Тимоти Лири: Искушение будущим - Роберт Форте

Атмосфера была экстраординарной. Доктор Джозеф («Джек») Даунинг, преуспевающий психиатр из Сан-Франциско, ранее экспериментировавший с психоделиками, приехал в качестве наблюдателя. В главе, которую он позже включил в книгу «Утопиаты», он описывает наш проект и рассказывает о весьма необычном случае: в один прекрасный день в Сихуатанехо приехала молодая женщина, находившаяся в состоянии острого психоза. Она получила очень теплый прием и поддержку, благодаря которым ее приступы ужаса и паранойя значительно сократились без помощи психиатра.[71]

Иногда в роли гида выступал Тим, но большую часть времени он проводил в Мехико-сити политическую и дипломатическую работу, необходимую для того, чтобы проект мог беспрепятственно продолжаться. Он привез бумагу о нашей работе на встречу с мексиканскими психиатрами. Реакция была холодно-враждебной, и вскоре была инициирована компания по прекращению нашей работы. Фальсификации и передергивание фактов журналистами добавляли масла в огонь. Например, прямо перед нашим приездом в округе был убит топором человек, и сверхрьяный шеф полиции незамедлительно свя-зал его с gringos[72] и их наркотическими забавами. Распространялась и клевета, авторами которой были некоторые лица, заявки которых на приезд были нами отклонены, — но анонимные обвинения, однажды появившиеся в газетах, потом очень трудно опровергнуть. Кроме того наш проект, вопреки нашему желанию, привлек немалое число американских курильщиков марихуаны, которые расположились лагерем недалеко от нас, породив еще одну волну подозрений и дурных слухов.

Учитывая существование местной традиции употребления расширяющих сознание растений и грибов, мы полагали, что Мексика в этом смысле будет более либеральной, чем Соединенные Штаты. Эти предположения были, конечно, весьма наивны. Кроме того, оказывается, мы совершили ошибку, не поставив в известность мексиканские медицинские власти и не обратившись к ним за одобрением. (Мы не считали психоделический опыт медицинской процедурой, требующей контроля с их стороны.) Мы породили в местном медицинском сообществе страхи конкуренции со стороны иностранцев, несмотря на то, что весь наш проект был до смешного дешев и абсолютно бездоходен. Как бы то ни было, в течение примерно шести недель мы работали согласно плану, который подразумевал от тридцати до сорока участников — первой волны из нескольких сот человек, с которыми мы заключили соглашения. Почти все из них были потрясающе позитивны в оценках эксперимента. Результаты превзошли наши самые смелые ожидания. Одной из творческих идей Тима было построить на берегу платформу высотой в десять футов, выходящую на море башню стражи. На ней все время будет находиться один человек в процессе психоделического путешествия. Это будет что-то вроде постоянного маяка внутреннего космоса, сигнального огня, символизирующего высшее состояние сознания; любой мог настроиться на волну этого «высокого свидетеля», для того чтобы восстановить свет внутри себя, если его одолевает земная рутина или если он потерялся в адских бар-до. Каждое утро и каждый вечер кто-то следующий заступает на этот пост и происходит церемония смены караула, и новый человек становится небесным стражем, космическим наблюдателем дня и ночи.

Я провел незабываемую ночь на башне, наблюдая, как восходит и путешествует по небосклону луна, как ее серебряное сияние отражается в шелестящих волнах. Я наблюдал, как она садится за горы, заливая море оранжево-розовым светом. Купаясь ночью в море, можно было видеть свою руку под водой и наблюдать, как струны, образуемые фосфоресцирующими жемчужными частицами, каскадами следуют за каждым из пальцев. Длящиеся часами бесшумные электрические грозы рассекали небо на желтые, бирюзовые и фиолетовые слои.

В течение дня вы могли сидеть на пляже и по полевому телефону заказывать напитки в баре, которые вскоре прибывали на подносе по канатной дороге. Погружая пальцы ног в песок и открывая поры солнцу, вы могли отбросить фальшивые маски цивилизации, пробуждая миллионы спящих клеток вечных циклов солнца, моря и земли. Опыт этих дней и ночей врезался в память с исключительной ясностью и точностью.

Я думаю, что в Мексике мы нарушили территориальные инстинкты. Возможно, мексиканцы чувствовали, что мы приехали сюда заниматься тем, что у нас дома считается безумным — и в какой-то мере они были правы. Политические и медицинские власти в Соединенных Штатах изрекали проклятья на наши головы и делали все, чтобы как можно скорее сделать наши занятия противозаконными. Это было, как будто ваш сосед зашел к вам во двор, чтобы постоять на голове. Даже если он не причинил при этом никакого вреда, вы все равно будете удивляться, почему он не делает того же самого на своем дворе, и, естественно, будете испытывать недоверие.

Из Мехико приехали два журналиста с целью написать о нас. Они интересовались нашим проектом и были очень дружелюбны. Они выпивали с нами, рассказывали разные истории и анекдоты. Один из них даже предпринял ЛСД-трип. Проведя с нами несколько дней, они в конце вдруг сообщили нам, что на самом деле они федеральные агенты и имеют предписание для нас покинуть страну в течение пяти дней. Формальным основание было то, что мы занимаемся бизнесом, находясь в стране по туристическим визам. Тим пытался дергать за какие-то рычаги, много раз звонил по разным телефонам в Мехико, но все было бесполезно. Пока мы растворялись в раю, наш гусь спекся.

Мирная атмосфера нашего маленького рая была нарушена. Люди начали разъезжаться, в симпатию вкрался элемент разочарования. Некоторые из гостей только что приехали и еще не участвовали ни в одном сеансе. Они упрашивали нас организовать им хотя бы один. Это было ошибкой с нашей стороны, но мы согласились. Хотелось как-то скрасить их разочарование. Но, поскольку вся гармония была разрушена, большинство из этих трипов стали неудачными, а некоторые очень неудачными.

У одного из этих людей возникла религиозная мания, и он принялся во весь голос орать «Отче наш». Голос его разносился над всем заливом Сихуатанехо. Потом он упал на какую-то ступень каменной лестницы и повредил челюсть. Он ударил Тима, сделав ему на ребрах большой синяк. Потребовались усилия четырех человек, чтобы удержать его, пока Джек Даунинг делал ему укол антипсихотического средства (которыми мы обычно никогда не пользовались).

Другой, чьим гидом пришлось с неохотой быть мне, решил в одних трусах и босиком идти пешком в Бостон и направился в сторону деревни. Пока все паковали вещи, мы должны были думать, кого послать, чтобы остановить и вернуть его из его долгого похода домой. Он отказывался воспринимать какие бы то ни было разумные доводы. Когда мы привезли его ночью в аэропорт Мехико, он продолжал вырываться из рук усталых членов команды. Потом он вырвался и, прибежав в кассу аэропорта, попросил продать ему билет в бесконечность. Кассир вежливо попросил его прийти завтра утром. В конце концов, разными хитрыми уловками мы усадили его в такси и привезли в гостиницу. Но на этом наши неприятности не закончились. Все уже падали с ног от усталости, когда он вдруг опять вырвался и с маниакальной энергией принялся бегать взад-вперед по улицам, пытаясь поймать такси до Бостона. Мы снова поймали его и привезли в Американский госпиталь, где после еще одной маниакальной выходки он вдруг, к моему удивлению, внял приказанию медсестры, разделся и смиренно лег в постель.