Командировочные расходы - Николай Бенгин

– Замечательно, – Штимер всегда начинал бурчать под нос, когда ситуация выходила из-под контроля, а конкретный план действий отсутствовал, – и куда теперь прикажете? Помощничек тоже… Хоть бы метки ставил: «здесь был», «сюда ходи», «сюда не ходи»…

Продолжая бурчать, он направился к ближайшей слева двери, над которой загадочным сапфировым цветом мерцала надпись «Гардеробное помещение». Выбор, можно так сказать, оказался удачным – не успел он сделать и пары шагов, как дверь распахнулась, и оттуда появилась одетая в пеструю красно-белую хламиду фигура. Эта странная, но определенно человеческая фигура медленно пятилась. Глянцево отблескивающая спина двигалась прямо на есаула.

– Стоять, – негромко скомандовал Штимер, делая шаг в сторону. Он тронул курок, и два маркера, похожих на крошечные солнечные зайчики, запрыгали на шее незнакомца. – Теперь медленно подними руки вверх и повернись ко мне.

Фигура, заметно пошатываясь, медленно развернулась.

– Это же я, – захрипел Петр, – но я ничего не делал!

– Дырки голимые, – протянул Штимер, с трудом распознавая знакомые черты под слоем алой краски, неравномерно покрывавшей Петра с головы до пяток. – Эка тебя угораздило…

Тут он понял, что это вовсе не краска и осторожно заглянул за спину Петра. Ярко освещенная гардеробная с высоченными зеркалами, с подпирающими потолок матовыми шкафами, с веселыми пуфиками на зеркальном полу навевала ощущение праздника. Точнее могла бы навевать, если бы не темная лужа крови, густой кляксой расползавшаяся по сверкающему полу. Посередине этой кляксы в изящном плетеном кресле сидела безголовая фигура. Рядом валялись несколько окровавленных жутковатых на вид кусков плоти. Короткая цепочка кровавых следов вела от лужи к ногам Петра.

– С тобой все в порядке? – осведомился Штимер, прислушиваясь к дробному звуку бегущих ног со стороны входа в каюту. По-видимому, командор все-таки решился лично узнать, что произошло.

– Нет, то есть наверное… – Петр стоял, чуть растопырив руки, даже не пытаясь утереться, и стекающая кровь все больше и больше портила роскошный ковер вокруг него, – но я правда ничего не делал. Я только вошел, а он… Он развалился, и сразу фонтан кровищи такой…

– Угу, – Штимер как раз убрал лазерник в кобуру, когда из коридора выбежал целый отряд ассистентов командора. Сам командор следовал в арьергарде.

Штимер отметил про себя необычайную ловкость и слаженность действий ассистентов. Практически не переговариваясь, они за несколько минут ухитрились и обезглавленный труп в капсулу реанимации засунуть, и место преступления по сантиметру исследовать, и всю каюту обыскать, и прибраться так, что весь беспорядок ограничился скорбной фигурой Петра, стоящей в чем-то вроде тазика. Особенно поразило Штимера, что ассистенты не мешали друг другу: те, кто перетаскивал тело, ухитрились ни разу не вляпаться в лужу, те, кто обыскивал каюту ни разу не пихнули остальных… Штимер, по роду службы участвовавший в подобных мероприятиях на родной Короне, знал, что такое практически невозможно.

– Итак, что у нас есть? – Командор, усевшись в высокое, выросшее прямо из пола кресло, безрадостно уставился на Петра. – У нас есть не поддающийся реанимации, то есть фатальный труп пассажира, который опознан как Крнгутгроссвор’лорд Леопольд Вун. У нас есть подозреваемый в убийстве, имя которого, в интересах следствия, не оглашается…

– Я ничего не делал, – проблеял Петр, – а переодеться мне когда можно?

– А также место, где, вне всяких сомнений, произошло данное преступление, – невозмутимо продолжал командор, – прежде чем приступить ко второй фазе расследования, предлагаю всем присутствующим пассажирам добровольно пройти полный личный досмотр.

– Меня-то чего досматривать? – пожал плечами Штимер, вглядываясь в дальний конец гардеробной. – Нету моего согласия.

– Это должно быть забавно. Да, господин командор? – неслышно подошедшая Ольга Стайн с ухмылкой огляделась. – Полный-полный личный досмотр. Вы его сами проводите?

– Не вижу темы для шуток!

– А я согласен, – Петр хотел было шагнуть к командору, но «тазик» протестующе загудел, окрасив воздух над собой бледно-голубоватым оттенком силового поля.

– Не двигайтесь, прошу вас, – командор, выбравшись из кресла, озабоченно спешил к Петру, – вы же сейчас опять тут все перепачкаете. С вас же течет! Сейчас мы все устроим: душ, чистая одежда… А вас попрошу остаться, – добавил он, оглянувшись на Штимера и Стайн. – Через несколько минут я вернусь.

«Тазик» с застрявшим в силовых линиях Петром приподнялся на несколько сантиметров над полом и в окружении нескольких ассистентов и самого командора заскользил в сторону. Штимер хмуро смотрел вслед удалявшейся процессии. Все было наперекосяк, и чем дальше, тем хуже. Тошнотные предметы из лужи, как он успел заметить, ассистенты аккуратно разложили по контейнерам той же капсулы с телом. Похоже, голова не целиком с плеч слетела, а по частям. Он припомнил укороченную фигуру в кресле. Очень аккуратный срез шеи – вдоль воротника, миллиметрах в пяти выше тонкого канта, ярко-голубого в не залитых кровью местах. Это, конечно, лазер – ничем другим такое не сотворить. У Петра – только шокер, и по идее командор должен в этом удостовериться и успокоиться, хотя, – Штимер тяжело вздохнул, – в любом случае не стоило бы оставлять их вдвоем без присмотра.

– Мы опоздали? – Ольга пристально смотрела на есаула.

– Может быть, а может быть, и нет, – он быстро прошел в свежеприбранную гардеробную. То, что он заметил из коридора, начало уже медленно исчезать. Две прерывистые полосы темнели на перламутровой дверце поместившегося в дальнем углу шкафа. Штимер уселся на корточки и чуть не носом уткнулся в пострадавшую дверцу. Процесс регенерации шел полным ходом, но, вне всяких сомнений, перед ним были следы лазерных ударов. Он положил указательный палец на середину одной из полос, пока та совсем не разгладилась, и посмотрел назад, на то место, где стояло кресло. Ассистенты аккуратнейшим образом вернули его на место, и теперь Штимер мог легко проследить линию выстрела. Двух выстрелов, если быть точным. Линия уходила в коридор, вернее пыталась уйти, потому что на пороге упиралась в фигуру Ольги, и, если уж быть совсем скрупулезным, в ее красивую грудь.

– Все в порядке, есаул? – Ольга покосилась на собственное декольте. – У меня все нормально?

– А-а, да. Конечно. Идите сюда. – Штимер оглянулся на шкаф. Следы на двери почти совсем затянулись. Если б не палец, он бы уже и сам бы их с трудом различил. – Видите?

– Да. Как только вы пальцем ткнули, я сразу разглядела, – под тихий шелест закрывающихся входных дверей Ольга присела рядом со Штимером, – и что это значит?

– Значит, что кто-то стрелял с той стороны, – Штимер, стараясь не отвлекаться, махнул рукой в сторону входа в гардеробную. – Господа ассистенты, безусловно, усердны, но не очень-то внимательны.

– Так вы поэтому остались?

– Ну да. Если посмотреть из этой точки через спинку того кресла… Черт!! – Штимер, по-кошачьи извернувшись, рухнул на пол. По пути он успел дернуть Стайн за руку. В результате Ольга тоже упала, причем очень неловко, больно стукнулась локтем, неизящно опрокинулась на спину и очень разозлилась. Штимер, не обращая внимания на разъяренное шипение за спиной, по-пластунски прополз несколько метров в сторону входной двери и замер.

– Что это за фокусы?!! – Ольга оправила завернувшееся чуть не на голову платье и с максимальным достоинством поднялась с пола. – По-моему, вы заигрались, есаул…

– Лежать! – не поворачивая головы, гаркнул Штимер.

– Женой командуй!! – Как всякая упитанная девушка, Ольга не любила неожиданных и резких движений, тем более падений на пол, а как свободный журналист не терпела приказов, и если бы взглядом можно было стереть кого-нибудь в пыль, у Штимера не осталось бы шансов.

– Дырки голимые… – Штимер, наконец, оглянулся и уставился на Ольгу с таким выражением лица, что та на миг перестала злиться.

– Что?!

– На пузо свое посмотри! Видишь?!

– Я вижу клоуна с подбитым глазом. Довольно глупый вид.

– Угу. Та штучка, что отрезала голову нашему другу, сейчас аккуратно прицелилась, посмотри, куда. У тебя тоже будет глупый вид, когда она сработает.

Ольга после некоторых колебаний между здравым смыслом и чувством собственного достоинства посмотрела вниз и обнаружила не один, а целых два «зайчика». Рефлекторно прижав ладони к животу, она медленно и осторожно, словно боясь что-то рассыпать, двинулась в сторону. Зайчики, соскользнув с ее платья, снова уперлись в дверцу шкафа.

– А сразу сказать нельзя было?! – оглянувшись, она отступила в нишу между двумя высокими шкафами, образовавшими что-то вроде подиума с примерочным зеркалом в глубине.

– Ну, я-то сразу сказал… но, на самом деле, думаю, можно уже не бояться, – Штимер уселся на полу, вытянув длинные ноги поперек гардеробной, задумчиво посмотрел на Ольгу, точнее на примерочное зеркало за ее спиной, потом снова уставился на входную дверь. Там на одной из створок темнели две маленькие, не больше сантиметра в диаметре, круглые таблетки. – Если б эта радость собиралась порезать нас на куски, то уже бы и порезала.