Нежность и ненависть - Карла Николь

от Рена и его чертовой чистой крови. Это будет тяжело, но… может, мне стоит довериться этому чувству?

Джэ издает сексуальные стоны, медленно усаживаясь на мой член. Я его никоим образом не заставляю и не манипулирую им. Я просто целую вдоль линии челюсти, поглаживая кончиками пальцев его поясницу, ожидая, пока он устроится поудобнее. Когда он полностью опускается, обхватывает меня ногами, вздыхает и находит мой рот, чтобы поцеловать меня в ответ. Он такой узкий и горячий. Его вес изумителен: не слишком тяжелый, не слишком легкий. Идеальный. Он расслаблен и уже мягко покачивает бедрами, целуя меня. Такой чертовски сексуальный и дерзкий. Он делает вещи, от которых у меня по спине бегут мурашки.

Я опускаю руки на его бедра, побуждая его двигаться мне навстречу. Мы все еще целуемся, но с покачиваниями Джэ это становится диким. Грязным. Джэ разрывает поцелуй и вдыхает так, будто не может дышать, задирая лицо к потолку и зажмурив глаза.

– Боже, Джун… ты так хорош.

С закрытыми глазами он убирает руки с моих плеч и опирается ладонями на кровать, чтобы сильнее вжиматься в меня. Он чертыхается и задыхается, как будто отчаянно гонится за необходимой ему разрядкой.

Я очарован им. Ощущение его тела, обвивающего меня, его восхитительный запах и его бесстыдное желание. Я убираю одну руку с его бедра и решительно обхватываю его член между нами, чтобы помочь в его стремлении. Крепко сжимаю его, вожу рукой, и мгновение спустя он вскрикивает, изливаясь на меня. Он выгибает шею и спину, потрясающий и ангельский в золотом солнечном свете, льющемся сквозь стеклянную стену.

Даже не задумываясь, я хватаю его за торс и притягиваю к себе, пока его шея открыта. Я задираю подбородок так, что оказываюсь прямо над его ключицей, и сильно впиваюсь зубами. Я слышу, как Джэ ловит ртом воздух, затем чувствую его руки на моих плечах, быстро обхватывающие меня.

Его кровь течет мне в рот, божественная, я втягиваю ее и глотаю. На вкус он такой же, как и его запах – сладкий, теплый и хороший. В нем сочетается и свежая выпечка, и дождливый день, и зимняя ночь у камина. Все уютное и приятное словно сконцентрировано в крови Джэ, и я не понимаю, почему. Как он доставляет мне такое невероятное удовольствие, когда он еще даже не полностью пробудился?

Возвышенное наслаждение от его крови и тепла его упругого тела толкает меня за грань. Я достигаю оргазма, все еще кормясь от него, словно электричество проходит по позвоночнику и сквозь меня прямо к мозгу. Джэ держит одну руку на моей шее, другую – в волосах, его пальцы нежно массируют мою голову, а его локти лежат на моих плечах. Он поощряет то, что я делаю. Добровольно отдавая себя.

Когда я отрываюсь от его шеи и облизываю рану дочиста, замечаю, что он дрожит. Обеспокоенный, я поднимаю глаза, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

Он спокоен, когда улыбается.

– В полном.

– Почему ты так дрожишь? – Я рассматриваю его, скользя руками по его спине, чтобы крепко обнять и ослабить его дрожь.

Он крепче обнимает меня за плечи.

– Я не знаю… Это случилось и в первый раз, когда ты кормился от меня. Внутри я чувствую себя липким и тающим. Это заставляет меня дрожать, но это проходит. Я в порядке.

Я моргаю, поднимая голову от теплых объятий, и смотрю ему в лицо.

– Почему ты не сказал мне об этом в первый раз?

Он наклоняется ко мне с закрытыми глазами, касаясь моего носа своим.

– Ты тогда был немного зол на меня, помнишь? Думал, что я лгу тебе о том, что я вампир.

Я улыбаюсь, встречая его ласку.

– Так и было.

Он поднимает голову, его лицо серьезно.

– Не было. Джун…

Я целую его и еще крепче обхватываю руками за талию. Когда чувствую, что напряжение в нем ослабевает, я подтягиваюсь.

– Я шучу, Джэ. Если ты почувствуешь, что с твоим телом происходит что-то странное, пожалуйста, скажи мне. Прости, что в тот первый раз я был не в настроении.

– Ничего страшного, – говорит он, снова прижимаясь ко мне носом. Боже, ему это действительно нравится. – Мы теперь… связаны?

Я смеюсь.

– Нет. Если бы мы были связаны, ты бы знал. Я слышал, что это безошибочное ощущение, будто якорь бросают в твое нутро и в основание позвоночника.

– Я искренне сомневаюсь, что это так болезненно и ужасно, как ты описываешь.

Я пожимаю плечами.

– Это просто то, что я слышал… и иногда бывают вспышки света и цвета. – Я щипаю его за зад, так что он слегка подпрыгивает от неожиданности. – Если ты меня отпустишь, может быть, мы примем душ, съедим немного острого супа из тофу, а потом вернемся сюда?

Кормление от Джэ похоже на очиститель. Остаточная эмоциональная гадость, которую Рен влил в меня, ушла, но я все еще чувствую усталость. У меня на сегодня было запланировано не так много встреч. Те, что были, я отменю. Я знаю, что Джэ обычно занимается исследованиями и работает над программой суррогатного материнства по утрам, но…

Он ухмыляется, вздрагивая, когда медленно поднимается с моего члена.

– Бездельничать все утро в постели? С тобой? Да, пожалуйста… Итак, секс для нас снова на повестке дня?

Отвлекаясь, я осторожно снимаю использованный презерватив.

– Очевидно. – Когда он оказывается у меня в пальцах, я сползаю к краю кровати.

– Нет, я имею в виду… Это не одноразовая акция? Как будто ты просто хотел пройти курс повышения квалификации.

Я встаю, чтобы пойти в ванную, но останавливаюсь и смотрю на него.

– Я думаю… если ты будешь откровенен со мной о том, что ты чувствуешь, возможно, у нас все в порядке? Поскольку ты еще не полностью пробудился… нам не нужно быть такими требовательными. – И глубоко внутри – глубоко, глубоко внутри – я говорю себе, что, если это случится… это случится.

Джэ откидывается назад, широко улыбаясь, вытягивает руки над головой и потягивается на одеяле, счастливый и обнаженный.

– Я обещаю рассказывать тебе все. Никаких секретов… Ты с кем-нибудь еще спишь? В настоящее время?

Я в ванной, но все равно слышу его.

– Нет. – Я выглядываю в проем. – А ты?

Джэ переворачивается и ложится на живот лицом ко мне. Его ноги болтаются в воздухе, и он опирается на локти.

– Неа. Я не хочу.

Я ухмыляюсь его сухому ответу. Он смотрит на меня так, словно хочет сказать что-то еще. Когда он этого не делает, я спрашиваю:

– Ты пойдешь со мной в душ? – Он кивает и подбирается к краю кровати. Пока он идет ко мне, я уже думаю о том, как заставить его кончить в третий раз, прежде чем мы вымоемся.

Я бы сказал, что каждый раз, когда Джэ готовит, это все равно что есть