Трамвай отчаяния - Алексей Небоходов

воздухе появились груды предметов: грязные бутылки, тряпки, кастрюли, рваные матрацы. Эти вещи, будто подчиняясь невидимой силе, плавно опустились на землю. Люди в котловине замерли на мгновение, а затем с ужасом кинулись к ним, хватая предметы и судорожно начиная их чистить, чинить, сортировать.

– Они… боятся? – Варвара смотрела на это зрелище с ужасом.

– Разумеется, – спокойно ответил Константин. – Здесь не существует выбора. Работать – значит существовать.

– Это просто пытка, – резко сказала она голосом, дрожащим от гнева.

– Это жизнь, – ответил Константин, и его взгляд был ледяным.

Вдруг за горизонтом появилось тёмное пятно. Оно медленно увеличивалось, пока не стало понятно, что это огромный чёрный корабль. Его гладкий корпус не отражал света, а сам он двигался бесшумно, как тень.

– Что это? – тихо спросила Варвара, её глаза расширились от ужаса.

– Это транспорт, – сказал Константин. – Корабль забирает тех, кто продан.

Люди, заметив корабль, начали медленно отходить к баракам. Их движения были хаотичными, словно они пытались укрыться, но понимали, что это бесполезно.

– Они знают, что их заберут! – в отчаянии крикнула Варвара.

– Знают, – кивнул Константин. – Но это не спасёт их.

Корабль причалил, и его ворота открылись. Изнутри вырвался холодный свет, и невидимая сила начала вытягивать людей из бараков. Варвара подняла руку к губам, пытаясь сдержать слёзы.

– Это… чудовищно, – прошептала она.

– Это необходимость, – твёрдо ответил Константин. – Без этого мира не выжить.

Люди, как под гипнозом, медленно входили в трюм корабля. Виталий шагнул вперёд. Его лицо было искажено гневом.

– Это НЕ жизнь. И НЕ порядок, – сказал он глухим, но резким голосом.

– Это механизм, – спокойно ответил Константин. – И он работает.

Корабль наполнился. Его ворота закрылись, и он бесшумно отчалил, растворяясь в свинцовой дали. Варвара отвела взгляд, её руки дрожали.

– Ты не можешь оправдать это, – тихо сказала она.

– Я и не пытаюсь, – ответил Константин. – Я. Показываю. Реальность.

Когда Константин медленно обернулся к Варваре и Виталию, его лицо вновь приобрело ту неподвижность, которая казалась отражением бездушности всего Истока. Лёгкая ухмылка тронула его губы, а взгляд стал холодным, как лёд, пробирающий до костей.

– Ну, наша экскурсия закончена, – сказал он, словно подводя итог всего, что они увидели. Его голос был мягким, почти успокаивающим, но за этой внешней мягкостью скрывалась угроза.

Варвара застыла. Её взгляд метался между Константином и мрачным пейзажем Авернуса. Слова застряли у неё в горле, как камни, которые невозможно проглотить или выбросить.

– Что ты хочешь этим сказать? – наконец спросил Виталий, его голос прозвучал низко, срываясь на резкость.

Константин чуть наклонил голову, как будто раздумывал, стоит ли говорить дальше. Затем его взгляд стал жёстче, и он шагнул ближе.

– Сказать? – повторил он, и его голос наполнился скрытой насмешкой. – Я хочу сказать, что вы остаетесь здесь. Навсегда.

– Что? – Варвара резко подняла голову, а её голос задрожал от гнева. – Что значит "остаемся"?

Константин усмехнулся, но в его улыбке не было тепла, только хищная угроза.

– Именно то, что я сказал, – спокойно продолжил он. – Мы думали, что вас будет легче убить.

– Вы? Убить? – резко перебил его Виталий, едва его взгляд вспыхнул гневом.

– Только не делайте такое удивлённое лицо, – насмешливо сказал Константин. – Да, убить. Это было бы проще. Но, как оказалось, слишком большие силы вам покровительствуют.

– Какие силы? – Варвара стиснула зубы, её руки дрожали.

– Неважно, – отмахнулся Константин. – Не мне разбираться, кто именно и почему решил вас защищать. Но факт остаётся фактом: уничтожить вас оказалось невозможным.

– И теперь вы решили бросить нас здесь? – спросил Виталий, его голос звучал глухо, но в нём чувствовалась плохо сдерживаемая ярость.

– Именно, – ответил Константин, и его улыбка стала шире. – Мы решили, что если вас нельзя убить, то можно просто оставить.

– Ты сошёл с ума, – бросила Варвара, её голос дрогнул. – Мы не согласны.

– Не согласны? – Константин рассмеялся, его смех был коротким и глухим, как звук закрывающейся двери. – Вы же добровольно сюда пришли.

Он сделал паузу, позволяя своим словам повиснуть в воздухе, затем добавил, ухмыляясь:

– Добровольно… и сдохнете.

Эти слова разорвали тишину, которая вновь опустилась на котловину. Варвара почувствовала, как её тело сковывает холод дурных предчувствий.

– Ты не можешь просто так… – начала она, но голос её дрогнул и оборвался.

Константин не стал дослушивать. Его фигура начала терять чёткость, словно он становился частью окружающего пейзажа. Виталий сделал шаг вперёд, его рука инстинктивно потянулась к тому месту, где только что стоял Константин.

– Эй! – крикнул он, но слова растворились в воздухе.

Константин исчез. Ни следа, ни звука, ни тени – будто его никогда не было. Варвара обернулась, её глаза были широко раскрыты, а лицо побледнело.

– Он ушёл… – тихо сказала она, её голос прозвучал, как эхо в пустоте.

– Нет, он нас бросил, – резко ответил Виталий, его голос был полон ярости.

Варвара смотрела на него, её губы дрожали, но она не могла вымолвить ни слова. Она снова огляделась. Перед ними по-прежнему лежала бесцветная, пустынная земля Авернуса. Серое море, бараки, охранники у границ котловины – всё это выглядело как картина из ночного кошмара, от которого невозможно проснуться.

– Что теперь? – наконец спросила она голосом слабым, почти шёпотом.

– Мы найдём выход, – твёрдо сказал Виталий, его голос прозвучал уверенно, но в глазах мелькнуло сомнение.

– А если его нет? – Варвара подняла глаза на него, её взгляд был полон страха.

– Тогда мы его создадим, – ответил он, глядя прямо на неё.

Тишина вокруг них снова обратилась плотной, вязкой жидкостью. Они остались одни в мире, который не знал ни любви, ни надежды, и перед ними лежала только бескрайняя пустота.

Варвара и Виталий стояли молча, глядя на бескрайний, лишённый ярких красок ландшафт Авернуса. Синевато-серое море у горизонта казалось неподвижным, как застывший металл. Воздух был тяжелым, наполненным чем-то невидимым, давящим. Варвара растерянно обернулась к Виталию, но в её взгляде читалась решимость.

– Мы не можем просто стоять, – наконец сказала она, её голос прозвучал сдавленно.

– Нет, – коротко ответил он, его лицо оставалось жёстким. – Пойдём.

Они двинулись вперёд, направляясь к одному из длинных баракообразных зданий. Его стены, покрытые ржавчиной и чёрными пятнами, выглядели как раковина, оставленная в вечной сырости. Крыша провисала, а щели между досками открывали вид на мрачное небо.

Когда они подошли ближе, Варвара заметила, что изнутри доносился слабый гул – не то разговоры, не то шёпоты. Виталий открыл дверь, которая из-за ржавых петель издала протяжный, жалобный скрип.

Внутри барак был освещён слабым, дрожащим светом, исходящим от небольших ламп, подвешенных к потолку. Пространство разделялось низкими перегородками, доходившими лишь до пояса. В каждом отделении находились деревянные