Меч богов - Брюс Р. Корделл

- Прошу, примите мои извинения, - произнёс он. – Я не заметил вас. Откуда вы…

- Это не имеет значения, - оборвала его Лехерен. – Юриэль, не так ли? Я тебя помню.

- Эм… вам известно моё имя? – произнёс водный. Его голос слегка дрогнул.

- Юриэль! Сосредоточься! Что за проблема с этими пчёлами?

Юриэль устремил взгляд туда, куда удалились два других культиста. Судя по выражению его лица, он отчаянно хотел поменяться с ними местами.

- Небольшое недопонимание, ничего серьёзного, - сглотнув, сказал он. - Один из посланных на сборы отрядов не получил сообщение, что пчёлы нам больше не нужны.

- Для ямы, - произнесла Лехерен слегка вопросительным тоном.

Руки Юриэля затряслись, и он кивнул. Проклятье, да что это за яма такая? Не стоит ей продолжать расспросы – это может показаться ему подозрительным.

- Вставай, - велела лейтенант.

Водный съёжился.

Просто поразительно! Этот мужчина до смерти боялся её. Должно быть, он решил, что в их тайном культе она занимает не менее высокое положение, чем в кабале Огненного Шторма. Судя по всему, порядки здесь царили весьма суровые.

- Ты слышал мой приказ, Юриэль! Мне требуется, чтобы ты мне кое-что сообщил.

Водный поднялся на ноги.

- Так-то лучше, - отметила Лехерен. – А теперь отвечай – лейтенант Джетт Вар здесь, внизу?

- Полагаю, что да, - Юриэль указал на тоннель, куда хотели отнести свой груз дженази с пчёлами. – Там, возле ямы. Разбирается с повторным обвалом.

- Повторным обвалом?

Юриэль смерил Лехерен странным взглядом.

Упс, - подумал Демаскус. – Очевидно, предполагалось, что ей должно быть об этом известно.

Он крепче стиснул рукоять меча.

В молчании Лехерен продолжала сверлить своего подчинённого взглядом.

- Ах, да, - наконец произнёс Юриэль. – На часть тюремных камер обрушился потолок. Развалины Материнского Дома всё ещё нестабильны. Мы продолжаем раскопки, ищем выживших пленников. Но вы уже знаете об этом, ведь…

- Конечно, знаю, - оборвала его Лехерен. – Теперь убирайся отсюда. Я хочу побыть в одиночестве, а твоё присутствие меня раздражает.

- Да… лейтенант, - произнёс Юриэль. Пару мгновений он продолжал наблюдать за ней, словно ожидая какой-то реакции. Затем он слегка поклонился. Демаскус заметил, что это сильно отличалось от той почтительности, которую он проявлял вначале. Не стоит ли ему броситься вперёд и напасть на водного? Он явно стал подозревать, что Лехерен не из их числа!

Слишком поздно. Юриэль почти бегом устремился к выходу из пещеры. Через пару секунд Демаскус услышал стук захлопывающейся двери.

Лехерен посмотрела на лестницу, где скрывались её спутники.

- Выходите.

Подойдя к ней, они принялись осматривать пещеру. Пусто, - подумал Демаскус. Но, если им придётся драться, то здесь, по крайней мере, достаточно места, чтобы он мог воспользоваться и мечом, и шарфом. При мысли о сражении он ощутил не тревогу, как во время спуска по узкой лестнице, а предвкушение.

- Теперь что? – спросил Чант.

Лехерен и Демаскус обошли колонну, изучая вырезанные на ней фигуры. Две из них изображали огромных тварей со множеством щупалец, а другие две – состоящих из пылающей магмы существ, от которых исходил дым.

- Это что-то новенькое, - пробормотала Лехерен. – Я не бывала здесь уже много лет. Интересно, давно ли культ тут обосновался?

- Погоди, - произнёс Демаскус. – Полагаю, Юриэль уже понял, что ты не являешься членом их секты. Нужно двигаться дальше, пока он не привёл подкрепления. Скорее всего, сейчас он уже собирает своих людей.

- Согласен, - сказал Чант. – Он назвал тебя лейтенантом – но это твоё звание в кабале Огненного Шторма. Наверное, это был тест. Судя по всему, высокопоставленных членов культа именуют иначе, как-то вроде «Великого Стихийного Воплотителя», а то и похлеще.

- Хорошо, - отвернувшись от резных фигур, Лехерен направилась ко входу в широкий тоннель. – Юриэль сказал, что Джетт где-то там.

- Как и яма, - добавил Демаскус. – Чем бы она ни являлась.

Этот коридор был также освещён множеством бездымных факелов. По обеим сторонам его виднелись входы в боковые тоннели, а в конце находились огромные двустворчатые врата.

Лехерен оказалась у них первой. Она потянула за железное кольцо, вмурованное в одну из створок.

- Заперто, - констатировала она, разжав руку.

Подойдя к двери, Демаскус изо всех сил дёрнул кольцо. Послышался скрежет, но дверь не поддалась.

- Предоставьте это мне, - Чант вытащил набор отмычек и склонился над замочной скважиной. Да уж, - подумал Демаскус, - слава владыкам света, что хоть одному из нас хватило мозгов проявить смекалку. Хотя, раз уж я обладаю полузабытыми умениями высококлассного убийцы, не должен ли я обладать более тонким подходом к подобным вещам?..

Подойдя ближе, Рилтана принялась наблюдать за работой ростовщика. Пальцы Демаскуса подрагивали при каждом повороте инструментов Чанта – мышечная память подсказывала ему верные движения.

В недрах механизма раздался щелчок. Подняв голову, ростовщик ухмыльнулся Рилтане, затем перевёл взгляд на Демаскуса и принялся убирать свои инструменты.

Двери легко распахнулись. За ними оказался ещё один коридор. Вдоль его стен стояло множество клеток, в которых находились измученные пленники. Многие из них сидели или лежали, часть была прикована к железным решёткам кандалами. На их лицах было написано отчаяние. Некоторые из заключённых выглядели столь истощёнными, что казалось удивительным, как в них ещё теплится жизнь.

Демаскуса охватил гнев, холодный и чистый. Кто бы ни стоял за этим, он ответит за свои злодеяния. Такому не может быть прощения - никогда. Его руки крепче стиснули ткань Вуали.

Дальше по коридору потолок частично обрушился, похоронив под собой несколько тюремных камер. Завал расчищала группа культистов. Лопатами они с характерным чавканьем зачерпывали грязь и швыряли её в повозки, а слишком большие камни поддевали железными монтировками.

Джетта среди них не оказалось. Впрочем, это не имеет никакого значения – на находящихся здесь ублюдках также лежит часть вины за происходящее. Демаскус посмотрел на ближайшего из них. Поверх рукава плаща кабала культист носил повязку с символом своей новой веры. Ты мой, - подумал он, и его пальцы слегка закололо от предвкушения.

- Стоять! – послышался вопль. Это заставило его прийти в себя. Неужели возбуждение, охватившее его при мысли о возможной резне, оказалось столь сильно? Он почувствовал смущение и стыд.

Но кто же кричал? Это явно не игра его воображения… Развернувшись, он увидел,