Газета Завтра 948 (5 2013) - Газета Завтра Газета

А Сар­но­ва, по­пав­ше­го в ин­сти­тут с не­ко­то­рым за­поз­да­ни­ем бе­зо вся­ких труд­но­с­тей и не­из­ве­ст­но как, на за­щи­те дип­ло­ма Смир­нов, ока­зы­ва­ет­ся, ода­рил пя­тер­кой! И это не­смо­т­ря на то, что его ис­клю­ча­ли из ин­сти­ту­та, из ком­со­мо­ла, а дип­лом­ная ра­бо­та его бы­ла об Эрен­бур­ге, ко­то­рый, по его сло­вам, "у них у всех был, как кость в гор­ле" (с.579). Тут уме­ст­но на­пом­нить, что эта "кость", как же­лан­ный гость, об­ре­ме­нен­ный дву­мя Ста­лин­ски­ми пре­ми­я­ми и ман­да­том де­пу­та­та Вер­хов­но­го Со­ве­та СССР, од­наж­ды был при­гла­шен в Ли­те­ра­тур­ный ин­сти­тут и три ве­че­ра под­ряд из­ла­гал сту­ден­там свои взгля­ды и суж­де­ния о ли­те­ра­ту­ре, ис­кус­ст­ве и о мно­гом сверх то­го. В.Смир­нов, как зав­ка­фе­д­рой твор­че­ст­ва и зам­ди­рек­то­ра, ко­неч­но, имел пря­мое от­но­ше­ние к яв­ле­нию "ко­с­ти" к нам в гос­ти. А ведь мог и вос­пре­пят­ст­во­вать.

А став глав­ным ре­дак­то­ром "Друж­бы на­ро­дов", "зна­ме­но­сец ан­ти­се­ми­тиз­ма" то­же дол­жен бы за­нять­ся из­гна­ни­ем из ре­дак­ции ев­ре­ев. Их там бы­ло не­ма­ло, да­же боль­шин­ст­во, что не­труд­но бы­ло ви­деть мне за пять лет ра­бо­ты там: от­вет­ст­вен­ный се­к­ре­тарь Люд­ми­ла Гри­го­рь­ев­на Ши­лов­це­ва, за­вре­дак­ци­ей Се­ра­фи­ма Гри­горьевна Ре­ме­ник (дочь пи­са­те­ля Гер­ша Ре­ме­ник), в от­де­ле про­зы ра­бо­та­ли Ли­дия Аб­ра­мов­на Дур­но­во, Ев­ге­ния Львов­на Усы­с­ки­на, Ва­ле­рия Вик­то­ров­на Пе­ру­ан­ская, от­де­лом пуб­ли­ци­с­ти­ки за­ве­до­вал Гри­го­рий Льво­вич Вайс­па­пир, его за­ме­с­ти­те­лем был Юрий Се­мё­но­вич Герш, и да­же в кор­рек­ту­ре — Ле­на Дым­шиц, На­та­ша Па­пер­но... Не обо­шлось и без тех, что с боль­шой "про­жи­дью", как лю­бит го­во­рить о них сам Сар­нов: Вла­ди­мир Алек­сан­д­ров, Аль­берт Бог­да­нов. За пять лет ра­бо­ты там не­му­д­ре­но уз­нать, что бы­ли в ре­дак­ции и да­мы, у ко­то­рых му­жья-ев­реи: за­вот­де­лом по­эзии Ва­лен­ти­на Дми­т­ри­е­ва, же­на из­ве­ст­но­го тог­да фе­ль­е­то­ни­с­та Ли­хо­де­е­ва (Ли­де­са), кор­рек­тор Ри­та Ко­ко­ри­на, же­на без­ве­ст­но­го Бо­ри, ко­то­рый на­ве­ды­вал­ся в ре­дак­цию... Так вот, все они как ра­бо­та­ли до Смир­но­ва, так про­дол­жа­ли ра­бо­тать и при нём. Все до еди­но­го. Уш­ла ку­да-то по соб­ст­вен­ной во­ле толь­ко На­та­ша По­пер­но, кра­са­ви­ца из кор­рек­ту­ры.

Или Смир­нов не пе­ча­тал ев­ре­ев? На­зо­ви! Я за­ве­до­вал от­де­лом куль­ту­ры, и вот кто по мо­е­му от­де­лу, в ча­ст­но­с­ти, пе­ча­тал­ся: Алек­сандр Кан­це­ди­кас из Лит­вы, Ада Ры­ба­чук из Ки­е­ва, моск­ви­чи Свет­ла­на Чер­вон­ная, Гри­го­рий Ани­си­мов, Ми­ля Хай­ти­на, цвет­ные вклей­ки в жур­на­ле де­лал фо­то­граф Фельд­ман... Ни­ка­ких со­мне­ний в их на­ци­о­наль­ной при­над­леж­но­с­ти ни у ме­ня, ни у Смир­но­ва быть не мог­ло.

На­ко­нец, мо­жет, в сво­ей из­ве­ст­ной три­ло­гии "От­кры­тие ми­ра" Смир­нов, по­доб­но Тур­ге­не­ву в рас­ска­зе "Жид", вы­вел от­тал­ки­ва­ю­щий или ко­ми­че­с­кий об­раз ев­рея? Уж ес­ли был бы, Зна­ме­но­сец вра­нья Бе­ня Сар­нов из­влек бы его для все­об­ще­го обо­зре­ния.

А вот сю­же­тик с Бу­бен­но­вым, то­же объ­яв­лен­ным "од­ним из са­мых зло­ст­ных ан­ти­се­ми­тов". Как же! Он кри­ти­ко­вал в "Прав­де" ро­ман "Жизнь и судь­ба" В.Гросс­ма­на. Од­наж­ды, го­во­рит кри­тик, Бу­бен­нов по­ссо­рил­ся с при­яте­лем. "Уж не знаю, че­го они там не по­де­ли­ли. Мо­жет быть(!), это был да­же прин­ци­пи­аль­ный спор. Один, мо­жет быть(!!), до­ка­зы­вал, что всех ев­ре­ев на­до от­пра­вить в га­зо­вые ка­ме­ры, а дру­гой пред­ла­гал вы­слать их на Ко­лы­му или, мо­жет быть(!!!), в Из­ра­иль". Ино­го раз­го­во­ра меж­ду рус­ски­ми людь­ми этот си­он­ский му­д­рец не пред­став­ля­ет. Зна­чит, он при ссо­ре не при­сут­ст­во­вал, от ко­го-то про­слы­шал о ней или по обык­но­ве­нию сам сма­с­та­чил, и глав­ный, един­ст­вен­ный до­вод у не­го — "мо­жет быть". Это­го ему до­ста­точ­но, что­бы объ­я­вить: раз­го­вор был пе­щер­но ан­ти­се­мит­ским.

А ко­ли ан­ти­се­мит, то мож­но лгать и кле­ве­тать сколь­ко угод­но. И тут же при­сту­па­ет: "Один пи­са­тель-фрон­то­вик рас­ска­зал мне, что Бу­бен­нов од­наж­ды бро­сил ему: "Вам лег­ко пи­сать во­ен­ные ро­ма­ны, а вот мне ка­ко­во: я на фрон­те ни еди­но­го дня не был". Ну, сра­зу же вид­но, что это опять ту­по­ум­ное вра­нье. Во-пер­вых, что за "один пи­са­тель"? Нет же при­чи­ны скры­вать его имя, спу­с­тя двад­цать пять лет по­сле смер­ти Бу­бен­но­ва. Во-вто­рых, с ка­кой ста­ти Бу­бен­нов не ока­зал­ся на вой­не, ес­ли, ког­да она на­ча­лась, он был здо­ро­вым му­жи­ком в са­мом сол­дат­ском воз­ра­с­те и не рва­нул же вслед за се­мь­ёй Сар­но­ва за Урал? В-тре­ть­их, ес­ли по ка­кой-то при­чи­не всё-та­ки не был на фрон­те, то за­чем бы стал так ду­рац­ки жа­ло­вать­ся на это, сам се­бя ра­зоб­ла­чать? На­ко­нец, да как бы он стал пи­сать о том, че­го не ви­дел, ког­да в это вре­мя ра­бо­та­ли мно­гие пи­са­те­ли, ко­то­рые бы­ли не фрон­те и зна­ли, что та­кое вой­на. Ни­че­го это­го не со­об­ра­жа­ет Сар­нов! Но жаж­да лгать, кле­ве­тать пе­ре­хлё­с­ты­ва­ет ту­по­умие.

А на са­мом де­ле вот что: "Бу­бен­нов Ми­ха­ил Се­мё­но­вич (1909 — 1983). Член СП с 1939 г. С мар­та 1942 — ко­ман­дир стрел­ко­вой ро­ты 88 сд 10 гвар­дей­ской ар­мии За­пад­но­го, 2-го При­бал­тий­ско­го, Ле­нин­град­ско­го фрон­тов. Стар­ший лей­те­нант. На­граж­дён ор­де­ном Крас­ная Звез­да, ме­да­лью "За от­ва­гу" и др." (Пи­са­те­ли Рос­сии — уча­ст­ни­ки Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны. М.Во­е­низ­дат. 2000. С.49). Та­ков сю­жет, ко­то­рый мож­но оза­гла­вить "Гвар­де­ец и ты­ло­вая кры­са". Я по­ни­маю, кры­са мог­ла осер­чать на Бу­бен­но­ва за ста­тью о Гросс­ма­не. Так ты же не про­сто кры­са, а ли­те­ра­тур­ная, на­пи­ши от­вет, до­ка­жи, что ста­тья оши­боч­на или да­же лжи­ва. Нет, сде­лать это он не мо­жет и ору­ду­ет, как си­ко­фант, кле­вет­ник, по­до­нок, как про­сто кры­са. Это что ж на­до иметь в груд­ной клет­ке и в че­реп­ной ко­роб­ке, что­бы са­мо­му улиз­нуть от фрон­та, но имен­но это при­пи­сать фрон­то­ви­ку, гвар­дей­цу, ор­де­но­нос­цу. А умер он от ту­бер­ку­лё­за. Сар­нов уже пе­ре­жил его на 30 лет...

К сло­ву ска­зать, и ка­пи­тан В.А.Смир­нов по­лу­чил два ор­де­на Оте­че­ст­вен­ной вой­ны, Крас­ной Звез­ды, ме­да­ли то­же не за Ура­лом, где Бе­ня со­чи­нял свои па­ск­ви­ли на Ста­ли­на.

До то­го, как вплот­ную за­нять­ся Со­лже­ни­цы­ным, по­до­зре­ния в ан­ти­се­ми­тиз­ме ко­то­ро­го на­ра­с­та­ли, кри­тик еще про­шел­ся по Ва­си­лию Фе­до­ро­ву. И тут есть не­что не­по­сти­жи­мое уму. В 1990 го­ду Сар­нов со сво­ей Ксан­тип­пой по­бы­ва­ли в Аме­ри­ке, там встре­ча и раз­го­вор с од­ной род­ст­вен­ни­цей Со­лже­ни­цы­на за­ста­ви­ла его шиб­ко за­сом­не­вать­ся: "Ес­ли она, пе­ред ко­то­рой Иса­ич вряд ли стал бы та­ить­ся, ис­крен­не не счи­та­ет его ан­ти­се­ми­том, то, мо­жет, и он сам то­же не лу­ка­вит? Мо­жет, он ис­крен­не ве­рит, что он не ан­ти­се­мит?"

Кри­тик со­мне­вал­ся, му­чил­ся, тер­зал­ся... Вдруг — "От­вет при­шел не­о­жи­дан­но. От че­ло­ве­ка бес­ко­неч­но от ме­ня да­лё­ко­го, от­кро­вен­но мной пре­зи­ра­е­мо­го — от по­эта Ва­си­лия Фе­до­ро­ва". Что зна­чит "от­кро­вен­но" — пре­зри­тель­но пи­сал о нём? И при жиз­ни? Как мож­но-с! Нет, он пре­зи­рал в ду­ше, там у не­го боль­шие ём­ко­с­ти для са­мой мерз­ких га­до­с­тей. И по­том это го­раз­до удоб­ней, бе­зо­пас­ней, а вот те­перь, ког­да Фе­до­ро­ва нет в жи­вых, мож­но и от­кро­вен­но.

Но за что же кри­тик пре­зи­рал ав­то­ра око­ло пя­ти­де­ся­ти книг, со­ста­вив­ших 5 то­мов со­бра­ния со­чи­не­ний, ла­у­ре­а­та и Рос­сий­ской, и Все­со­юз­ной пре­мий, на­ко­нец, по­эта, че­ло­ве­че­с­ким и твор­че­с­ким кре­до ко­то­ро­го бы­ли сло­ва:

До­ста­лись мне креп­кие ру­ки бой­ца

И серд­це се­с­т­ры ми­ло­серд­ной.

За что? По­че­му? Толь­ко по­то­му, что у са­мо­го ру­ки шу­ле­ра и серд­це га­дю­ки... Он знал Фе­до­ро­ва "толь­ко в ли­цо", по­сколь­ку оба в од­но вре­мя учи­лись в Ли­те­ра­тур­ном ин­сти­ту­те. "Ни­ка­ких от­но­ше­ний, го­во­рит, у нас не бы­ло. Да­же не здо­ро­ва­лись". Но Сар­нов "знал" про не­го, что он ав­тор по­эмы "Про­дан­ная Ве­не­ра". То есть, не толь­ко хо­тя бы один том, но и по­эму-то он не чи­тал, а толь­ко "знал" о ней. И опять с чу­жих слов сплет­ник за­яв­ля­ет, что она на­пи­са­на "убо­гим сти­хом" и лжи­во, из­де­ва­тель­ски и без­гра­мот­но пе­ре­ска­зы­ва­ет её со­дер­жа­ние. На­при­мер, на­зы­ва­ет при этом Л.М.Ка­га­но­ви­ча, а тот ни­ка­ко­го от­но­ше­ния к по­эме не име­ет. "Не вы­зы­ва­ло со­мне­ния и при­над­леж­ность Фе­до­ро­ва к "па­т­ри­о­ти­че­с­ко­му", т.е. к чер­но­со­тен­но­му кры­лу оте­че­ст­вен­ной сло­вес­но­с­ти".

Гос­по­ди, ка­кой без­дон­ный ре­зер­ву­ар зло­бы! Ведь и не зна­ет че­ло­ве­ка, и ни­че­го не ви­дел от не­го пло­хо­го... А я знал Фе­до­ро­ва очень близ­ко не толь­ко по­то­му, что при­над­ле­жу к то­му же "кры­лу", но и по ин­сти­ту­ту, и по ра­бо­те в "Мо­ло­дой гвар­дии", и про­сто по жиз­ни, в ча­ст­но­с­ти, и по за­сто­ль­ям. И по­то­му мне смеш­но чи­тать даль­ше: "Од­наж­ды этот Ва­ся в Ма­ле­ев­ке, вой­дя в сто­ло­вую, как обыч­но пья­ный в дра­ба­дан, про­воз­гла­сил своё жиз­нен­ное кре­до: "Ес­ли ты уе­хал в Из­ра­иль — ты мой луч­ший друг! Ес­ли ос­та­ёшь­ся здесь — ты мой злей­ший враг!"