Любовь королевы - Шейн Роуз

Это место с кремовыми тонами и приглушёнными цветами привлекало меня не из-за дизайна, а из-за этого проклятого убежища. Это был мой маленький домик, место, где я чувствовала себя в безопасности каким-то странным образом. Я находила там утешение с ним и Эдгаром Алланом По, когда Ром сворачивался рядом со мной, ничего не делая какое-то время.

— Я слышал новости, Клео, — улыбался Ром, держа большую сумку.

— Вот как? — я качала ногами в воздухе, надписи «иди» и «на хер» на носках мелькали перед ним снова и снова.

— Хочешь отпраздновать, открыв свой подарок?

Я повернулась на диване и села прямо, заинтригованная тем, что было в сумке.

— Ты ходил покупать подарки?

— Я был в клубе, занимался подготовкой. Открытие через несколько дней. В сумке есть то, что ты сможешь надеть на открытие.

Я хмыкнула. Со всеми этими событиями совсем забыла, что мужчина, с которым я теперь живу, открывает секс-клуб.

— Не уверена, как относиться к тому, что отец моего будущего ребёнка участвует в этом эксклюзивном предприятии.

— Ты относишься к этому нормально, потому что ты — это ты, — сказал Ром, садясь рядом со мной.

— И кто же я?

— Женщина, к которой привязана моя душа.

— Если ты так говоришь… — Я опустила взгляд, неуверенная, что хочу продолжать эту тему. Мне нужно было дать чувствам улечься. Я так долго сдерживала их, что теперь не привыкла открыто проявлять. — Ладно, я заинтересована. Что в сумке?

Ром игриво поднял тёмные брови. Я поджала губы, стараясь не улыбаться. Мужчина дарил мне подарки и заботился, как будто мы действительно вместе. Но это не было официально подтверждено. Я носила его ребёнка, мы спали и жили вместе. Однако мы не произнесли слов, которые всё бы узаконили.

— Пару вещей.

Я закатила глаза и потянулась за сумкой.

Он отдёрнул её.

— Тише-тише. Не торопись. Может, сначала покормим ребёнка, который в тебе растёт. Что ты хочешь на ужин?

— Иди на хрен, Ром. Дай мне сумку.

— А «пожалуйста» не скажешь?

— Скажу «дай мне это или вали». — Я скрестила руки на груди.

— Это мой дом, женщина.

— Пока ты не сделал меня беременной. Теперь, что моё — то твоё, — улыбнулась я, хотя это была сладкая ложь, за которой, как мы оба знали, последует что-то резкое. — И в этом случае я принимаю решения.

— Хм… посмотрим. — Но мужчина протянул мне сумку с глупой улыбкой.

Может, это момент повлиял на меня, или то, что я беременна — не уверена. Но внезапно слова вырвались наружу, и я не смогла их удержать:

— Я ценю тебя. Ценю это пространство с тобой. Ценю подарок и твою поддержку.

— Ты не должна ценить это, — тихо сказал Ром. — Ты должна этого ожидать. Каждая женщина заслуживает такого отношения, верно? А такая женщина, как ты, вероятно, заслуживает гораздо большего.

— Гораздо большего? — я подняла брови, уже собираясь отпустить ехидный комментарий. — Так что там, в сумке?

Я открыла сумку и не увидела одежды.

— Похоже, я пойду в секс-клуб голой.

— Я не буду покупать тебе одежду, зная, что ты её выкинешь или порвёшь, чтобы переделать под себя. С этим ты сама справишься.

Я хмыкнула, потому что Ром, вероятно, был прав. К тому же мой взгляд упал на красивую коричневую коробку, которую я знала и любила, с чётким белым курсивом и большой буквой «Л», обозначающей имя лучшего дизайнера обуви. Теперь у меня точно будут красные подошвы. За эти годы у меня их было много. Мужчины любили дарить их в подарок.

Но эти ощущались иначе. Они были куплены с мыслью о моём ребёнке.

Я вытащила одну коробку, а вместе с ней ещё одну, лежавшую под ней, и ещё одну, поменьше. Я прищурилась, глядя на Рома, и сначала взяла самую маленькую коробку.

Неужели это то, о чём я подумала?

Моё сердце забилось так сильно, что я чувствовала пульсацию в висках, в ушах, во всём теле. Моя рука дрожала, когда я взялась за края крышки. Прочный картон соскользнул, и в коробке оказался тёмно-красный пыльник. Я взглянула на Рома, который сидел рядом со мной, скрестив руки, и терпеливо ждал.

— Ты же не сделал этого, — прошептала я.

Но он сделал. Мы оба это знали.

Я открыла пыльник и увидела два крошечных боевых ботинка. Они были чёрными с красными подошвами и выглядели в точности как те, которые я иногда носила. Крошечные двойные молнии серебристого цвета располагались рядом с маленькими, совсем крошечными шнурками. Я перевернула их, чтобы посмотреть на красные подошвы.

Я прижала руку ко рту, но не смогла сдержать сдавленный всхлип, вырвавшийся из моих губ.

— Что, чёрт возьми, случилось? — Ром быстро подскочил, выхватил коробку из моих рук и опустился передо мной на колени.

— Я просто... я не... Она не казалась реальной до этого момента.

В каком-то смысле я представляла дочь. Думала о том, каково это будет, и воображала, как сильно буду её любить и как уже сейчас защищаю. Я погладила живот, как будто пыталась дотянуться до неё, пытаясь почувствовать, как это будет.

Но эти ботинки… они были реальными и такими крошечными.

— Она очень реальна. Она такая же настоящая, как ты. И наша дочь тоже будет такой же красивой.

— О Боже… — Я практически зарыдала и опустила голову на его плечо. — Не говори таких глупостей. Ты же должен быть монстром и козлом.

— Я им и являюсь, — проворчал Ром. — Отчасти. Но не совсем, когда речь идёт о ней. — Он провёл пальцами по моему животу.

— Да неужели? — я закатила глаза, подняла голову от его груди и стёрла макияж, который, вероятно, стекал по моему лицу. — Ну, если тебе от этого станет легче, я тоже не такая бесчувственная по отношению к ней. Я тайком читала все эти чёртовы исследования, чтобы убедиться, что всё делаю правильно.

Ром кивнул, как будто это было совершенно нормально.

— Я тоже.

— Что? — я уставилась на него. — Ты не говорил мне…

— Я только давал тебе конкретные рекомендации по питанию. Ты принимаешь поливитамины, но нам нужно убедиться и в других вещах.

— Например? — мне было интересно узнать, читал ли он то же, что и я.

— Якобы нельзя ходить в песочницы или подобную хрень, — пожал плечами он.

— Точно! Боже мой. Я читала, почему. Что это за чертовщина?

— Долбанный паразит, который передаётся от животных.

— Мы превратимся в гермофобов после всего этого.

Он усмехнулся.

— Закончи открывать свой чёртов подарок, женщина.

— Они оба для меня? — улыбнулась я уголком рта. — Интересно, что это может быть.