"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Гости не заставили себя долго ждать. Дверь испарилась под шквалом лучеметных залпов. На паркет посыпались хлопья дымящегося пепла и раскаленные заклепки. В проеме появились силуэты жандармов. Они совершили ошибку, не дождавшись солдат в тяжелых скафандрах. Уж очень спешили выполнить приказ и схватить низложенную королеву. Виктор просунул ствол между жирными ляжками статуи, мягко нажал на курок и сразу же отпустил его. Следовало экономить заряды. Один из силуэтов сложился пополам. Длинная очередь из-за занавеси срезала второго жандарма, который уже готовился открыть огонь по позиции Виктора. Третий гость не стал испытывать судьбу и бросился прочь. Выстрел из спальни прошил его насквозь. Жандарм на долю секунды застыл на месте. В огромной дыре зиял обгорелый позвоночник и чернели ребра. Грудная клетка сжалась, словно сделала последний выдох. Несчастный рухнул на трупы своих сослуживцев.

Больше никто не пытался проникнуть в прихожую. Похоже, противник решил не торопиться и собраться с силами для следующей атаки.

– Таторк, поменяй позицию, – послышался спокойный голос Дифора. Капитан окопался в спальне маркиза. Еще ночью он приволок туда из ванной комнаты огромный чан, отыскал где-то десяток железных ведер и наполнил их водой. А потом несколько часов перетаскивал булькающие емкости с места на место, расставляя так, чтобы, спрятавшись за ними, было удобно вести стрельбу.

– Таторк, я тебе сказал, поменяй позицию!

– У меня тут служанка, – проскулил доктор из-за занавески.

– Что она там делает?

– Прячется.

– Пусть идет к Элеоноре, – предложил Виктор. – Заодно и представление посмотрит.

– Она боится выходить, – Таторк чуть не плакал.

Королева пыталась прислушаться к их разговору, стоя у окна и осторожно выглядывая на улицу, но из-за шума толпы не могла разобрать ни слова. После того как Элеанора разбила стекло, церемония казни быстро вернулась в накатанное русло. Жаку распутали связанные за спиной руки, вытащили кляп изо рта и сунули под нос микрофон. Судья что-то долго втолковывал ему, эмоционально размахивая пергаментом приговора. Приговоренный к смерти король, казалось, не понимал его. Он удивленно озирался по сторонам и покачивался из стороны в сторону. Когда наклон его тела становился опасным, палач сильным толчком в плечо возвращал Жаку равновесие.

Верховный правитель Эстеи тоже вел себя странновато. Он совсем не смотрел на эшафот, поминутно зевал и клевал носом. И только на крышах домов наблюдалась какая-то осмысленная деятельность. Жандармы в тяжелых скафандрах сгоняли оттуда зрителей и готовились к тому, чтобы открыть огонь по квартире маркиза.

– Граждане свободной Эстеи, – прокатился над площадью многократно усиленный голос Жака. Он говорил медленно, с большими паузами между словами.

– Что они с тобой сделали? – с тоской прошептала Элька.

– Граждане свободной Эстеи, – повторил Жак, словно забыл, что собирался сказать и мучительно пытался это вспомнить. – Мне жаль вас! – резко выдохнул он.

Судья немедленно убрал микрофон от его лица. Похоже, смертник отклонился от заранее оговоренного текста. Толпа всколыхнулась и возмущенно взревела. Предостерегающие крики стражников потонули в общем гвалте. Судья беспомощно оглянулся на ложу, в которой сидел Муратон, и тот поощрительно махнул рукой. Нарушение древнего канона о последнем слове грозило обернуться массовыми беспорядками. Судья вернул микрофон Жаку.

– Вы освободились от тирании Тиноров, – уже спокойнее и увереннее продолжил король, – но забыли о том, что ваши предки сами передали власть в руки моих предков.

Народ на площади затаил дыхание. Они действительно слушали его и завороженно ловили каждое слово. Древний король, клоном которого являлся Жак, славился не только умением обращаться с мечом и планировать воинские операции. Его долго помнили за способность убеждать людей. К сожалению, генетические копии не сохранили этот талант. Иначе последний король Эстеи не стоял бы сейчас на эшафоте.

– Так пусть восторжествуют закон и справедливость! – провозгласил Жак, отбрасывая ставший ненужным микрофон. – Я возвращаю власть вам!

Он двумя руками вцепился в корону и с видимым усилием оторвал ее от головы. Непонятно откуда взявшаяся кровь залила его лицо.

– Я возвращаю Эстею ее многострадальному народу! – Жак швырнул серебряный обруч в толпу. – Не Муратон, а вы – хозяева планеты!

В том месте, куда упала корона, началась потасовка. Стражники, начавшие было пробиваться к эпицентру драки, ретировались на исходные позиции с расквашенными носами.

Помощник палача умело заломил руки Жака, грубо обхватил осужденного за плечи и поставил на колени перед плахой. Приговоренный король не сопротивлялся, будто потратил все силы на последние слова.

За Элькиной спиной громыхнуло два взрыва и раздался крик. Кто-то расстался с жизнью. Палец королевы замер над кнопкой запуска процесса репликации. Жак не коснулся головой контактов, и она не могла включить прибор. Судья попытался придавить голову приговоренного к плахе, но король сопротивлялся, пытаясь рассмотреть, что происходит в окне, где он видел Элеонору.

Хлопки крупнокалиберных лупперов вкоридоре заглушили чей-то боевой клич. Стены вздрогнули. Посыпалась штукатурка. Из дверей поползли щупальца вонючего дыма. Установленная на краю площади зенитка развернулась и начала прицельно бить по окнам маркизовой квартиры. Потолок и стены усеялись фонтанчиками кирпичной пыли и покрылись аккуратными черными дырочками. Элька распласталась на полу. Теперь она могла контролировать ситуацию только по индикатору репликатора.

На мгновение канонада стихла, и королева услышала невозмутимый и уверенный голос судьи:

– Канон соблюден. Приговор привести в исполнение.

В двух шагах от Элеоноры раздался душераздирающий визг. Она бросила быстрый взгляд в сторону звука и сразу же забыла про репликатор. Шальная очередь оторвала клону руку ниже локтя. Белая кость мгновенно окрасилась алым. Элька кинулась к приготовленному на заклание существу, чтобы оттащить его с линии огня. Следующий выстрел разворотил бедолаге живот. Искромсанное туловище упало на паркет. Было видно, как внутри трепещут обрезки легких. Элеонора метнулась обратно к окну, забыв про плотный обстрел. Судье всё-таки удалось уложить шею Жака на чурбак. Он крепко держал его за волосы, а помощник палача навалился на плечи. На репликаторе загорелся индикатор готовности. Можно давить на вожделенную клавишу. Элька беспомощно посмотрела на клона. Жизнь уже покинула агонизирующее тело.

Виктор не спускал глаз с дверей и весь дрожал от напряжения. Жандарм в серебристом комбинезоне появился, словно призрак, сгустившийся из воздуха. Виктор не успел нажать на курок. Противник выстрелил первым. Раненый Таторк, громко крича, покатился по полу, наматывая на себя штору.

Виктор крутанул регулятор мощности на максимум и упер толстый луч в блестящую тварь. Ткань комбинезона хорошо защищала от лазера. Враг скользнул в сторону и, совершив головокружительный кульбит, отстрелил пальцы у изваяния, за которым прятался Виктор. Виктор не стал ждать, пока эквилибрист прицелится получше. Быстро перекатившись по полу к противоположной стене коридора, он точно всадил двухсекундную очередь в блестящий шлем. Противник склонил голову, будто луч давил на него с неимоверной силой. Потом выпрямился и неторопливо поднял бластер. Виктор рванулся в свое укрытие, но вдруг понял, что не успевает. Оглушительный взрыв вышвырнул жандарма из квартиры. Вслед ему полетела вторая граната. Опытный Дифор, как всегда, оказался на высоте. Виктор добрался до вожделенной богини плодородия и укрылся за ее прочным пьедесталом. Вокруг стояла невероятная тишина. Виктор удивленно оглянулся. В дверном проеме снова маячили силуэты. Жандармы прекратили экспериментировать и пустили вперед двух солдат в тяжелых скафандрах. Солдаты ступали тихо, будто их ноги были обуты в валенки. Виктор постучал рукояткой «эстриха» по пьедесталу. Тишина. Он оглох!