Последний поход «Новика» - Юрий Шестера

— В отличие от его бестолкового брата, — не преминул, усмехнувшись, отметить Андрей Петрович.

— Который умудрился в тридцать четыре года стать командиром крейсера и капитаном 1-го ранга! — любовно глянув на сына, парировала она.

— А в тридцать пять обвенчаться со столь прекрасной девушкой! — добавил Петр Михайлович.

Даже при уличном освещении было видно, как зарделось лицо Марии, благодарно посмотревшей на свекра.

— Тем не менее время дорого, уважаемые дамы и господа! — заметил Петр Михайлович. — Завтра проведу совещание с морским командованием Владивостока, а уже послезавтра — в обратную дорогу, дорогая Александра Васильевна.

— А посетить «Богатырь»?! — растерянно воскликнула она. — Ведь ты, Петр Михайлович, и сам моряк, а посему должен знать, что для наших сыновей это дом родной! — И несколько смущенно добавила: — Я, как дочь флотского офицера, конечно, знаю, что женщинам не положено посещать военные корабли. Дурная примета, по мнению моряков, — мило улыбнувшись, пояснила она девушкам. — Но ведь сейчас «Богатырь» стоит в доке, и, таким образом, не является боевой единицей эскадры. Ведь так, Петр Михайлович?

Он обнял ее.

— Ты все правильно рассчитала, моя дорогая. Но принимать решение о посещении женщинами корабля может только один человек — его командир, коим является наш с тобой сын. Так что прошу с этим щепетильным вопросом обращаться именно к нему.

Женщины чуть ли не с мольбой в глазах посмотрели на Андрея Петровича.

— Мой отец прекрасно знает не только Морской устав, но и сложившиеся традиции русского флота, — заметил он, улыбнувшись. — Тем не менее я не могу и просто не имею права отказать просьбе моим горячо любимым матери и отцу с черными орлами на погонах.

Женщины захлопали в ладошки, предвкушая счастье побывать на боевом корабле с грозными пушками, на котором служили их дорогие и любимые мужчины.

— В таком случае завтра сразу же после совещания мы с Андрюшей отправляемся на «Богатырь», а ты, Степа, разумеется, с разрешения своего командира, — он кивнул на старшего брата, — устроишь нашим женщинам экскурсию по Владивостоку и его окрестностям, а затем подъедешь к доку, где мы и встретим вас с Андрюшей.

— Будет исполнено, ваше высокопревосходительство! — картинно взял под козырек Степан под восторженными взглядами женщин.

— Ну и как вы тут устроились? — заинтересованно спросил Петр Михайлович, передав в прихожей Степану фуражку и войдя в гостиную, в то время как Александра Васильевна с женским любопытством, но в то же время несколько ревнивым взглядом успела быстро осмотреть квартиру. — Неплохо, неплохо, господа офицеры… И, главное, холостяцким духом и не пахнет — сразу же чувствуется женская рука. — Лицо Марии порозовело от его похвалы. — Да и стол, Андрюша, тоже накрыт по полной программе, как говаривал мой дед, — любовно посмотрел он на сына.

А Андрей Петрович, извинившись, прошел в спальню, чтобы переодеться в повседневную форму одежды. И Александра Васильевна с благодарностью смотрела на Марию, которая, пройдя за супругом, приняла из его рук флотскую саблю и поставила на свое место в шкафу, затем подала ему повседневный мундир, а парадный с благоговением повесила в том же шкафу.

— Прошу всех к столу! — на правах хозяина пригласил Андрей Петрович, выйдя из спальни уже без регалий и сабли.

Когда бокалы были наполнены шампанским, Петр Михайлович еще раз поздравил молодых, закончив свой краткий тост традиционным «Горько!».

Андрей Петрович с Марией встали, и он нежно поцеловал ее в отзывчивые губы. При этом Петр Михайлович перехватил затаенный взгляд Ольги, брошенный ею на обручальное кольцо подруги, и понимающе усмехнулся: «Ох, уж эти женщины!..»

— Ну вот, Маша, — смиренно произнес Степан, — носили вы звучную фамилию Сперанской, а стали Чуркиной, — и рассмеялся, довольный своим «открытием».

— Не просто Чуркиной, Степа, — с некоторым вызовом ответила она, — а представительницей старинного рода Шуваловых.

— Браво, Мария Ивановна! — воскликнул Петр Михайлович. — По прошествии некоторого времени, как мне представляется, для решения проблемы продолжения нашего древнего рода будет привлечена и Ольга Павловна. Не так ли, Степа?

Он, не стесняясь родителей, с любовью посмотрел на смущенную, но счастливую Ольгу:

— Ты, как всегда, прав, папа! — отозвался тот, торжествуя, — благословение на его брак с Ольгой от родителей получено!

На совещание кроме адмирала Чуркина и контр-адмирала Иессена были приглашены контр-адмирал Греве и командиры крейсеров «Россия», «Громобой» и «Богатырь». Участники совещания были в приподнято-взволнованном настроении — ведь его проводил один из руководителей морского ведомства.

Иессен стал представлять председательствующему приглашенных, а когда очередь дошла до командира «Богатыря», смешался, несколько растерянно глянув на адмирала.

— Этот капитан 1-го ранга мне довольно хорошо известен, Карл Петрович, — пришел ему на выручку Петр Михайлович, и все понимающе заулыбались, освобождаясь от некоторой скованности, вызванной присутствием начальника столь высокого ранга.

Петр Михайлович достал из довольно пухлой кожаной папки лист бумаги с гербом Российской империи.

— Объявляю высочайший рескрипт!

Все встали.

— За безупречное выполнение воинского долга наградить командира крейсера второго ранга «Алмаз» капитана 2-го ранга Чагина, командира миноносца «Бравый» капитана 2-го ранга Дурново и судового механика миноносца «Бравый» поручика Беренова орденом Святого Георгия четвертой степени.

Таким образом, господа, эти офицеры стали первыми участниками Цусимского сражения, награжденными орденами.

Прошу садиться!

Участники совещания многозначительно переглянулись.

Затем адмирал достал из папки три коробочки с орденами и, вместе с рескриптом передав их контр-адмиралу Иессену, продолжил:

— С поражением в Цусимском сражении 2-й Тихоокеанской эскадры, усиленной к тому же кораблями 3-й Тихоокеанской эскадры, война Россией практически проиграна.

Тяжкий вздох присутствующих огласил кабинет. И хотя все уже давно поняли это, но сейчас они впервые услышали официальную оценку произошедшего из уст одного из высших руководителей флота.

— Американцы уже предложили свои услуги быть посредниками между Россией и Японией при подписании мирного договора между ними. Переговоры будут проводиться в Северо-Американских Штатах, в Портсмуте. Представителем России на них будет председатель комитета министров Витте.

В результате фактически проигранной войны мы лишились Маньчжурии, Ляодунского полуострова с Порт-Артуром и протектората над Кореей. Кроме того, японцами оккупирован остров Сахалин. И главное, Россия практически осталась без флота, построенного по программе «Для нужд Дальнего Востока», затратив на нее огромные денежные средства. Из крупных кораблей на Балтике остался лишь эскадренный броненосец «Слава», который не успели до конца оснастить до ухода на Дальний Восток 3-й Тихоокеанской эскадры Небогатова. На Черном море — эскадренные броненосцы «Князь Потемкин-Таврический» и «Георгий Победоносец». Здесь, во Владивостоке, отряд крейсеров и несколько интернированных кораблей в иностранных портах от Циндао до Сайгона во Французском Индокитае, включая эскадренный броненосец «Цесаревич».

Офицеры слушали адмирала, скорбно опустив головы. И хотя в его словах не было вроде бы и ничего нового, однако изложенные в концентрированном виде факты угнетали. Ведь еще полтора года назад все они были твердо уверены в несокрушимости русского флота и безусловной победе над Японией.

— Однако русский флот жив и станет еще мощнее прежнего!

Контр-адмиралы и офицеры смотрели на адмирала с надеждой в глазах. Именно сейчас им, подавленным потерей всех трех Тихоокеанских эскадр, так не хватало этих слов.

— Сейчас англичане с учетом опыта Русско-японской войны разрабатывают проект принципиально нового броненосного корабля «Дредноут». Но и мы не дремлем! — Петр Михайлович обвел взглядом адмиралов и офицеров, напряженно слушавших его, а затем продолжил: — Мы уже сейчас ведем подготовительные работы к строительству кораблей нового класса, а именно линейных кораблей водоизмещением более двадцати тысяч тонн с артиллерией главного калибра до двенадцати двенадцатидюймовых орудий в четырех башнях и скоростью хода до двадцати трех узлов.

Он сделал паузу, дав возможность присутствующим выразить свое восхищение этим проектом. Ведь эти опытные моряки, принимавшие непосредственное участие в боевых столкновениях с кораблями японского флота, прекрасно понимали, что с появлением столь мощных кораблей в корне изменится и само представление о морском бое. Было от чего радостно забиться их сердцам…