Сыновья Дьявола - Клоэ Валлеран

– Если ты надумаешь сменить банду, позвони нам. Мы предложим тебе гораздо больше, чем Сыновья Дьявола.

В руке у меня остается клочок бумаги, на котором записан его номер телефона и его имя: Трой.

Он сразу отходит, но, когда я поворачиваюсь к выходу, я вижу, что Кларк все еще стоит, придерживая для меня дверь, и взгляд его полон ненависти.

Маневр Жнецов Смерти не остался незамеченным!

– Что он от тебя хотел?

– Ничего особенного.

Он недовольно сдвигает брови, но ничего больше не говорит.

Объяснять ему, чего хотел от меня Трой, все равно что подливать масла в огонь, а я этого совсем не желаю, и поэтому мы молча возвращаемся к машине.

Глава 16

В мотеле у дверей в наши комнаты Кларк объявляет ребятам, что мы стартуем завтра в девять утра.

– Постарайтесь не перегрызться, – говорит нам Сет.

– И не вздумайте трахаться. Мы хотим спать, а стены тут, похоже, совсем тонкие, – добавляет Шон.

Оскорбившись, я смотрю на них выразительными глазами.

– Там в тумбочке лежат затычки для ушей, – отвечает Кларк.

Парни гогочут, а я задыхаюсь от возмущения. Я предпочитаю поскорее удалиться в комнату, пока этот разговор не зашел слишком далеко.

– Спокойной вам ночи, – на прощание бросает Шон многозначительным тоном, в котором явно сквозит намек.

Я подхожу к кровати и, сев на нее, снимаю куртку, затем конверсы, в то время как мысли мои витают вокруг Кларка.

Он не из тех, кто много говорит, и его глаза в большинстве случаев не выдают никаких эмоций. Если не считать тех случаев, когда мы ругались, мы так никогда по-настоящему и не разговаривали. Я ничего не знаю о нем, а он ничего не знает обо мне – тогда почему меня к нему так тянет? Конечно, он привлекает меня физически, но это больше, чем простое влечение. От него исходит уверенность, и меня восхищает эта его сторона. Кларк прекрасно понимает, что он нравится, что он ужасно красив и что все девушки у его ног. Он точно так же знает, что все уважают его из страха, и тем не менее, хоть он и крайне вспыльчив, он никогда не ввязывался с кем-нибудь в драку просто так, без повода, и никогда никого не унижал. Он уже не один раз лгал мне, и я не сомневаюсь, что, если Картер ему прикажет, он сделает это снова, но, несмотря на это, я чувствую, что ему доверяю.

– Иди умывайся, я пойду после тебя.

Я смотрю на него странным взглядом, растревоженная мыслями о нем, затем киваю и иду в ванную. Раздевшись, встаю под горячий душ, с наслаждением чувствуя, как расслабляются мышцы после этого тяжелого, насыщенного эмоциями дня. Такое впечатление, что, когда я с Сыновьями Дьявола, у меня нет ни секунды передышки. Тем не менее именно в эти напряженные моменты я острее всего осознаю собственное существование.

Несколько минут стою, не двигаясь, под обжигающими струями воды, потом моюсь и выхожу из душевой кабины. Обернувшись полотенцем, ищу взглядом свою сумку, но в ванной ее нет. Я оставила ее на кровати.

Приоткрыв дверь, выглядываю из ванной. Кларк сидит на постели перед телевизором. Он оборачивается на меня и смотрит мне прямо в глаза, а затем его взгляд соскальзывает на ключицы и на то место, где начинается грудь. Тело тут же предательски реагирует на его взгляд, и щеки вспыхивают. Как бы это ни было удивительно, но я уверена, что в глубине его радужек ясно читается желание, которое, правда, тут же исчезает, уступив место обычному непроницаемому выражению.

– Ты не мог бы подать мне сумку, пожалуйста? – с трудом выдавливаю я.

Он прищуривается и делает паузу, прежде чем сказать «нет».

– Спас… Прости, что?

– Нет.

В его глазах сверкает искреннее веселье, однако мне не до смеха. Полотенце, которым я обернута, настолько маленькое, что едва прикрывает интимные места. В таком виде я не могу выйти из ванной.

– Кларк!

– У тебя что, ног нет?

– Но на мне только полотенце! – говорю я умоляющим голосом.

Он лишь пожимает плечами, и я скрежещу зубами от злости.

В раздражении выскакиваю из ванной в комнату, чувствуя нервирующий взгляд главного хулигана. Хватаю сумку и моментально улетучиваюсь обратно, так сильно хлопнув за собой дверью, что она чуть не слетает с петель.

Я, наверное, никогда не пойму его поведения. К этому парню должна прилагаться инструкция или руководство, позволяющее на основании статистики его выкрутасов диагностировать то или иное психическое расстройство.

Почистив зубы щеткой, любезно предоставляемой мотелем своим гостям, принимаюсь рыться в сумке в поисках пижамы, но, разумеется, я ее не взяла – ведь я же не собиралась здесь ночевать. Тем не менее, к своей великой радости, обнаруживаю в сумке чистые трусы. К сожалению, я должна буду спать в одежде, и это только усиливает мое раздражение против Кларка. Если бы он заранее сообщил, что именно будет находиться в ящиках, я бы позаботилась о том, чтобы взять с собой сменную одежду.

– Если завтра я буду в отвратительном настроении из-за того, что мне пришлось провести ночь в джинсах еще более узких, чем промежуток между твоими перепадами настроения, это будет исключительно твоя вина!

Я бросаю сумку рядом с кроватью и сажусь, повернувшись к Сыну Дьявола спиной. Через мгновение на голову мне приземляется что-то мягкое – какая-то тряпка. Несколько секунд сижу неподвижно, ничего не понимая, а затем снимаю ее с лица. Я резко разворачиваюсь к нему, собираясь испепелить его взглядом, но слова застревают в горле.

Кларк обнажен по пояс.

Я еще никогда не видела такого красивого тела, таких прекрасно прорисованных мускулов, не говоря уже о его татуировках, которые я впервые вижу при свете и которые идеально сочетаются между собой. Справа на груди у него сломанные часы: их стрелки остановились на 9:47. Часы окружены густым, охваченным пожаром лесом, идущим по ребрам, где обитает волк-одиночка – на вершине скалы, под звездным ночным небом.

Волк должен обозначать семью, поскольку он живет в стае, но этот волк один и воет на луну, в то время как его логово и его сородичи горят в огне. И тем не менее звезды по-прежнему сияют на небе – потому что, даже когда происходит какое-то зверство, Земля не прекращает вращаться. Удар обрушивается лишь на нас одних.

На его ключице вытатуировано «Сыновья Дьявола», и потом еще различные руны, возникающие из переплетения стеблей колючих роз, и бесчисленное множество других рисунков покрывают всю верхнюю часть его тела, не затрагивая лица. Но татуировка, которая больше других привлекает мое внимание, находится в центре его груди. Это две револьверные гильзы с выгравированными инициалами J.T. и W.T. Я спрашиваю себя, не инициалы ли это его родителей, убитых револьверной пулей.

От этой мысли сжимается сердце.

– Моя футболка: можешь использовать ее вместо платья.

Слова Кларка отрывают меня от завороженного созерцания его тела, и я совершаю над собой невероятное усилие, чтобы отвести от него взгляд. И вслед за этим осознаю, что в его броске мне в голову тем, что я посчитала какой-то тряпкой, не было ничего издевательского.

– Спасибо.

Он подмигивает и в свою очередь удаляется в ванную, дав мне возможность полюбоваться кучей новых татуировок на его спине – в том числе различными мирами Иггдрасиля, расположенными вдоль позвоночника один под другим.

Когда за ним закрывается дверь, я выжидаю, пока не послышится шум бегущей воды, чтобы снять джинсы, а затем боди и надеть его черную футболку, которая доходит мне до середины бедер. Я изо всех сил стараюсь не думать о том, что вдыхаю его запах.

Через пять минут Кларк возникает в дверном проеме в серых спортивных брюках и с мокрыми волосами, роняющими капли воды на его тело.

О всемогущие боги!

Все в нем пропорционально и очень хорошо развито. У него широкие квадратные плечи и спина, на которой рельефно выделяются трапециевидные мышцы. Руки в объеме вдвое больше моих, и я даже отсюда могу видеть выступающие у него на предплечьях вены. Грудь кажется