"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Барон Алексей Владимирович

— Стоит ли теперь спешить к выходу из ущелья? — спросил совсем выбившийся из сил элементалист.

— Нужно! Здесь мы в западне. Живее!

Ночь окутала землю. Широкой зеркальной лентой меж крутых берегов вилась река, спокойная гладь которой была усеяна небесными звездами. Дракон почти не махал крыльями, попав в стремительный восходящий поток ветра. Эрин, охватив одной рукой шею дракона, задумчиво смотрел вниз на реку.

— Где они? — спросил дракон.

— Уже недалеко от выхода из ущелья, — ответил эльф.

Послышался рокот падающей воды. Мелькнула река, разделившаяся на два рукава, и дракон полетел над кипящей бездной. Водяная пыль от водопадов вздымалась ввысь и достигала дракона. Эрин провел ладонью по щекам, растирая мелкие капельки и омывая лицо. Запах реки принес свежесть, почти разогнав зловонное облако, окружающее дракона. Эльф глубоко вздохнул, на миг закрыв глаза, и нахмурился.

Мелькнули в серой водяной пелене черные громады кораблей. И вот впереди показалась синяя точка, через минуту выросшая в ярко пылающий кристалл на посохе элементалиста. Джарус взмахнул несколько раз крыльями, снижаясь, пронесся над отрядом, задевая кончиками крыльев срывающиеся со скал потоки воды, и вновь чуть поднялся выше. Эльф чуть склонился, окидывая отряд внимательным взором.

— Есть такие дороги — назад не ведут… — задумчиво произнес он. — А это как раз одна из них…

Черной громадой на них надвигалась гора. Джарус вновь заработал крыльями, останавливая свой стремительный полет и снижаясь. Он опустился на каменную площадку под отвесным склоном горы. Рядом лежала искореженная створка огромных металлических ворот. Другая створка висела над пропастью, держась только на нижних петлях, похожая на высунутый из зева пещеры язык. Лестница, вырубленная в скалах, поднималась от площадки на берегу озера к самому входу в пещеру. Подгорная река вырывалась из тоннелей, устроенных по бокам ворот, шумела где-то далеко наверху.

Эрин сошел с дракона, приблизился к краю пропасти. Во тьме еще можно было разобрать еще более темные мачты, торчащие из озера. Здесь, зацепившись за прибрежные скалы, висели в воде остовы четырех кораблей. Остальные лежали в черноте на недосягаемой глубине.

— Ты вновь будешь нырять? — полюбопытствовал Джарус.

— Нет.

Эльф повел пальцами по воздуху, за ними потянулся алый светящийся след, сорвался с руки тонкой юркой молнией и скользнул в глубины озера. А когда молния достигла дна, по провалу прокатился гром, всколыхнулись его воды и волны плеснули на берег.

— Я призываю короля мерфолков — Офина! — прокричал Эрин.

Какое-то время ничего не было слышно, кроме рокота водопадов. Но вот вода перед эльфом забурлила, осветилась голубым светом. Выплыли два стража-тритона. Каждый держал в одной руке факел, в другой — обнаженный меч.

За ними всплыла фигура более могучего мерфолка, голову его венчал золотой шлем, и доспехи тоже были украшены золотом, в центре которых был выложен рубинами герб — кракен, опутывающий щупальцами корабль.

— Ты посмел нарушить наш покой, — прошипел король мерфолков. — Как ты посмел пустить в наши воды свою молнию?

— Это совсем слабенькая молния, Офин, — отозвался эльф. — Совсем ничтожная по своей силе, способная лишь пробудить вас, а не погубить…

Эрин сделал паузу. Бледно-голубое лицо Офина налилось синевой. А потом король-тритон заметил Джаруса. Ноздри тритона дрогнули, и мерфолк всем своим видом выказал отвращение.

— Ты грозишь мне, прислужник Мортис?

— Я служу Солониэль, — хмуро бросил эльф.

— Солониэль больше нет! Есть только Мортис.

— Ты ошибаешься, Офин. Светлый дух все еще жив в той, которая наводит ужас на весь Невендаар.

Синие рыбьи глаза мерфолка уставились на эльфа.

— Я знаю, почему ты так думаешь, — протянул Офин. — Ты из тех безумцев-эльфов, отвернувшихся от Галеана и проклятых им и в итоге оставшихся без своего бога.

— Вы тоже оказались без своей богини, — заметил Эрин. — Но в отличие от нас вы никогда не пробовали ее вернуть.

— Потому что это невозможно.

— Возможно. Вместе с Солониэль вы утратили не только свою богиню — вы утратили веру. Но грядут перемены, Офин.

— О чем ты?

— Вы так глубоко погрузились в воды своего озера, что уже не ведаете, что творится в Невендааре! Разве ты не посылаешь время от времени гонцов через скальный туннель, соединяющий озеро и Подгорную реку, к своим сородичам, оставшимся в океане?

Офин вздрогнул и невольно отпрянул от берега. Стража его, встревожившись, направила мечи на эльфа. Опомнившись, Офин остановился.

— Ты видишь мою судьбу, проклятый эльф?

— Твою и всего твоего народа. Я вижу страшные молнии, пронизывающие водяную плоть озера, ударяющие в скалы. И вижу, как окончательно обваливается русло реки, погребая разлом и засыпая спасительный туннель…

— Твои молнии? — Бледно-голубые руки мерфолка легли на грудь, закрыв ее перепончатыми ладонями кракена.

Эрин дернул плечом и не ответил.

— Чего же ты хочешь от нас?

— Я хочу, чтобы вы вновь поклонялись Солониэль. Восстановили ее святилища, молились на ее алтарях. И передали это сородичам во всех морях.

— Это все?

— Нет. Вы должны подчиниться мне…

— Но ты!..

— В качестве доказательства своей преданности вы должны кое-что сделать прямо сейчас. По озерной тропе к горным воротам идет отряд имперцев. Уничтожьте его.

— Всех?

— Кого сможете — судьбой предначертано некоторым из них погибнуть в другом месте. И битву в Ущелье тысячи водопадов они запомнят до конца жизни… Так ты согласен, Офин?

— Ты говорил о переменах в Невендааре… Что это за перемены?

— На землю послана небесная дева. Ее цель — уничтожить мир.

На синем лице Офина промелькнули изумление и ужас.

— Но почему?

— Невендаар даже сейчас, погруженный в пучину войн, по-прежнему служит предметом зависти ангелов…

— Эти ангелы когда-то и осквернили своим низким чувством наш мир! — воскликнул мерфолк.

— Только вернув веру и возродив нашу богиню, мы сможем противостоять им.

Офин всмотрелся в лицо эльфа. Затем покорно склонил голову.

— Я сделаю, как ты хочешь. Как твое имя?

— Эрин. — Эльф протянул мерфолку гранатовое ожерелье. — Призовешь меня, когда понадоблюсь.

Офин принял ожерелье, прошипел что-то стражам, и все трое нырнули в глубину, вспенив хвостами водную гладь. Эрин поглядел, как исчезает, растворяется в черноте голубой свет колдовских факелов.

— Что ты в действительности видел в судьбе этого мерфолка? — спросил Джарус.

— То, что он подчинится. Мне лишь оставалось придумать, чем запугать его…

Дракон захрипел, и эльф понял, что Джарус так смеется.

— Меня радует, что после смерти у тебя сохранилось чувство юмора, — заметил эльф. — Это обнадеживает…

— Как раз наоборот, лишь после того как умер, я стал понимать шутки.

Эльф криво улыбнулся и достал из сумы мешочек с рунами.

— Что ж, сейчас мы тоже немного повеселимся…

Нордек, замыкая отряд, вместе с Барном тащил под руки шатавшегося от усталости старика-элементалиста.

— Уже совсем близко! — успокоил его капитан.

— Бросьте меня здесь! — ныл Верден.

Голова его опустилась на грудь и безвольно моталась из стороны в сторону, а борода, достающая до земли, мела речной песок.

— А вот и бросим к Бетрезену в озеро! — ругался Барн, и горячий пот катился по лицу стражника. — А то сами не доползем…

Барн насторожился. Откуда-то донесся странный переливчатый звук, набирающий силу и перекрывавший шум водопадов.

— Что это еще такое? — Нордек остановился.

Замер и весь отряд. Элементалист повис на плечах стражников, закрыв глаза и что-то бормоча себе под нос. Вдруг он смолк и прислушался. Глаза его широко распахнулись от страха.

— Это русалки! — воскликнул Верден. — Их пение…

Не успел он закончить, как звук усилился. В удивительных голосах словно смешались звуки ветра, плеск волн, чудный звон монет и поднятых с глубин сокровищ, чистые и сладострастные голоса дев. Барн высвободился из-под руки элементалиста и шагнул во тьму.