Страшные немецкие сказки - Александр Волков

Хранителем клада назван именно Человечек, хотя и Михель ведет себя под стать фольклорным стражам сокровищ. Большинство из них, особенно на востоке Европы, существа злобные и демонические. На Человечка похожи русские кладенец, кладовик, лаюн (оборачивается собакой) и щекотун (оборачивается сорокой), украинский скрабник, белорусские копша и кладник — демон, одетый в сапоги с золотыми подковами, золотой пояс и шапку. На Михеля — Стенька Разин и другие разбойники, мертвецы, немецкие горные духи (тот же Рюбецаль в образе дикого человека из сказки Музеуса), наконец, обыкновенный черт, отсыпающий груды червонцев настырным кладоискателям. К древним хранителям кладов отнесем огненных змеев, колдунов и хитрых карликов-оборотней вроде эддического Андвари (Альбериха), чьи сокровища несут гибель тому, кто ими завладеет [516].

Холодное сердце. Иллюстрация В. Планка (1930). Вот каким бывает в гневе милостивый покровитель всех бедных угольщиков

Приносящие счастье клады и дарители-благодетели родились на свет гораздо позднее. И если Петер Мунк так озабочен посмертным взвешиванием, ему надо помнить, что талеры, заменившие шишки, ничуть не легче камня, заменившего сердце.

Грубиян, хитрец и дамский угодник

…Не прокричать ли: полночь!

Покойникам?..

Жуковский В А. Деревенский сторож в полночь

В разделе, посвященном ведьме, мы говорили о страшных (нечистых) местах и об испытании страхом (сном). Испытывали страх и героини сказок о женихе-разбойнике, свидетельством чему — надпись в доме мистера Фокса: "Не робей, не робей, но не будь всех смелей!" Мы поймем ее значение после изучения типов АТ 326 ("Бесстрашный герой"), АТ 330 и АТ 401 ("Заколдованные принцессы в замке").

В них описана львиная доля сказочных нечистых мест. Места эти кишат злыми духами всех мастей — призраками, чудовищами, обрубками тел и, конечно, бесами. Такое изобилие вызвало обратную реакцию — герой утратил страх и, включившись в игру, принялся сам издеваться над духами.

"Сказка о том, кто ходил страху учиться", написанная братьями Гримм, повествует об одном смельчаке, бродящем по миру в поисках острых ощущений. В детстве меня безумно раздражали его толстокожесть и нахрапистость. Трепетное ожидание полуночного визита призрачных гостей изрядно портили выкидываемые им фокусы. Но потом я уловил их глубинный смысл — ведь в финале герой оказался высмеян как последний сказочный глупец.

Сказка о том, кто ходил страху учиться. Иллюстрация П. Хея (1939). Бесстрашный герой "отогревает" у костра семерых висельников

По дороге в заколдованный замок юноша ночует под виселицей с семью мертвецами, причем вынимает трупы из петли, рассаживает вокруг костра, а когда огонь начинает лизать их лохмотья, развешивает обратно. В замке полно сокровищ, и владеющий им король ждет не дождется того, кто изгонит оттуда нечистую силу. В первую ночь юноша соглашается играть в карты с двумя большими черными кошками с огненными глазами. Сначала он обстригает им когти, а потом убивает и выкидывает в пруд. Разведя костер, он гоняется с резцом в руке за стаей черных кошек и собак, пока не уничтожает их всех. Утомившись, смельчак ложится в кровать, а та вдруг срывается с места и возит его по замку. Развлекшись катанием, он спокойно засыпает.

На вторую ночь скучающий юноша отпускает плоские комментарии по поводу выпадения из камина двух половинок человеческого тела. Половинки срастаются в жуткого мертвеца. Следом вываливаются его коллеги. Призрачная компания затевает игру в кегли с берцовыми костями и черепами. Юноша присоединяется к ним, предварительно обточив черепа на токарном станке, чтобы они лучше катались. В полночь мертвецы испаряются, и юноша спит до утра.

В третью ночь шестеро верзил вносят гроб с телом и, оставив его в комнате, удаляются. На юношу гроб производит то же впечатление, что и виселица. Чтя обычаи предков, он пытается согреть мертвеца — трет ему лицо и руки, сажает к огню, кладет к себе в кровать — и очень удивляется, когда оживший покойник хочет его задушить (знал бы о повадках навий, не удивлялся бы). Запихнув строптивца обратно в гроб, юноша возвращает его носильщикам. Мертвеца сменяет уродливый старик с длинной белой бородой. Он не скрывает своих намерений и прямо с порога вопит: "Готовься к смерти!" Тогда юноша от грубой силы переходит к хитрости, защемляет старику бороду в наковальне и потчует его железным прутом. Призрак молит о пощаде, указывает путь в погреб, где стоят три сундука с золотом, и на прощание хлопает ложкой об стол: "Одна треть принадлежит бедным, другая королю, третья тебе". Бьет полночь, старик исчезает, а смельчак, выбравшись из погреба, засыпает.

Очистив замок, юноша становится королевским зятем (чтобы объединить две трети в одну?) и наконец-то познает страх, когда жена выливает на него, спящего, ушат с речной водой, где плавают рыбки. А если бы он не спал и бодрствовал, как в замке до полуночи, оказала бы вода устрашающее действие?

Сказка о том, кто ходил страху учиться. Иллюстрация Г. Тенггрена (1920). Беседа с мертвецами-спортсменами. На полу лежит труп, попавший герою под горячую руку

Версии, которыми пользовались братья Гримм, идентичны по сюжету. Отличия касаются только способов борьбы юноши с духами и внешности самих духов: бородатый великан, черное привидение, священник в образе черного пуделя (чем только не начиняли эту собачонку!), безголовый призрак и т. д.

Ряд мифологических и фольклорных параллелей мы отметим сразу. Атакующие героя черные кошки и собаки взяты из средневековых трактатов о ведьмах. В гриммовской сказке "Три языка" герой проводит ночь в подвале башне, наполненном злыми собаками, ублажив которых он выясняет, где спрятан клад. Игра в кости и карты — неутолимая страсть многих представителей нечистой силы. Поэтапное явление частей тела можно найти в шотландской народной песенке "Странный гость". Женщине, сидящей дома за прялкой, поочередно являются пара ступней, пара голеней, пара коленей, пара бедер, пара боков, талия, пара плеч, пара рук, пара кистей, шея и голова. Женщина мирно беседует с ними, а на вопрос: "Зачем ты пришла?" — голова отвечает: "За тобой!" (это Смерть) [517].

В немецкой легенде игрой в кегли забавляются мертвые воины в горе, куда угодил кузнец. Он забирает с собой один из железных шаров, превращающийся затем в золото. Немцы думали, что во время грозы ангелы играют на небесах в кегли, швыряя каменные глыбы, которые своим шумным раскатом и ударами производят гром [518]. Герой сказки братьев Гримм "Королевич, который ничего не боялся", придя к дому великана, сбивает огромными шарами кегли величиной в человеческий рост.

"Полдень и полночь считаются моментами таинственными и критическими", — писал Зеленин.

В сказках духи исчезают или появляются в полночь. Эта деталь восходит к древнему источнику наподобие еврейского поверья, согласно которому при наступлении ночи Бог повелевает ангелам затворить небесные врата и злые духи тотчас получают возможность вредить человеку, но после полуночи возглашается новое повеление — приготовиться к растворению дверей; заслышав его, начинают петь петухи, а духи теряют свою силу [519].

Упомянутая сказка о королевиче относится к типу 401. Герои этих сказок должны трижды переночевать в нечистом месте, чтобы расколдовать принцессу и ее замок, после чего свадьба выглядит закономерным итогом. Герой типа 401 тоже бесстрашен, но он не дает воли своему нраву, а наоборот — сдерживает его.

После эпизода с великаном королевич попадает в замок, где живет черная принцесса. В замке буянят черти, и три ночи подряд они щипают, колотят, бьют и всячески терзают юношу, а он не должен произносить ни слова. Для искателя страха из типа 326 молчание было бы невыносимой мукой. Каждое утро принцесса окропляет королевича живой водой, пока благодаря его выдержке с нее не спадает чернота.

Сказка о том, кто ходил страху учиться. Иллюстрация П. Хея (1935). Игра в кегли обточенными на станке черепами

В сказке братьев Гримм "Король с золотой горы" купеческий сын освобождает от чар замок принцессы-змеи. С наступлением темноты приходят черные люди в цепях и до полуночи мучают безмолвствующего юношу. На третью ночь ему даже отрубают голову, но живая вода возвращает ее на место.

Тип 330 не менее легкомыслен, чем тип 326. В нем почти всегда действует отставной солдат, с ловкостью засовывающий чертей или Смерть в свой ранец. В гриммовской сказке "Брат Весельчак" черти водят хоровод вокруг солдата, а тот переругивается с ними в манере бесстрашного героя. В другой немецкой сказке солдат заставляет черта плясать под дудку, женится на принцессе, а отдав концы и очутившись в аду, устраивает там кавардак. Как я уже говорил, солдат может принуждать чертей служить себе.