Влюбленный - Родион Нахапетов

Недавние враги перекинулись парой ироничных слов по поводу их прошлого сотрудничества, но вполне миролюбиво.

На следующий день Симбер послал телекс председателю «Совэкспортфильма» Олегу Рудневу, что компания господина Симбера готова начать переговоры о покупке «Зонтика для новобрачных». Ответа от Руднева не последовало. Возможно, компания Симбера была слишком мала или ненадежна (суды и прочее), кто знает! Только мой приятель Руднев не снизошел даже до переписки.

Я фаталист и считаю, что чему быть, того не миновать. А чего нет — о том и сожалеть не стоит. Все складывается по некоему стратегическому плану жизни. Не исключено, что Симбер обмишурил бы Наташу и в этом случае. Так что все к лучшему!

Но поговорить с паблисистом — неплохая идея.

Наташа вспомнила, что у нее есть два льготных авиабилета.

— Давай слетаем в Нью — Йорк, — предложила она. — А остановимся у моей подруги Марши.

— А это удобно? — замялся я. — Твоя подруга знает Алешу…

Ответ был простой:

— Марша настоящий друг.

Я был чрезвычайно смущен терпимостью Алеши. Неужели он слепой и ничего не видит?

Я знал, что Алеша по уши в долгах (после своей холостяцкой жизни). Может быть, именно поэтому, думал я, он и вынужден помалкивать, чтобы не потерять теплый и сытный угол?

И все же в том, что случилось между Наташей и мной, его вины не было.

Задним числом подло оправдываться.

…В Нью — Йорке мы встретились с рекомендованной нам дамой. Поговорили, обсудили, прикинули и разошлись, понимая, что платить за ее работу надо вперед, а эффект возможен не скоро.

Ничто не могло нас огорчить. Мы бродили по городу, обнявшись.

В самом начале мы обманывали себя, думали, что связи подобного рода кратко временны, все это каким‑то образом погаснет, утихнет, войдет в прежнюю колею. Останутся лишь деловые, дружеские отношения.

Разумеется, в те дни ни Наташа, ни я даже не мечтали о том, чтобы строить семейную жизнь сообща. Мы не заглядывали далеко вперед.

По возвращении из Нью — Йорка Наташа попросила Алешу спать отдельно. Любовный треугольник обрел четкие геометрические формы: я спал в своей комнате, Наташа — в спальне, Алеша перебрался в гостиную.

Его упорное игнорирование реальности, его слабоволие и материальная зависимость от жены привели к тому, что он, не обсуждая и не возражая, покорно принял роль отринутого супруга. Конечно, он знал, что происходит, но о разводе с Наташей даже думать боялся.

У Наташи росло раздражение. Почему он не сражается за нее?

Алеша драться не соизволил. Таким образом, за неявкой соперника на ринг, я и выиграл бой.

Наташа подала на развод.

Когда речь зашла о разделе имущества, со дна поднялась мугь, всякие подсчеты, мелкие придирки и уточнения. Но у всего бывает конец. Семья, просуществовав полгода, распалась.

Мы с Наташей горячо бросились друг другу в объятья.

Не задумываясь, что у одного из любовников — жена в Москве и две родные дочки.

В один из весенних дней 1989–го на студии «20–й век Фокс» был устроен просмотр «На исходе ночи».

Кто же был в зале?

Экзальтированная киноактриса Лая Раки, некогда блиставшая жгучей (цыганской) красотой, но доживающая свой век в полной безвестности.

Ее муж, известный в прошлом артист театра и кино Рон Рэнделл.

Уютно расположился в кресле лос — анджелесский паблисист, которого мы держали на примете, но платить ежемесячно 2500 никак не решались.

Взад — вперед по залу с переносным телефоном под мышкой носился молодой артист Крис Квинтен.

Любезности ради на просмотр заглянул редактор популярной телепередачи «Развлечение ночью».

Терпеливо ждал начала фильма миловидный Роналд Паркер — сценарист и продюсер.

В самом конце зала, в уголке, примостились Барри Лондон и Алисон.

К несчастью, на просмотр мы приехали с опозданием.

Во время просмотра я ерзал в кресле, косясь то в одну, то в другую сторону. Но вскоре моя тревога улеглась. Я увидел, что фильм нравится. Американцы вообще очень благодарные зрители.

По окончании фильма в зале раздался восторженный возглас Лаи: «Великолепно!» И публика разразилась аплодисментами. Я, улыбаясь, оглядел зал. Все смотрели на меня с почтением и признательностью.

Но президента «Парамаунта» и его жены в зале почему‑то не было. Кто‑то заметил, что они ушли, как только на экране появились заключительные титры. Наташа шепнула, чтоб я не переживал — у человека могут быть дела!

— Я член Академии! — не унималась Лая. — Этот фильм достоин «Оскара»!

Покидая зал, каждый старался найти слова благодарности и восторга. Я был доволен, но и смущен — почему Лондоны ушли? Трудно поверить, что дела не позволили им задержаться и сказать хотя бы пару слов.

Позднее мы поняли, почему президент студии «Парамаунт» так холодно отреагировал на фильм. Наверняка из‑за нашего опоздания. Какому начальству приятно ждать, а он ждал целых пятнадцать минут.

По опыту знаю, что объяснения в таком случае лишь смягчают удар, не более. Я попросил Наташу позвонить Барри Лондону.

Барри нашел фильм странным.

— Он начался с каких‑то второстепенных персонажей, я долго не мог понять, за кем надо следить. Это не по — американски. Зритель с первого крупного плана должен понять, кто герой. «Фокс» купил это для внутреннего проката?

— Нет, только международные права, — уточнила Наташа. — В Америке будет прокатывать другая компания.

— Ну что ж, — вздохнул Барри, давая понять, что обсуждать больше нечего.

Как я уже говорил, с тех пор как Барри и Алисон стали пользоваться услугами психоаналитика по сексу, рекомендованного Наташей, дальнейшие дружеские отношения с Лондонами, а с ними и деловые, стали натянутыми и потеряли всякую перспективу.

Но вслед за огорчением — радость.

Позвонил продюсер Рон Паркер, который был на просмотре. Он еще раз поблагодарил за картину и предложил конкретное дело. Он преподает в университете как сценарист, и у него есть студентка, пишущая о своем пребывании в Киеве. Не хотел бы я подключиться? Он верит, что этот сценарий может заинтересовать большую студию.

По всему городу в это время были развешаны афиши, анонсирующие новый фильм этого продюсера «Моя мачеха — космический пришелец» с Ким Бэсинжер и Дэном Экрой- дом — звездами Голливуда.

Понятное дело, я отнесся к предложению Рона Паркера с большим интересом.

Он послал мне сценарий.

Я пришел в ужас от того, что прочитал. Речь там шла о богатом, а потому циничном американском парне. О том, как он с группой туристов попал в Киев и тут же был обласкан простой украинской семьей. Ему было так хорошо, что он обещал прислать им банку орехового масла — на пробу. Парень выполнил свое обещание. Вот и весь сюжет.