Фантош для оборотня или Игры насмерть! (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas"

Наверное, я не заслуживала таких замечательных детей. Эгоизм, который был присущ последнее время, сильно скребанул по совести. Наиграно бодро улыбнулась:

— Отлично, сейчас поднимемся, покажу комнату, где будете спать. Оставите вещи, а после пойдем на кухню, что-нибудь перекусим.

На втором этаже сначала открыла детскую, сообщив, что она приготовлена для них, но никто не принуждает там спать.

— Ма, а можно, мы с тобой… — промямлила Злата, хлопая ресницами. — Мы взрослые… — храбрилась неуверенно, — и не боимся, только чуть-чуть.

— Конечно, — не сдержала улыбки. — Это как раз второй вариант.

Открыла свою спальню, дети рты открыли. Я бы тоже так сделала, окажись здесь впервые как они. Они заверещали, что будут спать у меня. Единственное, Злата со мной на постели, а Илье поставим диван, как обещала Светлана Георгиевна.

Когда спустились вниз и прошли на кухню, там уже Святослава не было, зато хлопотала домоправительница. Я попросила что-нибудь для ребятни к чаю. Женщина тотчас заторопилась, накрывая на стол.

Мои ребята не опозорили меня и были очень вежливыми и благодарными, что явно растопило сердце строгой Светланы Георгиевны. Злата и Илья дожевывая булочки, наперебой расхваливали кулинарные способности женщины. Мычали от восторга и клятвенно заверяли, что такое готовы кушать все время. Женщина по-доброму улыбалась, а ее глаза светились от счастья.

После мы пошли наверх, где делали домашки Ильи и Златы. Потом ребята отдыхали, играя в планшетах, а перед ужином Светлана Георгиевна оперативно организовала диван для сына.

Илья сразу же увалился на него и констатировал:

— Очень круто. Удобно…

— Вот и замечательно! — подытожила и поторопила: — Нам пора на ужин. Светлана Георгиевна любит, когда график приема пищи строго в назначенное время.

— А как же наш перекус? — удивилась Злата.

— На такие мелочи со стороны детей, она явно делает поблажку, — подмигнула доче, и мы поспешили вниз.

Демьян не обманул, на ужин его тоже не было. Зато появилась Елиния. Высокомерная, заносчивая, молчаливая. Она упорно делала вид, что нас не существует, да и пусть. Я не обидчивая, мне бы семью сохранить в целости и сохранности, а пренебрежение со стороны чужой женщины, как-нибудь переживу.

Святослав пришел последним. По обыкновению грустный, а теперь еще и настороженный. Он тотчас поймал на прицел глаз Злату, но уже в следующий миг исподлобья посмотрел на Илью так, будто оценивал противника, опять на Злату.

Сердечко екнуло, в горле пересохло. Меня немного смутил его взгляд. Совершенно недетский, изучающий, внимательный. Зато дочь это нисколько не волновало. Она парню мило улыбнулась, как, впрочем, делала всегда, особенно, когда волновалась. Такая защитная реакция, сглаживающая углы. Обычно это срабатывало. Я покосилась на мрачного Свята. Померещилось, но мальчишка вроде моргнул, но так и продолжил молча сидеть и почти ничего не ел.

Так как нас никто не знакомил, я не знала, как нужно исправить данное упущение. Нерешительно мялась, ведь не имела права на вольности. Спасибо, Елинии, она все же открыла рот:

— Свят, познакомься, это тетя Милена и двое ее отпрысков, — с таким великодушием произнесла, что мне противно стало, но я по обычаю смолчала.

Была рада хоть такому проявлению гостеприимства и этикета.

— Я, Злата, — не выдержала вновь повисшую тишину дочка и приветливо помахала рукой. Она, как огонек, просто не могла больше молчать. В ней бурлило любопытство — она и так жевала, не сводя взгляда с парня. — Мне десять и я учусь в третьем классе. А еще в художку хожу и на танцы…

Святослав продолжал буравить взглядом, и я четко различила золото, плеснувшее в зеленых, как у Демьяна глазах. По коже промчались щекотливые мурашки, и я поспешила перевести тему разговора на сына:

— Илья, — показательно, но тихо прокашлялась.

— Меня зовут Илья, — хмуро сообщил сын. — Учусь в седьмом. Занимаюсь самбо, а еще моделированием робототехники.

Теперь в глазах Свята мелькнул недюжинный интерес и даже зависть, но мальчик до конца ужина так и не заговорил. Молча встал, покинул зал. Елиния тоже не удосужилась хотя бы поблагодарить за компанию. Чинно поднялась, отложила салфетку и ушла.

— Ма, а чего он такой бука? — уточнила Злата, когда мы остались одни.

— Он не привык к такой большой компании, — попыталась хоть как-то объяснить поведение Святослава, а на сердце продолжали скрести кошки.

— А тетя злая, — подытожила доча.

— Не злая, — вступил в дискуссию Илья, — а высокомерная. Она нас вообще словно не замечала.

— Вот и вы не обращайте внимания, — отмахнулась, хотя понимала, что дети правы.

— Нам недельку перекантоваться, а там… — запнулась, ведь до сих пор детям не сообщила про будущее замужество. Язык не поворачивался, да и не знала, что да как сказать.

В общем, мы перетаскали всю посуду на кухню, где продолжала хлопотать Светлана Георгиевна. Она хмуро поблагодарила, а ребята ее окружили и попросили еще по пирожку. Уселись за кухонный стол и принялись жевать булочки и запивать чаем.

Я укомплектовала посуду в посудомоечную машину и запустила.

Легли спать поздно, после просмотра нового фильма, жарких обсуждений и заливного смеха Златки, заряд которой не заканчивался даже после столь бурного дня.

Часть 2 Глава 31

Наутро спустилась пораньше и приготовила завтрак детям, ведь Светланы Георгиевны еще не было. Хотела пойти будить, как на кухню вошел Святослав. Правда, как только он увидел меня, а не домоправительницу, тотчас нахмурился, и шагнул было к выходу.

— Свят, — улыбнулась мальчугану. — Что-нибудь хочешь?

Он рьяно мотнул головой, его густая шевелюра покачнулась в такт.

— Может, шоколадный завтрак? — уточнила робко. — Мои ребята его очень любят.

В глазах мальчика прочитала сомнение вперемешку с интересом.

— Ты пробовал сухие завтраки? — поинтересовалась без нажима.

Свят неуверенно кивнул и покосился на стол, где я уже накрыла своим сорванцам.

— Я уже приготовила завтрак, только здесь. Если хочешь, садись… — умолкла, потому что Святослав покинул кухню.

Я шумно выдохнула. Сложный случай.

Несколько секунд приходила в себя, но устав от самокопания, отправилась будить сына и дочку.

Детвора у меня легкая на подъем, поэтому уже через пятнадцать минут, все были умытыми, одетыми и почти сытыми — доедали шоколадные шарики, и поглядывали на булочки, оставленные Светланой Георгиевной в хлебнице, в пакете.

Сама женщина появилась дома с пунктуальностью королей, ровно в восемь. У нее уже были в руках контейнеры с завтраками для всех. Я не хотела ее обижать и говорить, что мои уже перекусили, да и положила я им пакетики с бутербродами, поэтому поблагодарила и всучила дочери и сыну еще порцию.

Свята увидела мельком — он прошмыгнул на кухню, а потом лишь заметила, как он садится в черную высокую машину.

Елиния не соизволила выйти ни к завтраку, ни проводить мальца.

Я своих расцеловала, а охранникам дала наставление, беречь роднуличек пуще глаз своих. Димка и Виктор кивнули и торопливо сели в авто.

Несколько секунд смотрела вслед отъезжающим машинам, а когда они скрылись из виду, пошла в дом.

Рождественские каникулы окончились, дом по-прежнему сверкал, как новогодняя елка, а вот настроения не было совершенно. Тоскливо без работы.

Поднялась наверх, открыла мобильник, и какое-то время провела в сети, изучая разные ссылки, которые откладывала. Потом позвонила Любе, узнать как дела у молодой мамочки. Она по обычаю вывалила массу информации, слез, радости и прочих эмоций, которые чаще всего были о том, как это сложно и муторно возиться с детьми, и когда я окончательно наполнилась мусором из головы подруги, распрощалась и сбросила вызов.

У родителей было все нормально. Маму мало волновали вопросы, которые задавала ей я, ее больше интересовало, как мои дела… Точнее будущее замужество.