Упасть в небо - Надежда Кузьмина

Я, чуть оклемался, решил всех по-быстрому заморозить, чтобы остановить избиение. Запаса человеческой магии в накопителе и резерва на такое хватило бы с избытком. И только успел вырубить четверых, как алтарь пошёл вразнос. Хорошо, тут взрыв не происходит мгновенно — несколько секунд перед ним всё дрожит, контур будто смазывается, думаю, идёт накачка силы. И всё равно я не успел — только накрыл кое-как куполом. И понял, что удержать взрыв сил не хватит — снесёт и пещеру, и посёлок. Будет обвал и огромная братская могила. Так что сделал, что смог, — открыл самый большой, на какой оказался способен, портал куда-то в небеса, и пихнул туда взорвавшийся камень прямо в силовом пузыре. И отрубился. Что было дальше — знаю от Мрака.

В общем, всё равно тряхануло нас изрядно, так, что начался камнепад. Коридор, в начале которого я стоял, завалило напрочь. Со мной вместе. Ну и вот — валяюсь я без сознания под осыпью, резерв на нулях, накопители пустые, потоки ещё не нормализовались, а мой охранный амулет считает, что ничего особенного пока не произошло — я ж вроде живой? А что дышать нечем — дело третье. Кузнечик, ты же знаешь, как быстро гибнут клетки мозга без кислорода? Именно это мне и грозило… может, мозги бы Арден потом как-то и восстановил… хотя тоже не факт. Но знания бы точно пропали.

— Шон, но почему Мрак не стал собой? На это же магии не надо. Он ведь мог бы спастись — что для дракона какая-то осыпь?

— Потому что я успел попросить его этого не делать. Ты ж видела его габариты — мы б обвалили всё, что там ещё держалось, к троллевой маме. Я бы уцелел, но при этом угробил бы несколько десятков человек, а на крики набежали и женщины, и дети. Как думаешь, хорошо?

Не очень. Я, не стесняясь, притянула к себе Шонову свободную ладонь, потёрлась щекой. Шон скосил на меня блестящий глаз, вздохнул:

— В общем, Мраки живо сообразили, что наши откопать меня вовремя никак не успеют и что нужна человечья магия — чистить трансмутацией кровь. Ворон это умеет. Тогда я мог бы там в щите загорать вечно. Ну, или пока не оклемаюсь и не высплюсь. — Светло улыбнулся своей неподражаемой улыбкой. — Вот Мрак тебя и позвал… и ты всё сделала, как надо. Молодец!

— А дальше?

— Что дальше? Отрыли меня гномы, примерно через полчаса. И я теперь — веришь? — почётный гном и член клана. Так они оценили, что я чуть не выгорел, спасая их Арддшваркрбрах-ап-чхи!.. — Чтоб его! — язык сломаешь!

Я невольно засмеялась. Потом спросила:

— А леди Астер?

— Ну, с теми проходами всё прошло удачнее. Арден устроил своим впереди по коридору локальный обвал, перекрыв дорогу, и первым делом пихнул в портал алтарь. А потом заморозил подчинённых гномов. Астер с Тиану тоже справились на отлично. Только я в лужу сел… И да, теперь северная часть гор — силами драконов — вся на карантине, под щитом. Прямо завтра начнем прочёсывать частым гребнем. Хватит нам интересных катаклизмов!

— Ты молодец, Шон. Ты сделал всё, что мог.

— Не всё. Если б я додумался сперва заморозить алтарь, жертв и разрушений было бы куда меньше. Ладно, век живи — век учись. Да, кузнечик?

— Я за тебя волновалась. Поспишь рядом?

— Если честно, затем и прилетел. Знаешь, сегодня мне действительно нужно твоё тепло.

Утром Шона уже не было, но оказалось, что он никуда не улетел. Потому что не было магии, и вообще на сегодня леди Астер выгнала его отдыхать, взяв слово, что во дворец, в лабораторию и в Совет Магов Шон соваться не будет. Учитель слово дал… но вывернулся по-своему.

С утра он смотался в ближайший хороший трактир за «правильной едой для дракона», а потом на пару с жареным гусем оккупировал алхимический кабинет Росса. Сказал, что ему надо подумать… и за два часа довёл до рычания Тин, мирно обнимавшуюся с возгонным аппаратом, бегая вокруг неё по стенам и жестикулируя гусиной ногой. Сестра вздохнула с облегчением, когда Шон обратился в ворона и с громким «Каррр!» вылетел в окно.

Оказалось, что магу тюкнула в голову идея искупаться. Ну, раз уж поблизости такая удобная прорубь обнаружилась. Или он подсмотрел в моей голове встречу Сианурга с Сибилой, не знаю. Но факт, что время для водных процедур Шон подгадал точно — как раз когда неуёмный физкультурник пригнал наш класс к полынье, объясняя на ходу, что солнышко уже греет, а холода идут к концу и если вот сейчас мы не поплаваем, то, считай, зима зря прошла!

Пока мы робко стягивали ушанки и валенки и переглядывались, прикидывая, как бы свести ущерб от водных процедур к минимуму, Сианург, который свято верил в воспитание личным примером, бодро бултыхнулся в прорубь. Поплыл саженками к дальнему концу… но не успел домахать до середины, как вода впереди вспучилась горбом, разошлась с шумным плеском, и из глубины всплыла здоровенная чёрная башка. С вот та-а-акими огроменными зубами.

Стоявшая рядом Бри вцепилась в мой рукав и громко завизжала. Остальные девчонки дружно подхватили. Парни хором перешли на троллий. Больше ничего конструктивного сделать мы не успели — Сианург взвился бакланом над волнами, приземлился, исхитрившись развернуться в прыжке, на край льда и уставился на Аса и меня, застывшую на одной ноге с валенком в руках рядом с женихом. С макушки физкультурника стекала струйками вода, взгляд был неласковым.

Это мягко говоря.

— Аскани тер Ансаби, Тимири тер Сани — шаг вперёд! Опять ваши дурацкие шуточки? На счёт три разделись — и в прорубь марш!

Я покосилась на пускавшего пузыри Мрака. Веселится, зараза! В таком ракурсе, наполовину — точнее, ровно по зубы погружённая в воду, башка выглядела треугольной, плоской и жуткой, а громадное тело из-за преломления воды казалось расплывчатым чёрным пятном, не вмещающимся в прорубь. Шеи не было вовсе. Крыльев тоже. Неудивительно, что Сианург не признал в этой чудо-юдо-твари собрата по разуму и магии! Достоверно можно было сказать одно — оно хищное!

И ехидное. Потому что Мрак за спиной Сианурга, по-прежнему не показываясь целиком, шлёпнул по воде хвостом, обдав физкультурника душем ледяных брызг и выплеснув к Сианурговым стопам среднеразмерную треску.

— Фосфор для мозгов полезен, — громыхнул бас, и чёрное чудище исчезло под водой.

Сианург оглянулся на опустевшую прорубь. Поморгал. И недоверчиво уставился на рыбину у ног. Осторожно приподнял босую ступню, коснулся трески большим пальцем, проверяя материальность оной… Как выяснилось, зря. Контуженая рыба мгновенно пришла в себя и запрыгала, молотя по льду хвостом. От неожиданности Сианург аж подпрыгнул. Потом, очевидно, всё ещё не веря, что треска — настоящая, магией поднял рыбину в воздух. Уставился в упор. Потыкал пальцем. Не удовлетворился проверкой. Схватил за хвост и поднёс к носу — нюхать. Скривился.