Упасть в небо - Надежда Кузьмина

И ехидное. Потому что Мрак за спиной Сианурга, по-прежнему не показываясь целиком, шлёпнул по воде хвостом, обдав физкультурника душем ледяных брызг и выплеснув к Сианурговым стопам среднеразмерную треску.

— Фосфор для мозгов полезен, — громыхнул бас, и чёрное чудище исчезло под водой.

Сианург оглянулся на опустевшую прорубь. Поморгал. И недоверчиво уставился на рыбину у ног. Осторожно приподнял босую ступню, коснулся трески большим пальцем, проверяя материальность оной… Как выяснилось, зря. Контуженая рыба мгновенно пришла в себя и запрыгала, молотя по льду хвостом. От неожиданности Сианург аж подпрыгнул. Потом, очевидно, всё ещё не веря, что треска — настоящая, магией поднял рыбину в воздух. Уставился в упор. Потыкал пальцем. Не удовлетворился проверкой. Схватил за хвост и поднёс к носу — нюхать. Скривился.

Мы зачарованно смотрели на представление…

Наконец Сианург вздохнул и швырнул треску в воду.

— Ладно. Сегодня у нас будет кросс.

Только я облегчённо выдохнула, горячо благодаря за милости Ларишу и Шона, как Сианург добавил:

— С перепадом высот. Вдоль горки с обрыва и на обрыв пятнадцать раз!

Жуть какая, на гору в скользких валенках!

Класс застонал…

После обеда мы с Бри обнаружили Шона у нас в комнате, точнее, сидящим на моей кровати и читающим эльфийский любовный роман. Я вытаращилась, не веря глазам. Маг пожал плечами и смешно пошевелил носом:

— Магичить не могу, телепортироваться не могу, а книжка оказалась потрясающе забавной! Ни разу в жизни не встречал таких бестолковых эльфов. Это точно они написали? Ну-ка, кто автор? А то раскрыл и не посмотрел. Что-о-о? Верисиэлль эрд Роонʼнал? М-да… эту я даже знаю лично, уж она понапишет… — и заморгал карими глазищами на нас: — Давайте, помогу вам математику сделать? А то отдыхать — безумно скучно… Вот, проверил, как щиты вокруг школы под водой стоят — чем бы ещё таким полезным заняться?

Я хихикнула, вспомнив таращащихся друг на друга Сианурга с треской, и посоветовала:

— Позанимайся с Асом фехтованием. Сам разомнёшься, и Асу польза.

— Пошли лучше на обрыв, научу тебя песне на драконьем, — предложил Шон.

Аса мы взяли с собой. А Шонова песня была чуть странной, но мне очень-очень понравилась.

Скажете, это глупо —мечтать упасть в небо,как в море,и плавать,может быть, вы и правы,но мне бы хотелось нырнуть в него,чтобы справа и слева — теченья из туч,из облаков — пена,из чаек — килька,из орлов — скаты в лазурном иле.Суда пиратов застыли,как в поцелуе, на абордаже,смешно — вверх килем.Умрут и станут безвестным кладом,и канут в воду.Искать не буду — давно решил я:дороже нажитого —мечты о чуде,пути к свободе.[8'

Мотив был сложным, а ритм чем-то напомнил мне взмахи крыльев Шиарры, когда та набирала высоту. Зато оказалось, что Шон хорошо поёт. Почти как Ас. А Шон удивился, что поём мы.

Не успели покончить с вокалом, как Шон поволок нас в корпус, вспомнив, что давно хотел учинить экзамен по некромантии и выяснить, как мы заучили косточки наших мышек и лягушек. Я сглотнула — как-то я на это дело последнее время махнула рукой… похоже, сейчас получу по ушам и по эго.

Экзамен под Шоновым руководством проходил просто. Он усадил нас в Асовой комнате за разные концы стола, высыпал перед каждым содержимое одной из коробок, смешал кости в одну кучу и сообщил:

— Собираете все четыре скелета. Кто быстрее — для того порычу три раза.

А сам завалился с книжкой по военному делу на Асову кровать.

Вот тролль бородавчататый! Надо было не о серебре грезить, а заниматься!

Ожидаемо победил Ас, причём с позорным для меня отрывом в полтора скелета.

После этого мы сели за домашку, а Шон обернулся вороном, попросил открыть окно — похоже, он действительно совсем не мог колдовать — и улетел. Оказалось, в город, за огромной корзиной горячих пирогов — с мясом и луком, с печёнкой, с рыбой, с грибами и с яблоками.

Не успели рассесться вокруг корзины, как на пороге возник Дэрек тер Лин с кипой исписанных формулами листов в руках. Как математик понял, что Шон в школе и что искать его нужно у Аса, — ума не приложу. Сначала поговорили о том, что делается под горами, нас попросили описать взрыв — Дэрек его не видел, потом Шон пересказал вкратце то, что случилось в гномьих пещерах. Затем мужчины сели к столу, а я пристроилась сбоку — мне было интересно. Ас, следя за нами одним глазом, расположился с учебником по фортификации на кровати.

Самым странным было то, что я почти что-то понимала. Формулы не казались такой белибердой, как раньше. И не пугала их длина. А то, что произошло потом, вообще объяснению не поддавалось: я пялилась, пялилась на обсуждаемый лист… а потом ткнула пальцем и сообщила:

— Тут неправильно.

На меня выпучились четыре глаза.

— Уверена? — поинтересовался Шон.

— Да. — Я уже даже видела, почему. — Размерность двух слагаемых — разная. Так не бывает. Должно быть ещё «джи» в знаменателе.

Четыре глаза вперились в лист.

— Она права, — сообщил Шон через минуту. Обернулся ко мне: — Что хочешь в награду?

— Как сможешь магичить, научи делать камни призыва, — улыбнулась я.

Ас хмыкнул с кровати.

От фехтования Шон всё же увильнул. А снова пошёл со мной на мыс — смотреть на снежную равнину замёрзшего до горизонта моря и слушать завывания ветра.

— Тебе тут нравится? — спросила я.

— Да.

— Ты завтра улетишь?

— Не уверен. Меня отправили в ссылку в ваш Китовый Киль, пока голова не пройдет. Ещё болит. Жуть. Я ж даже не сам телепорт к тебе открыл — Тиану забросил. Но что-то надо придумать. Один день побездельничал — и уже крыша едет… Скукотища смертная. Кузнечик, измысли что-нибудь весёлое без магии?

— Превратись в ворона — это ж без магии? — а я тебя с нашей горки покатаю.

— Дурь какая! — восхитился Шон. — Ну, давай!

Я угадала, Мраку понравилось. Он балансировал крыльями, подпрыгивал, а в конце пути почему-то оказался у меня на голове. Зато у Шона хандра прошла. Мы бродили по замёрзшему морю по колено в снегу, махали руками и рассуждали об алхимии.

Вечером, когда Шон отправился, как обещал, к Асу — рычать, я спустилась в часовню. И долго говорила с Ларишей, просила, если она может, помочь с голубым серебром. Не для меня, а для тех гномов, что с пустыми мёртвыми глазами дробили молотами кости друзей и родичей на чёрных алтарях. И тех, кто это видел и теперь вряд ли сможет забыть, — вот как Шон. Нужно это остановить, и как можно скорее. Но у меня, у меня одной, просто не хватит ума и сил…