Оковы и плети (СИ) - "StilleWasser"

Услышав, что в этот раз околдованной марионеткой оказался его друг, Гарри вскочил, в ярости сжав в руках палочку.

– Нужно найти Рона! Кинг должен проверить его память…

– Нет, Гарри, – устало покачала головой Гермиона. – Не надо. Спорим, что ничего нового мы не узнаем? Что в памяти Рона такая же дыра, как и у остальных, и никаких подсказок мы там не найдем? А Рону только добавим забот. Он будет чувствовать себя пешкой в руках маньяка.

– И виноватым в том, что не смог противостоять Империусу и напугал тебя, – Гарри машинально потер уже давно не беспокоящий его шрам и озадаченно опустился обратно на стул. – Мне всё это совсем не нравится… Жаль, что твое дело не попало ко мне, потому что тогда я еще не сдал экзамен. Но я расшевелю Кинга…

Снова вскочив, он решительно направился к двери, но, обернувшись, заметил, какой одинокой и потерянной кажется его подруга, съежившаяся на стуле, словно ей на плечи вдруг обрушился весь небесный свод. Отважная Гермиона Грейнджер, гриффиндорская львица, не боявшаяся лезть с ответами к самому ужасу подземелий Снейпу и ставить на место высокомерного Малфоя, всегда верно следовавшая за ним через все невзгоды и опасности даже тогда, когда Рон не смог… Кажется, они всегда забывали о ней самое главное – она ведь просто девушка. Которую они должны были защищать, а не полагаться на нее в трудную минуту. И пришла она сейчас явно не для того, чтобы он записал её показания.

– Гермиона, – он подошел к ней и крепко сжал в объятиях. – Прости. Иди ко мне. Всё будет хорошо.

– Точно? – она всхлипнула ему в плечо, и Гарри ласково погладил её по вечно спутанным волосам.

– Обещаю.

– Хотелось бы в это верить, Гарри…

– Так ты возьми и поверь. Ты всегда верила и мне, и в меня. Неужели теперь будет по-другому? – поддел её Поттер и улыбнулся, когда она помотала головой, всё еще уткнувшись ему в плечо. – Знаешь, что мы сейчас сделаем?

– Что? – невнятно пробормотала Гермиона, не в силах оторваться от друга. Казалось, если он её сейчас отпустит, она просто развалится на части.

– Выпьем самый вкусный кофе в Министерстве – да, такой существует, и варю его я, – и пойдем поговорим с Кингом. И, если ему не найдется сказать нам ничего удовлетворительного, я возьму его за яйца и не отпущу, пока Олливер не будет в Азкабане.

Потрясенная Гермиона подняла на друга удивленный взгляд. В его глазах плясали чертенята.

– А что? – подмигнул он. – Мы уже взрослые и можем выражаться как хотим. Только не говори мне, что наша правильная Гермиона сейчас отчитает меня за выражение «взять за яйца».

– Нет, – улыбнулась она, вытирая слезы и понимая, что Гарри просто хотел её успокоить и отвлечь. И у него получилось. – Потому что я возьму его за задницу.

– Как в старые добрые? – Гарри широко улыбался, довольный тем, что так успешно справился с женскими слезами. Такому на курсах авроров не учили, а стоило бы.

– Как в старые добрые, – Гермиона снова обняла друга, на этот раз с благодарностью. – Спасибо за поддержку, Гарри. Мне этого очень не хватало.

– То, что теперь у каждого из нас своя жизнь, не значит, что ты стала мне менее дорога, чем прежде. Ты всегда можешь на меня рассчитывать.

– Давай свой кофе, пока я опять не разревелась, – украдкой вытерев еще одну слезу, шутливо толкнула его Гермиона.

– Сию минуту, мэм, – Гарри подскочил, распахивая дверь одного из шкафчиков, за которой обнаружилась навороченная магловская кофеварка, больше похожая на двигатель от космического корабля, настолько дорогой и многофункциональной она выглядела. – Эспрессо, американо, капучино, латте?

– Ого, – Гермиона осторожно приблизилась к чудо-машине. – Откуда это здесь?

– У авроров обычно совсем нет времени даже отойти пообедать, а едой в здешней столовой стоит кормить особо опасных преступников, чтобы побыстрее начинали сотрудничать со следствием. Да и то такие пытки следует признать бесчеловечными и запретить. Вот пришлось выкручиваться. Коллеги тоже оценили, часто заскакивают ко мне на чашечку чего-нибудь. Так что ты предпочитаешь? – спросил Гарри, доставая из второго шкафчика кучу пакетиков с кофе и разными пряностями и бутылку молока, зачарованную, чтобы не испортилось.

– Капучино, пожалуйста, – завороженно наблюдая за его быстрыми и точными манипуляциями, ответила Гермиона.

К кофе у Гарри нашлись потрясающие тающие во рту клубничные кексики – творение Джинни по рецепту матери. Сделав первый глоток и откусив кусочек кекса, Гермиона почувствовала, что ей снова хочется жить. И навалять Джеймсу, чтобы неповадно было на её друзей Империус накладывать. Поэтому, едва закончив помогать Гарри прибираться после кофе, она потребовала отвести её к Кингу.

Френсис Кинг, приятель Стефана, оказался высоким невероятно привлекательным мужчиной лет тридцати. Обычно люди с такой внешностью весьма легкомысленны, но Кинг был серьезен и строг, держась с достоинством и уверенностью в себе. Приглядевшись к нему повнимательнее, Гермиона вдруг узнала в нем одного из Верхних клуба. Перед глазами ярко всплыла картина, увиденная ею во время их с Драко последнего визита в Красный зал: хорошенькая нижняя в широком кожаном ошейнике скачет на члене сидящего на диване Верхнего, у ног которого вторая нижняя вылизывает ему яйца и зад первой девушки. Гермиона вспыхнула, тут же отводя взгляд от внимательно рассматривающего её Кинга, но, тем не менее, постаралась, чтобы её голос звучал уверенно и безразлично. Однако, судя по слегка насмешливому взгляду Френсиса, его ей обмануть не удалось, и он понял, в чем кроются корни её смущения, но вида не подал и спокойно выслушал вопросы Гарри, а затем без возражений поделился свежей информацией.

Он показал Гермионе колдографию и спросил, знает ли она изображенного там человека. Конечно, она с первого взгляда узнала лицо, часто являвшееся ей в кошмарах – лицо Джеймса, или же Кастора Уорвика. Однако, оказалось, что на фото был некто по имени Поллукс Уорвик, оказавшийся братом-близнецом Кастора. Кинг отыскал его, когда начал копать в сторону редких ингредиентов, входящих в состав зелья «Секс-кукла», которым Джеймс отравил Гермиону. В аврорате давно имелся список подпольных торговцев редкими травами и частями экзотических животных. Допросив каждого из них, Кинг вышел на покупателя, оказавшегося хозяином одной богом забытой лавочки антикварных магических вещей, находившейся в полузаброшенной деревушке на границе с Уэльсом. Считавшийся в семье предателем за какие-то старые прегрешения, он жил отдельно уже много лет и не поддерживал никаких контактов с братом.

– А теперь самое интересное, – красивый низкий баритон Кинга завораживал, хотя его обладатель говорил сухо и по делу, – я проверил воспоминания Поллукса – из его памяти стерт последний год. Конечно, никаких подсказок неизвестный преступник нам не оставил. В лавке и среди личных вещей Уорвика нет никаких улик. Соседи и постоянные клиенты не заметили в его поведении ничего странного. Близких друзей у него нет. Вполне вероятно, преступник может скрываться среди клиентов его лавки. Это наиболее простой способ подобраться к Поллуксу достаточно близко, чтобы обновлять Империус и отдавать приказы. В данный момент я работаю над списком покупателей. Если будут результаты, я сообщу, Поттер. Мисс Грейнджер, я обязан спросить: есть какая-либо новая информация по этому делу, которую вы пока мне не сообщили? Новые послания от преступника?

– Н-нет, сэр, – властный тон Кинга и внезапно заданный вопрос застал Гермиону врасплох, и от неожиданности она среагировала на Френсиса как на Верхнего.

– Что ж, если что-то появится, прошу вас незамедлительно сообщить мне, – сделав вид, что ничего не заметил, требовательно произнес Кинг, давая понять, что разговор окончен.

– Спасибо, Кинг, – Гарри поднялся, пожимая ему руку. – Я очень переживаю за Гермиону, поэтому… если будет нужна любая поддержка по этому делу…

– Я понял, Поттер, – серьезно кивнул Кинг и на прощание перевел взгляд на Гермиону, снова заставив её покраснеть и поскорее покинуть его кабинет.