мои напитки не имеют столь потрясающего эффекта, граф, –сокрушенно вздохнул я. — Ваша близорукость вернется сразу же, как пройдет опьянение.

— Какая досада. Быть может, мне теперь вовсе не трезветь? — расхохотался граф собственной шутке.

Да, я позволил разгуляться своей фантазии и алхимическому таланту, когда делал новые добавки для коктейлей: одна из них временно улучшала зрение, другая — добавляла физической силы и выносливости, третья — давала эйфорию, но не наркотическую — без последующей ломки и привыкания. А еще абсолютно в каждом напитке сегодняшнего вечера уже содержался усовершенствованный «Штиль» — последствия опьянения устранялись, но само опьянение проходило естественным образом.

Тусовка аристократии определенно имела успех. Официанты едва успевали разносить бокалы с напитками. Ко мне то и дело подходили люди и заговаривали. Они хвалили алкоголь, задавали про него вопросы, осыпали меня потоками восторга и изумления. Люди были эйфорически рады после многих лет подпольного пьянства наконец заниматься этим открыто и легально.

Время было далеко за полночь, когда я решил, что пора покидать вечеринку знатных господ. Попрощавшись с семьей Эйвы, я засобирался к выходу, но тут воздух прорезал истошный женский вопль.

— Убили! Он мертв! Его убили!

Похолодев от нехорошего предчувствия, я обернулся. Гости окружили кольцом чье-то тело. Я подошел туда и с трудом пробрался в центр. На полу лежал тот самый близорукий граф. Открытые глаза застыли, недвижно уставившись в потолок. Жена припала к его груди и сотрясалась в безудержных рыданиях.

— Как это вышло? Что с ним такое? Он пил и ел то же, что и все? — спросил кто-то.

— Д-да… — прорыдала вдова. — Я просила его не брать последний коктейль, у него было больное сердце, ему нельзя пить слишком много и что-то крепкое, но он меня не послушался…

— Если человек умер от одного коктейля, стоит задуматься о безопасности такого алкоголя в принципе, — задумчиво заявил кто-то.

Голос показался мне знакомым, и я нашел глазами говорившего — им оказался Викар Нильсон.

— Вы правы, граф. Это он, он убил моего мужа! — Вдова, пошатываясь, поднялась и дрожащим пальцем указала на меня.

* * *

— Вы сейчас как никогда далеки от того, чтобы получить расположение к себе императора, господин Ульберг, — сказал герцог Морген, с аппетитом жуя кусок зажаренной курицы. — И, признаюсь честно, мне вы тоже подпортили