На страже тишины и спокойствия: из истории внутренних войск России (1811 – 1917 гг.) - Самуил Штутман

Подобные случаи не оставались без внимания со стороны командира ОКВС. Он тщательно разбирался в каждом случае. Применение оружия допускалось только с санкции гражданского начальства, несущего ответственность за подобные действия.

В 1835 г. Капцевич был произведен в генералы от артиллерии. За деятельность на посту командира ОКВС он был награжден орденами Св. Александра Невского с бриллиантами и Св. Владимира 1-й степ. Вследствие расстроенного здоровья он получил разрешение на продолжительный отпуск. Расстроено было и домашнее хозяйство. В заемном банке появился долг (52 тыс. рублей, занятых под залог дома); содержать 300 душ крестьян и управлять сданным ему в аренду казенным имением в Виленской губернии (награда за штурм Парижа в 1814 г.) стало невмоготу. К тому же срок аренды, уже дважды продлевавшийся на 12 лет, истекал в 1840 г. Капцевич решается обратиться непосредственно к царю с просьбой еще продлить аренду и выдать половину ее суммы. Письмо от царя попало к военному министру75, а от него к министру государственных имуществ П.Д. Киселеву. Денег не хватало, и тогда Капцевич обратился с просьбой помочь избавиться ему от долга за счет запасного капитала ОКВС, который благодаря его усилиям и бережливости за семь лет с процентами составил 1 141 759 рублей76. 29 марта 1840 г. император согласился погасить долг за счет резервного капитала банка77. Однако воспользоваться царской милостью Капцевичу не пришлось. Он умер под Оренбургом в том же году, 3 июля78.

Служака Рейбниц

В командование корпусом вступил генерал-лейтенант Карл Павлович Рейбниц (1777 – 1843). Ему было в это время 63 года. Может быть в Военном министерстве посчитали, что после энергичного Капцевича его достойным преемником должен стать не менее заслуженный, авторитетный боевой генерал. К тому же он был членом Военного совета с 1839 г79.

Военную службу он начал в 1798 г. в Тобольском пехотном полку, в котором пробыл 16,5 лет, пройдя путь от подпрапорщика до полковника, командира этого же полка. В его составе он участвует в экспедиции на фрегате «Константин» и десанте в Голландии, в последующих боях и сражениях (1806, 1807, 1812, 1813, 1814, 1815 гг.), боевых столкновениях с французами (1799 гг.). Всего Рейбниц принимал участие в одиннадцати военных кампаниях, трижды был ранен, награжден девятью российскими орденами и двумя иностранными. Он отличился в сражении при Прейсиш-Эйлау, где первый раз был ранен пулей в левый бок навылет, награжден «за оказанные в том же сражении отменные подвиги» золотым знаком отличия. В Отечественной войне 1812 года за умелое командование полком в боях под Смоленском получил чин подполковника, а за отличия в Бородинском сражении награжден орденом Св. Владимира 4-й степ. За отвагу в последующих боях (под Малоярославцем, Вязьмой, Красным) удостоен золотой шпаги с надписью «За храбрость» и ордена Св. Анны 2-й степ. За бои в следующем году произведен в полковники, награжден орденом Св. Анны 2-й степ., алмазами украшенным. В Лейпцигском сражении был ранен пулей в грудь, получил орден Св. Владимира 3-й степ., а от короля Прусского – военный орден «За заслуги». Участвует во взятии Парижа. С мая 1814 г. – шеф 4-го Егерского полка, с января 1819 г. командует бригадой 24-й пехотной дивизии, получает первый генеральский чин. Рейбниц был хорошим строевым командиром, любил солдат и заботился о них. Ему никто не покровительствовал в военной карьере, он не был богат, своим продвижением по службе обязан только себе.

В войнах он это доказывал своей храбростью и военными способностями, в мирное время на всех смотрах получал за отличное состояние вверенных ему частей высочайшее благоволение. 3 мая 1827 г. он назначается начальником 25-й пехотной дивизии. 22 сентября 1829 г. производится в генерал-лейтенанты. Командуя дивизией, участвовал в усмирении польского восстания, получил пулевое ранение в левое плечо. За польскую кампанию награжден орденом Св. Владимира 2-й степ. и польским знаком отличия «За военные достоинства» 2-й степ. С 1836 г. он командует 36-й пехотной дивизией. В том же году он был удостоен ордена Св. Анны 1-й степ., императорской короной украшенного80.

Как старый и опытный генерал, Рейбниц продолжает дело своих предшественников. Первый подписанный им приказ датирован 2 мая 1840 г.. Он инспектирует батальоны и команды, выслушивает жалобы и претензии подчиненных, вникает в условия размещения, быта, служебную нагрузку, порядок несения службы, обучение нижних чинов. В одном из первых обобщающих приказов он писал:

«По вступлении моем в командование корпусом, признав нужным, прежде всего, произвести инспекцию хотя бы некоторым батальонам и командам, чтобы ближе познакомиться с их состоянием и обязанностями, я в настоящем году отправился сначала по тракту до г. Гродно, потом в Смоленск, и осмотрел в первый вояж 10-тъ батальонов, 40 инвалидных и этапных команд, две подвижные роты, а в последний – 6-ть батальонов и 44 инвалидных и этапных команд, и сравнивая их между собою в исправности, нахожу, что батальоны: С.-Петербургский, Рижский, Тульский, Митавский, Московский и Новгородский – в хорошем устройстве, но лучшими между ними есть С.-Петербургский и Тульский, затем Тверской, Калужский, Могилевский, Смоленский, Псковский, Витебский и Ревельский требуют еще некоторого улучшения, чтобы поравняться с первыми; а батальоны Гродненский, Виленский и Минский, в особенности последний, далеко отстали от прочих...»81

Далее, на огромном числе страниц замечаний, разъясняется, на что именно надо обратить внимание. За несколько месяцев до этого он отметил, что в 1829 г. в 381 инвалидной и этапной командах не было допущено упусков (непресеченных побегов) арестантов, в том числе в 88 командах, которые сопровождали тысячу и более человек. Рейбниц поощрил за это всех начальников отличившихся команд82. Он проявляет заботу о награждении нижних чинов знаками отличия Св. Анны и требует своевременного представления достойных, выслуживших 20 лет, «ибо знаки сии установлены, дабы возродить соревнования в нижних чинах к беспорочной службе и ревности»83.

12 ноября 1840 г. он представил «для Высочайшего осмотра» собранных при С.-Петербургском ВГБ нижних чинов, ростом не менее два аршина семь вершков, которых император велел определить в гвардейские полки. (Практика выкачивания из ОКВС рослых и физически крепких солдат и унтер-офицеров продолжается, пополнение же по-прежнему идет из армии за счет неспособных и штрафованных.)

Для лучшей подготовки солдат он приказал периодически собирать в батальонные квартиры из каждой инвалидной команды по одному унтер-офицеру и одному ефрейтору для двухмесячного обучения «образцовым фронтовой и гарнизонной службам»84.

В Таврическом батальоне по повелению императора сформированы два полубатальона с резервом для укомплектования батальонов Черноморской линии85.

Рейбниц поддержал инициативу окружного генерала 8-го округа г.-м. Катаржи и командира Херсонского внутреннего гарнизонного батальона, создавших у себя школу на 40 человек для обучения нижних чинов грамоте, велел перенять этот опыт, чтобы можно было затем готовить грамотных унтер-офицеров. В программу обучения в школе входили: Закон Божий, чтение и правописание, арифметика («до дробей»), обязанности солдат «к долгу своему». Экзамены принимались в присутствии губернатора, коменданта, других военных и гражданских чинов86.

Командующий ОКВС обратил серьезное внимание на накопление и использование артельных солдатских сумм. Еще Капцевич приказал расходовать их только по назначению, «не прикасаться» к ним. Рейбниц принял меры к «приращению» этих сумм. Предварительно он обследовал состояние «экономических солдатских денег» и отметил, что «суммы этой состоит весьма незначительное число», в некоторых батальонах «нет даже и ста рублей серебром». Рейбниц предписал «всеми возможными мерами стараться к умножению солдатский экономической суммы, извлекая даже пользу и из огородных овощей, остающихся от избытка в продовольствии нижних чинов, кои помещены в казармах или имеют кухни, где готовится им общая пища, через выгодную продажу оных, тем более что сумма эта идет на улучшение пищи самим же нижним чинам»... «Я вполне уверен, – заключает командующий, – что каждый попечительный начальник, пекущийся о благе своих подчиненных, всегда найдет возможность приискать средства к приобретению вольных заработков, чего легко может достигнуть, если вникнет и обратит самое ближайшее внимание к нуждам солдата и сим самым не поставят меня в необходимость впредь напоминать им о прямой их обязанности»87.

8.VII. 1840 г. император утвердил Положение о запасном капитале внутренней стражи, который образуется из сбережений «при постройке рекрутского обмундирования», а также «из городских и земских повинностей», приращивается процентами в кредитных учреждениях, где он хранится, и расходуется для улучшения содержания чинов корпуса. Проценты используются на столовые деньги офицерам и мясные порции нижним чинам.