Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

и направился к дворцу. Трёхэтажный дворец наместника был разрушен и превращён в гору из брёвен и красных кирпичей. Что этажей в здании раньше было три, Дилль понял по уцелевшему правому крылу, но забраться туда не решился – не до конца разрушенная мраморная лестница держалась на честном слове и при любом неосторожном движении могла упасть.

Дилль начал карабкаться по горе мусора, что осталась от дворца – сверху он точно сумеет обнаружить дракона. По пути он оступился на квадратной балке и едва не рухнул вниз, в последний момент сумев ухватиться за какой-то длинный изогнутый крюк, торчавший из мусора. Крюк был словно выкован из тёмной стали, а на его поверхности виднелись глубокие царапины и сколы.

– Интересно, зачем во дворце была нужна такая штука? – спросил сам себя Дилль и тут же ответил: – Наверное, на ней висела люстра. Говорят, в королевских залах такие огромные люстры, что на них тратят сотню осветительных заклинаний за раз. Вот бы глянуть на это…

Теперь Дилль был осторожнее, больше не пытался изобразить пикирующую птицу и благополучно добрался до вершины того, что когда-то было дворцом наместника. Поскольку он стоял на самой верхней точке в городе, то взору его предстала картина полной разрухи.

Над городом летали стаи ворон и каких-то более крупных птиц – скорее всего это из степей на поживу налетели стервятники. Крыши некоторых домов отливали коричневым золотом – видимо, в них обитали зажиточные граждане, остальные строения – те, что уцелели, выглядели попроще. В тех местах, где прошёл дракон, зияли рваные коридоры из разрушенных домов и сломанных деревьев. Целые сожжённые кварталы свидетельствовали, что там дракон не погнушался пустить в ход свой огонь.

Дилль сверху увидел главную площадь с пресловутым фонтаном, в который запрещено плевать под страхом утопления. На площади стояли несколько драконоборцев и что-то оживлённо обсуждали, при этом яростно размахивая руками и мечами. Вскоре к ним подошла ещё одна группа, в которой Дилль разглядел каршарца и монаха в тёмной рясе. Гунвальд не стал вступать в обсуждение, махнул рукой и бегом отправился на поиски дракона. Монах поспешил вслед за каршарцем, а остальные драконоборцы единой группой направились к холму, на вершине которого сейчас восседал Дилль.

– Хорошо, что Герон не оставил нашего варвара, – проворчал Дилль. – Может, он сумеет удержать его от самоубийства. Кстати…

Вспомнив про самоубийственное стремление варвара сразиться с драконом, Дилль испытал новый приступ боевой ярости, а потому решился откупорить вино. Наверное, делать это было ещё рановато, но ведь когда дракон найдётся, пить вино будет поздно – оно просто не успеет подействовать. Дилль опустошил примерно треть кувшина. В течение нескольких минут никаких изменений в самочувствии он не ощутил – ему всё так же хотелось найти дракона и надрать ему… ну, до чего можно дотянуться, то и надрать. При этом собственная безопасность Дилля ничуть не волновала. Затем кровавая пелена перед глазами начала рассеиваться, и Дилль уже вполне осмысленным взглядом осмотрел окрестности. Нет, дракона он не увидел, зато начал более трезво оценивать реальность.

– Смешно: я выпил вина и начал трезво мыслить, – хохотнул он. – Надо будет Герону рассказать, пусть использует этот довод в споре с настоятелем, когда тот будет ругаться на вечное героновское пьянство.

Монах и каршарец исчезли где-то среди полуразрушенных улиц Неонина, зато отряд драконоборцев, плотной группой приближавшийся к дворцу наместника, Дилль видел отлично. Впереди бежал Каюрт, за ним, размахивая мечами, спешили остальные.

– Куда ж вы так мчитесь? – пробормотал Дилль. – Каюрт, Блер, я ж вам говорил, чтобы вы вина хлебнули. Видно, не послушались доброго совета – вон как бегут. Ну ничего, сейчас они приблизятся, я им подскажу, как на тот свет не торопиться.

Когда драконоборцы подошли к подножью холма, на котором высились руины дворца наместника, Дилль, набрав воздуха в лёгкие, заорал что было сил:

– Каюрт, Блер! – он замахал руками, привлекая внимание. – Выпейте то, что вам дал маг!

Драконоборцы, услышав его вопль, подняли головы.

– ..де дракон? – донеслось до Дилля.

– Я его не вижу!

– Ищи! Мы сейчас поднимемся.

– Поднимайтесь, поднимайтесь, – буркнул Дилль. – Дракон, скорее всего, уже покинул город, иначе мы бы давно испробовали на себе его огонь. Эй, Каюрт! В Неонине нет дракона!

– А где он? – прокричал Каюрт, задрав голову.

– Откуда мне знать?!! Наверное, ушёл куда-нибудь в степи, – заорал в ответ Дилль и уже самому себе добавил: – Надеюсь, в этом случае нам не нужно будет тащиться невесть куда в поисках собственной погибели.

В этот момент торчащее бревно, за которое Дилль держался, зашевелилось, как живое, а глиняные кирпичи под его ногами заходили ходуном.

– Эй вы там, поосторожнее! – возмутился он. – Я всё-таки на самой вершине стою – мне падать дальше, чем вам.

Огромная груда битого кирпича и брёвен начала расползаться, а во все стороны полетели клубы пыли. Ноги Дилля разъехались, когда прямо под ним образовалась здоровенная трещина. Он рухнул ничком, чувствуя, как съезжает вместе с кучей камней. Бревно, за которое он держался минутой ранее, с глухим стуком упало и покатилось вниз, едва не придавив Дилля. Он проворно откатился в сторону и, чувствуя, как из-под ног уходит шаткая опора, подпрыгнул и ухватился за вертикально торчащий кусок стены.

Снизу сквозь грохот и шум слышались крики драконоборцев. Вокруг всё тряслось и рушилось, Дилль мёртвой хваткой вцепился в край стены, молясь, чтобы она не опрокинулась на него. Кусок, за который он держался, был, к счастью, прочным – не в пример обломкам, с шуршанием и скрежетом скатывавшимся вниз.

– Да что же такое происхо…

Дилль не договорил – раздался оглушительный рёв, и из-под обломков здания среди клубов пыли появилась голова на длинной шее. Разумеется, это был дракон, и появился он всего в каких-нибудь нескольких шагах ниже Дилля. Голова была здоровенная – этот ящер мог бы без труда проглотить лошадь и даже не поперхнуться. Насколько длинной была шея, Дилль разглядеть не сумел – остальная часть тела дракона оставалась скрытой под кучей строительного мусора, в которую превратился дворец.

Дилль, изо всех сил державшийся за спасительный кусок стены, к своему ужасу вдруг обнаружил, что на самом деле уцепился вовсе не за обломок здания, а за спинной гребень дракона. Выяснилось это очень просто – когда последние куски кладки и брёвна свалились, глазам перепуганного драконоборца предстала широкая спина ящера,