17 - Prelude - Люси Сорью

— Я знаю! Молчать! — "Аариэль" нанес удар булавой наискось; тормозящая правая рука, все больше обвисающая мертвым грузом, не успела подойти для отражения удара, и энергополе булавы смяло правый наплечник.

Рука Лейдзи одним почти незаметным движением дернулась к кнопкам аварийного отстрела — смятые пластины наплечника, обнажив прямоугольный корпус плечевого сустава, взвились в воздух и, описав дугу, отлетели в сторону — а затем все так же схватила рукоять управления, будто бы ее и не отпускала; левая рука так и не успела опасть. Он дал задний ход, одновременно поднимая ствол рельсотрона и наводя его на оказавшийся в поле зрения "Шофтиэль". Щелчок — снаряд отправлен на рельсы; движение — начато накопление заряда. Плечо "Херувим"-класса, с которого был демонтирован выдвижной реактивный огнемет, замененный простыми пластинами, оказалось как раз в прицельной шкале.

На видимой только на мониторе шкале готовности загорелись зеленые буквы "READY", и Лейдзи выстрелил. "Шофтиэлю" оторвало правое плечо — выдрало сервомотор с демпферами и амортизаторами из плеча. С мясом. Рука, пробитая насквозь снарядом, безжизненно ударилась об скалу, а раненый Крестоносец покосился на покореженное плечо и ускорил шаг, отводя фламберг в уцелевшей руке для удара.

Удар булавой "Аариэля" был перехвачен и сдержан стволом рельсотрона, который Второй тут же отстрелил — громоздкое оружие, ствол которого смяло и обрубило посередине энергополе булавы, было уже бесполезным. Отойдя еще на шаг назад, он отключил магниты правой ладони и отстрелил два парализованных пальца на ней. Дао перешел в здоровую правую руку, и как раз вовремя — мстительный "Шофтиэль" проткнул уязвимый плечевой сустав сверху вниз. Ударил — вытянул; сервомотор был уничтожен, а рука парализована полностью. Ну, почти; Второму удалось согнуть ее в локте и выставить перед собой, как своеобразную преграду.

"Аариэль" был куда более опасным противником, и именно из-за булавы, которую было сложно перехватить, а уменьшить ущерб от нее могли только пластины наплечников и юбки. К тому же, на "Юстикатор" по-прежнему наседали с двух сторон.

Лейдзи развернулся к "Шофтиэлю" и отразил как раз завершающийся выпад. Клинки вновь схлестнулись, вызвав фонтан искр. Высвободить оружие — удар! — на самом последнем участке траектории Второй резко дернул руку в сторону, избежав еще одного столкновения с вражеским мечом, вывернул торс "Юстикатора" боком и нанес быстрый удар сверху вниз по руке врага. Как раз по локтю.

Снова фонтан искр — мономолекулярное лезвие столкнулось с кожухом вокруг сустава, а затем прошло сквозь него, аккуратно разрезая сервомотор и окружавшие его кабели на две равные части.

В обычном бою враг должен был бы немедленно просигналить об отступлении и отправиться получать нагоняй, но отступать Крестоносцам было некуда. "Шофтиэль" отошел назад на два шага, остановился и ринулся вперед, желая сбить "Юстикатор" с ног своим весом.

И встретился с направляемым мощными искусственными мышцами и работающим на пределе своих возможностей реактором дао, вонзившимся как раз в кабину, сходу пробив фронтальное бронирование вокруг нее. Да, однолезвийным оружием было сложно что-либо проткнуть, но это обстоятельство Второй компенсировал грубой силой.

"Шофтиэль" остановился; ИИ машины довел занесенную для очередного шага ногу до земли, а после, зарегистрировав гибель пилота, выключил все системы. Лейдзи не без труда высвободил дао и развернулся к "Аариэлю", опустившему булаву.

Противники смерили друг друга взглядом — пылавшие желтым глаза "Аариэля" встретились с ярко-зелеными "Юстикатора".

— Два-ноль. — выдохнул Лейдзи.

— И какой ценой? — прошелестел в наушниках бесцветный, с металлическими нотками, голос Крестоносца. — Вы загнали свой штурмовой комплекс. Я прекрасно вижу это — еще чуть-чуть, и он просто развалится.

— К сожалению.

— Мечта о Граале поразила и ваш разум?

— Пока вы не сказали, я даже не задумывался об этом.

— Тогда ваши мотивы мне не ясны. Зачем было ввязываться в подобное сражение? Ради самого сражения?

— Тьху. Я оказывал… — Лейдзи сделал паузу, — друзьям услугу. Всего-то.

— Вы всегда оказываете своим друзьям такие услуги?

— Ради вас я сделал исключение.

— Отступайте. Победить двух моих братьев по оружию в одиночку — это большая честь. Неужели вам ее недостаточно?

— Или все, или ничего. Терять мне нечего. Я не отступлю.

— Тогда я буду вынужден убить вас.

— Вы будете вынуждены попытаться. — отрезал Лейдзи и прервал связь. — Все равно этот разговорчик был слишком претенциозным.

"Юстикатор" действительно шел на последнем издыхании. Правая рука висела мертвым грузом. Мышцы по всему корпусу машины начали разлезаться от жара, часть мышц на ногах была уже на грани разрыва, амортизаторы были большей частью сломаны, демпферы недопустимо свободно ходили, позвоночник сместился от напряжения, а кое-где в суставах, похоже, вылетели крепления. В кабине было нечем дышать. Стенки реактора, похоже, начали оплавляться, а работало едва ли два радиатора и дополнительные на ногах.

— Эт-то есть наш последний и решительный… а, забыл как там дальше… — пробормотал Лейдзи, отпустив рукоятки управления и потянувшись. — Последний раз, короче, и все. Понимаешь, да?

"Запрос не понят". - вывел на мониторе ИИ, исполнявший приказ "молчать". — "Повторите ввод".

— Не понимаешь? Ну да, ты все-таки машина. Идиот ты Искусственный, вот что. Хотя это даже не твоя вина. — он поерзал на ставшем неудобным и горячим сидении и смахнул с лица выступившие капли пота. — "Вай, как страшно, злые компьютеры могут поработить человечество", бла-бла-бла. Сказочки это все, как серая слизь. Но ничего, не парься. Сделай бэкап, что ли.

"Принято".

— Вот-вот, молодец. "Юстикатор"-то — ну, ты, то есть — сдохнет, но мы пришьем тебе новые ножки, и ты опять побежишь. И ручки пришьем, и глазки, и вместо сердца небольшое солнышко. Не парься, дружище, — Второй протянул руку и ободряюще похлопал по приборной панели, — хотя какой ты мне дружище… В общем, поднапрягись еще. Принято?

"Принято. Тем не менее, запрос не понят. Повторите ввод".

— А, забудь.

— Мы начнем? — спросил по громкой связи "Аариэль", поднимая булаву. К счастью, отметил про себя Лейдзи, внешние микрофоны еще не перегорели.

— Дерьмо вопрос. — "Юстикатор" отвел вбок руку с дао; рука двигалась туго — ее уже начинал тянуть книзу ее вес. — Первый удар — ваш.

Бронированный капюшон качнулся в едва заметном кивке.

И "Херувим"-класс сорвался с места, подброшенный в воздух реактивными двигателями на спине; крохотный крест, украшавший навершие булавы, сверкнул, когда эш-ка занес ее над собою — и после этого опустил на правое плечо "Юстикатора", начисто оторвав всю руку.

Она, безусловно, и так была только мертвым грузом, но "Аариэль" не стал выдерживать паузу и провел еще один удар — булава разбила правое колено "Юстикатора", оторвав правую ногу ниже колена и заставив машину рухнуть вниз, в коленепреклоненную позу.

Лейдзи поднял дао, перехватив им рукоять булавы, готовой обрушиться на грудь его эш-ка и начал с удвоенной силой теснить ее назад. Крестоносец дернул оружие назад, высвобождая его, и замахнулся снова.

Дао метнулся вбок, столкнувшись с предплечьем "Аариэля"; от удара броня заискрила, но поддалась, и лезвие скользнуло дальше, отсекая сжимавшую булаву руку и перерубая энергокабель. Второй повернул лезвие и повел его в обратную сторону, точно так же отрубая метнувшуюся на перехват левую руку, но уже в локте.

Он отпустил дао, дотянулся свободной уже левой рукой до воротника врага и потянул его на себя — звуковые сенсоры зарегистрировали громкий щелчок от сместившегося позвоночника противника.

А затем отпустил воротник, сжал руку в кулак и пробил кабину "Аариэля" одним-единственным ударом.

Потерявший равновесие враг рухнул на "Юстикатор", увлекая его с собой; Лейдзи выставил руку, схватив труп побежденного за правую сторону груди. Еще одним быстрым движением пальца он зафиксировал руку в одном положении, а затем отпустил обе рукоятки — на дисплее ДР-очков пылала красная надпись: "POWERPLANT DESTRUCTION IMMINENT".

Небольшая звезда, пылавшая внутри "Юстикатора", вот-вот должна была высвободиться в волне света и пламени и выжечь свою оболочку изнутри.

Лейдзи обеими руками дернул на себя рычаг катапульты.

Верхний люк гибнущей машины с грохотом вылетел вверх, а затем, вдавив сидящего в нем оператора в себя, стартовало ввысь кресло-катапульта, взвившееся в небо и на высшей точке своей траектории распахнувшее парашют.