Бумажный тигр. Власть (СИ) - Соловьёв Константин Сергеевич

Лейтон поморщился.

— Едва ли. Райли поколачивал подружку и трижды за последний год становился гостем полицейских участков. Роуз — тот просто задира и баламут. На счет Дауда у меня есть подозрения, что это он на Рождество украл семь пенни из кассы, пусть даже подозрения эти не подкреплены вескими доказательствами, ну а Фой…

Крамби торопливо махнул рукой.

— Довольно! Значит, среди погибших не было ценных сотрудников?

— Про покойников не полагается говорить дурного, сэр, но, — Лейтон выразительно кашлянул, — скажем так, при жизни они приносили компании куда больше хлопот и огорчений, чем пользы.

— В любом случае «Биржевая компания Крамби» выплатит их вдовах и родителям приличное вспомоществование. Но сейчас важно не это, — Крамби обвел сидящих взглядом, — Сейчас я хочу убедиться в том, что выжившие обеспеченны всем необходимым на ближайшее время. Будем мыслить трезво, господа. Мы не знаем, с чем столкнулись, и не знаем, как выбраться из этой ситуации. Но в одном я уверен наверняка. Даже стиснутые непреломной волей обстоятельств, мы будем вести себя так, как и подобает британским джентльменам, оказавшимся в осаде. Мы будем крепки в своем желании продержаться как можно дольше. Едва ли мы можем рассчитывать, что в скором времени к нам пришвартуется канонерка с подмогой и припасами, так что придется нам рассчитывать на свои и только на свои силы. Вот почему я хочу знать, как обстоит ситуация и сколько времени у нас в запасе. Кто-то уже провел ревизию провианта?

Лэйд сам не отказался бы заняться ревизией съестного — сосущее чувство в желудке ежеминутно напоминало ему о том, что торжественный ужин был чертовски, чертовски давно. Увы, сам для себя он определил другую сферу для проверки, почти не оставившую ему свободного времени даже для того, чтобы наскоро перекусить.

Все сидящие за столом растерянно переглянулись. Они только сейчас сообразили, что…

— Вся провизия находилась в ведомстве Кольриджа, — пробормотал Лейтон, — Бедный мистер Кольридж.

— На вашем месте я бы не беспокоился на счет провианта, — проворчал Розенберг, ворочаясь в кресле, — Я был в буфетной и видел запасы. У нас их хватит чтобы пересидеть осаду Кандии[11]. Одних только консервов не меньше тонны, пожалуй. Кольридж организовал ужин с приличным запасом. Едва ли мы будем шиковать, завтракая по три раза в день и закатывая шумные пирушки, но и голод в скором времени нам не грозит. А уж если распланировать рацион и ввести нормы…

— Так и сделаем, — поспешно провозгласил Крамби, — Пусть этим займется… мистер Лейтон, вы не против? У вас талант к организации и дисциплине, а тут требуется и то и другое. Будьте добры провести инвентаризацию всего съестного в здании и составить списки. Я утвержу нормы довольствия. Так мы, по крайней мере, оградим себя от голода на ближайшее время.

— А от жажды? — тут же спросил от стены мистер Коу, — Напомню, мы отрезаны от водопровода. Это значит, у нас крайне скудные запасы воды. Не думаю, что нам удастся восполнить их в ближайшее время — я бы не поставил на то, что из здешнего неба, где бы оно ни располагалось, идет дождь.

Розенберг покачал головой.

— У нас огромные запасы вина и сельтерской воды. Кроме того, приличное количество консервированных соков. Не самая полезная диета, пожалуй, но если стоит вопрос выживания, месяц мы протянем без особых усилий.

Кажется, они немного расслабились, подумал Лэйд. Им удалось побороть первичный страх, тот, что кидает людей безудержно спасаться бегством и творить необдуманные поступки. Они собрались вместе, как делали это сотни раз прежде, и убедили друг друга, что опасности нет. Что ситуация скверная, но не представляющая смертельной опасности и, главное, находится под контролем. Они отказываются сознавать, что весь их контроль не стоит и рыбьего чиха, напротив, с каждой минутой, проведенной здесь, они теряют шансы на спасение…

Лейтон с достоинством кивнул, поправляя галстук.

— Месяц? Протянем и больше, мистер Крамби, — убежденно заметил он, — Может, мы не команда какого-нибудь винджаммера[12], но мы — служащие «Биржевой компании Крамби». Неужели это ничего не значит? Разрешите напомнить вам, сэр, что нам доводилось переживать вместе серьезные испытания, которые только спаяли нас. Безусловно, ситуация странная и, что греха таить, жутковатая. Но я уверен, что в мире нет ничего такого, с чем не справился бы традиционный дух доброго британского трезвомыслия. Если мы все будем надлежащим образом выполнять обязанности офицеров, а вы возглавите нас, уверен, наша славная команда не замедлит поднять флаг и бросить вызов всем опасностям, которые окружают нас.

— Если к тому моменту не превратится в засохшие экскременты. Как и вы сами.

— Простите?

Лейтон онемел. Точно лорд-канцлер, чью речь оборвали на середине, и не кто-нибудь, а какой-то затесавшийся в свиту придворных особ оборванный кучер.

— Вы проживете этот месяц только если он вам даст, — спокойно пояснил Лэйд, — И, знаете, что? Я не был бы чрезмерно оптимистичен на этот счет.

***

Наверно, ему стоило подождать еще немного, подумал Лэйд. Придумать какое-то более внушительное вступление. Может, показать пару мелких фокусов из числа тех, которым научился у кроссарианцев. Он знал, как подготовить хорошее представление и как заставить зрителя проникнуться надлежащим уважением.

Но он слишком устал.

Устал сидеть в тесной комнате, полной спертого воздуха, и слушать разглагольствования биржевых дельцов, щебечущих на своем проклятом наречии и пытающихся уверить друг друга, что все обстоит наилучшим образом. Они даже не понимают, во что ввязались. Но уже привычно взяли на себя руководство, все вокруг учли и распланировали, назначили ответственных, вычислили риски… Черт, еще немного и они примутся зачитывать показатели финансового года, поздравляя друг друга и одобрительно хлопая по плечам! Чертовы безмозглые недоумки.

— Вы гордитесь тем, что проверили все запасы и составили описи, — Лэйд дернул за галстук, ослабляя узел, — Вот только зря думаете, что он все это время сидел без дела. Уверяю, он тоже проверил припасы в своей кладовой. А может, уже и распланировал меню. Сколько человек

находится в здании?

Наглость всегда оглушительно действует на благовоспитанных джентльменов. Лейтон уставился на него, точно у Лэйда у самого начали расти щупальца из носа. Розенберг, как ни странно, почти не смутился, лишь посмеивался чему-то, сидя в кресле. Синклер вытаращил глаза, на несколько секунд избавившись от нервного тика, который одолевал его на протяжении всей беседы. Мисс ван Хольц удивленно приподняла бровь. Если кто из собравшихся и не переменился в лице от этой бестактности, то только Коу. Кажется, этот человек вообще не считал нужным менять выражение лица, довольствуясь одним на все случаи жизни.

— Кажется, мы совершили серьезную ошибку, джентльмены, — взгляд Лейтона, адресованный ему, был исполнен снисходительным удивлением. Как у человека, увидавшего на своем пути уличную крысу в крохотном сюртучке, цитирующую Кьеркегора, — Не дали слово нашему специалисту по части шерсти. Уж он-то найдет, что сообщить нам!

— Сколько человек в здании? — Лэйд повысил голос, — Вы сказали, у вас в штате двести четыре человека. Одиннадцать погибли. Трое в тяжелом состоянии. Значит, на ногах осталось сто девяносто?

Начальник кадровой службы дернул щекой.

— Соизвольте объяснить, какое отношение…

— Ответьте ему, Лейтон, — неожиданно приказал Крамби, — Мистер Лайвстоун не случайно занимает это место. Кстати, чтобы избегнуть недомолвок и недопонимания, прошу на будущее считать мистера Лайвстоуна полноправным участником оперативного совета. Нет, даже не так. Моим личным заместителем и поверенным в делах.

Эта отповедь порядком оглушила Лейтона. Он еще возвышался над Лэйдом, точно пожарная каланча, еще раздувал ноздри, но чувствовалось, что сила быстро покидает его, оставляя лишь легкий, покачиваемый ветром, каркас.