Когда король падет - Мари Нихофф

– Ужин подан, – пошутил седой вампир, а другой посмеялся.

Бенедикт одним взглядом заставил обоих умолкнуть.

– Прояви уважение, Финнеас. Твоя работа и вполовину не так важна, как ее задача.

Эти слова разнеслись по залу, смягчив боль, которую я ощутила из-за насмешки вампира. Но даже это не могло погасить вскипавший во мне гнев.

– Простите, Ваше Величество, – проворчал Финнеас. Его лицо из белого, как мел, обернулось ярко-красным. Но по тону его голоса было ясно, что извинение не настоящее. Это взбесило меня еще сильнее. Как говорила Лира? Мне нужно быть собой. Нет ничего проще.

– Разве не мне должны быть адресованы ваши извинения? – произнесла я достаточно громко, чтобы слышали все находящиеся в зале.

Повисла напряженная тишина. Кровь стучала у меня в ушах, но отступать было поздно. Я решительно подошла к столу, встретившись взглядом с обидчиком, и посмотрела на него сверху вниз.

Он фыркнул – не то гневно, не то с отвращением. Я заметила, что остальные с любопытством смотрят на Бенедикта, но мне было все равно. Это только наше дело – мое и этого урода.

Вероятно, за пределами замка он имел право обращаться с нами, людьми, подобным образом. Но только не со мной. Не здесь. Не сейчас, когда я в рубиновых серьгах и выполняю свою роль.

По крайней мере, я на это надеялась. Хотя, вероятно, меня постигнет горькое разочарование.

Молчание тянулось бесконечно.

– Что, прости? – наконец произнес он и отвернулся от меня. Финнеас обратил взгляд на Бенедикта, теперь и я смотрела на него. Чего я ждала? Понятия не имела. Только надеялась. Но вдруг король скажет мне что-то грубое? Сердце болезненно сжималось, когда я представила это.

Но Бенедикт смотрел не на меня, а на Финнеаса, и его взгляд выдавал абсолютное презрение.

– Ты слышал ее.

Рядом вздохнула Лира. И, казалось, все присутствующие вместе с ней. Финнеас, напротив, вел себя как самодовольный петух. Расправил плечи, выпятил грудь – словно это помогло бы ему выглядеть внушительнее. На меня он смотрел с отвращением.

– Мы не можем ждать вечно, – заметил Бенедикт, глотнув виски.

Казалось, у Финнеаса вот-вот взорвется голова. Он покраснел как помидор.

– Простите, – процедил он едва слышно, крепко стиснув зубы. И вернулся к своему виски.

Я безрадостно улыбнулась.

– Похоже, пришлось постараться, – заметила я. Развернувшись, встретилась взглядом с Бенедиктом. Мне показалось, или за хрустальным бокалом он спрятал улыбку?

Мы с Лирой и Брианой уселись на диван в углу салона, раздали колоду карт. Прошло некоторое время, прежде чем неловкое молчание, повисшее в зале, прервалось и вампиры вернулись к непринужденной беседе. Вероятно, теперь у них появилась новая тема для сплетен.

– Проклятье, Флоренс! – прошептала Лира, сдерживая смех. – Я тебя обожаю. Серьезно! Не Бенедикт, так я тебя заберу.

– Ты кастрировала его, без наркоза, в режиме реального времени, – сухо заметила Бриана, а Лира едва не расхохоталась.

Я старалась не выдавать смущения. Все могло обернуться катастрофой. Это же был один из советников Бенедикта. Возможно, король и защитил меня, но мог дать ощутить последствия, которые ждут за подобное нарушение границ.

– Что это за тип? – тихо поинтересовалась я, забирая карты и рассматривая сидящих за столом. Лицо Финнеаса все еще покрывали красные пятна, на нем застыла гримаса оскорбления.

– Подчиненный Эрис, отвечает за тренировки и управление стражей, – объяснила Лира.

Чудесно. Значит, он отвечает за нашу безопасность?

Я собиралась отвернуться, но мой взгляд остановился на Бенедикте. Он разглядывал меня, едва заметная улыбка не сходила с его лица – по моим рукам побежали мурашки. Почему он так далеко? Хотела бы знать, что он сказал по поводу произошедшего. Кроме того, я жаждала прикоснуться к нему.

Лира кашлянула, вырвав меня из раздумий. Ухмыльнувшись, она многозначительно вздернула брови.

– Хватит уже, – пробурчала я, раскрывая перед собой карты.

– Я ничего не говорила.

– Да и зачем? – заметила Бриана. – Все и так ясно.

Мое сердце екнуло. Стоило радоваться, что они так легко поверили, что я влюблена в Бенедикта, хотя это и была всего лишь маска. По крайней мере, в теории. По правде говоря, мои чувства казались реальными и мало напоминали притворство.

Мы разыграли несколько партий, но сосредоточиться на картах было тяжело. Я чувствовала, что Бенедикт за мной наблюдает. Мягкие покалывания скатывались по спине, словно капли воды. Я не могла больше оставаться вдалеке от него. Мне хотелось приблизиться. И я ждала подходящего момента.

Финнеас ушел, не забыв смерить меня на прощание суровым взглядом. Я не сомневалась, что он не причинит мне вреда, но все же ощущала тревогу. Не стоило наживать врага. Хотя я и предпочла бы десяток известных врагов, чем одного неизвестного. Меня сводило с ума то, что до сих пор не нашли ответственных за смерть Бонни.

– Да подойди ты к нему, наконец, – прошептала Лира, когда я проиграла пятый раз подряд.

– Не могу, пока вы здесь! – прошептала я.

– Почему?

– Будет странно, если вместо вашей компании я предпочту сесть за стол с ожившими ископаемыми!

Бриана подавилась смехом.

– Моему отцу всего сто тридцать лет, рановато помещать его в музей.

– Он не переживет транспортировку, – уверила нас Лира. – Представляю себе заголовок: «Королевский казначей обратился в прах!»

– Не такой уж он ссохшийся.

Я слушала их перепалку вполуха, наблюдая за тем, что происходит за столом. Еще одно кресло опустело – рядом с отцом Брианы, напротив Бенедикта.

– Может, вам пора? – поинтересовалась я у подруг. Бриана принялась складывать карты.

– Уже уходим, – объявила она, вставая с места.

– Но я хочу посмотреть, – протянула Лира, но все же поднялась вслед за подругой.

Бриана закатила глаза.

– Уверена, Флоренс все нам завтра расскажет. А не то мы разозлимся, – подмигнула она. Я выдавила слабую улыбку, не находя себе места от волнения.

– Разумеется, – пообещала я и встала.

– Так и быть, – сдалась Лира. – Тогда доброй ночи.

Пожелав мне удачи, они покинули салон. Одернув свитер, я двинулась к столу. Я ощущала, что Бенедикт разглядывает меня. Взгляд его зеленых глаз пробирался мне под кожу, ускоряя пульс. Я пересекла салон и заняла освободившееся кресло.

– Могу ли сыграть партию? – спросила я, оглядывая сидевших вокруг вампиров.

На лице Эрис промелькнуло непонятное выражение. Скорее всего, она уже анализировала каждое мое движение и готова была стянуть с меня маску уверенности. Отец Брианы дружелюбно улыбнулся. Трое вампиров, судя по всему, отнеслись к моему присутствию с куда большей холодностью. А Бенедикт смотрел на меня так пристально, что по рукам побежали мурашки.

– Ты умеешь играть? – уточнил казначей.

Я ответила ему дружелюбной улыбкой.

– Правила мне известны.