Между семьей - Вэнди Джинджелл

к стене, у меня слишком кружилась голова, чтобы самой её поддерживать.

— Да? Что ж, это будет бонусом, если так оно и есть. Кто-нибудь хочет пойти и проверить? Потому что прямо сейчас я не думаю, что смогу встать.

Кто-то действительно пошёл и проверил — кто-то даже принёс мне кофе, — но к тому времени я ещё не настолько проснулась, чтобы понимать что-либо, кроме кофе, поэтому выпила его и заснула.

Я снова резко очнулась от этого сна, когда кто-то раздражённо спросил:

— Где этот чёртов вампир?

— Его не было здесь последние два дня, — послышался голос Морганы. — Это в самом деле первое, что ты хочешь узнать после того, как возникла из ниоткуда, уменьшила площадь арены вдвое и выпила две чашки кофе, прежде чем отключиться?

— Есть кофе? — спросила я и на этот раз узнала свой собственный голос.

— Дай ей кофе, — раздался голос Зеро. — Она его заслужила.

— Чертовски верно, — пробормотала я, изо всех сил пытаясь открыть слипшиеся глаза.

— Я знаю, что это так, — холодно и с достоинством произнесла Моргана. — Я уже приготовила немного. Если тебя не беспокоит тот факт, что она первым делом спросит про вампира, когда проснётся, я…

— Я говорила тебе, что Зеро — мой дядя? — спросила я её, наконец-то моргнув настолько, чтобы видеть больше, чем узкую щель в комнате — как раз вовремя, чтобы злобно ухмыльнуться при виде разинутого рта Морганы. — Нет? Для меня это тоже было новостью. Узнала буквально на днях.

— Мы поговорим о вампирах, когда жизнь станет более спокойной, — сказал Зеро ледяным голосом.

Моргана перевела взгляд с Зеро на меня и обратно, затем повторила то же самое, не открывая рта.

— Подожди, ты её дядя, и тебя не устраивает, что она встречается с вампиром? Почему? Это сбивает людей с толку!

— Вампиры — любовный интерес с высокой степенью риска, — сказал Зеро. — И нет никаких гарантий относительно продолжительности жизни в других отношениях.

— Я не обсуждаю любовные увлечения или продолжительность жизни, — сказала я. — Я собираюсь обсудить кофе и какой-нибудь завтрак, вот и всё. Ты сказала, что Джин Ён не вернулся сегодня утром, а что насчёт прошлой ночи?

— К сожалению, его нигде не видно, — сказала она. — Но вместо этого прошлой ночью у нас на заднем дворике сидел скелет — Зеро впустил его.

Так вот в чем заключалась та слабая голубизна, которую я ощущала в комнате.

— Это ты, Ральф? — спросила я.

— Твой дом раздавил меня, — послышался тоненький, раздражённый голосок, который я хорошо знала. — Мой дом тоже раздавило, и теперь мне некуда идти.

— Хочешь кофе? — спросила я его, садясь, немного пошатываясь. И действительно, там виднелась бледно-голубая фигурка маленького мальчика в бриджах до колен и подтяжках, его слегка чересчур длинные вьющиеся волосы были аккуратно спрятаны под кепкой.

— Мне не разрешают пить кофе, — недовольно сказал он. — Мама говорит…

— Не начинай снова, — перебила его Сара. — Если не хочешь кофе, можешь взять молока, но не слишком много; у нас его хватит только на пару дней, учитывая, как в этом доме все пьют чай и кофе.

— Похоже, вы неплохо устроились, — сказала я, ухмыляясь, когда кто-то сунул мне в руки чашку горячего кофе. Теперь, когда я немного пришла в себя, я смогла разглядеть ещё несколько человек в комнате. Я не удержалась и тоже бросила быстрый взгляд на окно, хотя уже знала, что оно будет пустым. — Всё так же выпиваете, как и всегда. Что ты здесь делаешь?

— Я же сказал, — холодно произнёс он. — Твой дом раздавил меня и мой дом.

— Точно. Ну, в любом случае, это хорошая новость, — сказала я ему, делая ещё один глоток кофе. Теперь мой мозг начал спокойно работать, но у меня было такое чувство, что он делал это и во время моего сна.

— Тебе, наверное, нужно ещё кофе, — сказала Моргана. — В твоих словах нет никакого смысла.

Я воздержалась от резкого возражения, что это ей нужен ещё кофе, если она не понимает, и сказала:

— Не суть. Ты уверена, что арена сократилась вдвое?

— Так сказал Зеро, и мне тоже кажется, что она стала меньше. Почему?

— Просто у меня появилась идея, как нам отсюда выбраться, вот и всё.

Её лицо просветлело.

— Как?

— Не могу тебе сказать — мне пришлось бы убить тебя.

— Я уже мертва.

— Видишь?

— Пэт…

— Ладно, ладно, — сказала я, ухмыляясь, прежде чем Ральф успел произнести те самые решительные слова, которые были у него на устах (вероятно, ворчливое «Я тоже уже мертв!»). — Но…

— Ой, Пэт! — крикнул кто-то сверху, прежде чем я успела договорить. — Вампир вернулся! И на этот раз он на заднем дворе!

Я с облегчением встретилась взглядом с Зеро; он выглядел довольно ошеломлённым для чувака, который редко проявляет эмоции. Мы поднялись одновременно, я пролила кофе на джинсы, а Зеро отодвинул диван на добрый фут и чуть не сбросил с него Моргану.

Мы одновременно направились к задней двери, остальные последовали за нами.

— Проверь окно, — сказал мне Зеро. — Убедись, что за ним больше никого нет.

Я забежала в прачечную и запрыгнула на скамейку, чтобы как следует выглянуть из окна, слегка приоткрыв жалюзи. Сквозь оконное стекло пробивался аромат лимонного мирта, и я увидела Джин Ёна.

Его глаза встретились с моими, тёмные и приветливые, и я увидела, как он открыл рот.

— Petteu, — сказал он. — Я вернулся домой.

— Погодь-ка! — закричала я. — Зеро! Не открывай дверь!

Зеро не слушал; я услышала, как его рука сомкнулась на дверной ручке, и едва слышный скрежет, когда она повернулась, и буквально соскочила со скамейки, обогнала дверной косяк и вывалилась в коридор.

Я пинком захлопнула дверь, прежде чем она успела открыться больше чем на ширину пальца, чуть не раздавив при этом пальцы Зеро. Затем я хлопнула ладонью по двери и без слов посоветовала дому оставаться закрытым, прежде чем Зеро успел открыть рот.

— Лады, так ты помнишь этого мимика? — спросила я его, когда возмущение медленно исчезло с его лица. — Тот, который заставил маленьких Джин Ёнов прятаться в живых изгородях? Думаю, твой отец нашёл другого, потому что это определённо не Джин Ён.

Пальцы Зеро дёрнулись, как будто он с трудом сдерживался, чтобы снова не протянуть руку и не открыть дверь. Он спросил:

— Ты уверена?

— На сто процентов, — сказала я. — Джин Ён не называет меня Пэт. Он уже целую вечность этого не делает.

— Он знает, что лучше не называть тебя по имени, пока мы здесь, — предостерегающе сказал Зеро.

— Ага, но он также не называет меня Пэт. Только не