Царство Страха - Манискалко Керри

– Дом Жадности благодарит Дом Гнева за помощь.

Помощь. Я закончила битву прежде, чем могла начаться настоящая война. Я посмотрела на невредимых стражников – кроме первого охранника, выглянувшего из-за уступа, никто не погиб. Моя ярость недостаточно утихла, и между колющими иглами страха и раздражением мужского высокомерия я решила еще немного разжечь пламя.

– Почему на Дом Жадности постоянно нападают? Мне кажется странным, что и ведьмы, и оборотни решили напасть на ваш круг. Какие бы союзы ни заводила моя сестра, они приходят к тебе. Не в Дом Гнева, Зависти или Гордыни. К тебе. Как тебе удалось нажить столько врагов?

Жадность пожал плечами.

– Возможно, они хотят заполучить мои богатства. Монеты из одного лишь игрового зала могут помочь финансировать войну. – Он мягко улыбнулся. – Пожалуйста, пройдите в гостевые апартаменты. С моей стороны будет упущением, если я не устрою праздничный бал в честь вас обоих.

С этими словами Жадность со стражей вернулся в замок. Я думала бросить им вслед несколько огненных бутонов, – мысль о том, как они прыгают в замок, казалась забавной, – но воздержалась. Гнев все еще наблюдал за мной, словно я была готова потерять контроль и сжечь царство дотла.

– Я же говорила, – сказала я тихо, – можешь меня не бояться.

– Знаю. – Взгляд Гнева переместился на землю. – А ты знаешь?

Я взглянула через парапет на дымящуюся лужайку. Тела наших врагов теперь были всего лишь пятнами пепла.

Мне бы стоило беспокоиться, что я обладаю силой, способной стереть с лица земли две дюжины ведьм, даже не вспотев. Там, среди мертвых, может быть бабушка. И все же я ничего не чувствовала. За исключением, пожалуй, удовлетворения от того, что защитила любимого. Это заставило меня понять, почему мой муж не торопился освобождать богиню Мести.

Я снова перевела взгляд на Гнева.

– Хочу смыть с себя запах дыма, а потом переодеться к балу.

Бальный зал Жадности был бронзовым декадансом, что совершенно неудивительно. Как и в его игровых залах, все выглядело богатым, роскошным, ничего лучше не купишь. Насыщенные цвета, обилие благородных металлов, шелка и бархата и огромное количество произведений искусства, представленных в великолепных рамах. Это было помещение, призванное показать жадность принца до материальных богатств.

Мы с Гневом небрежно прогуливались по просторному залу. Он почти ничего не говорил, когда мы искупались, а затем переоделись в торжественные одеяния; его настроение было почти невозможно прочесть.

Но я не дура. Я понимала, что, увидев меня во всей красе и бесчинствующую от ярости, он встревожился. Но он знал нашу стратегию; он помог придумать ее до того, как мы покинули Дом Гнева. В отличие от брата и его армии события вечера не застали Гнева врасплох. Он знал, что если я почувствую угрозу, то беспощадно обрушу свою силу. Я поклялась, что никто и никогда больше не разлучит нас.

И я свои обещания выполняю.

Тем не менее я пыталась понять, сожалел ли он о нашем подходе. Если полководец предпочитал сражаться более буквально, в рукопашной, моя готовность отбросить эту цивилизованность и уничтожить врагов издалека могла его обеспокоить.

Гнев использовал свою магию как дополнительное оружие, когда мы сражались с волками, но в равной степени он использовал и свой кинжал. Меня пронзила дрожь беспокойства. Было невозможно понять, пробуждалась ли моя смертная совесть или это всплески страха от окружающих лордов и дам.

– Леди Эмилия.

Подошел лакей с бокалами игристых вин бледно-золотых, розовых и сливовых на выбор. В каждом стакане кружились золотые хлопья – еще одна форма жадности. Я выбрала бледно-розовое вино и осторожно отхлебнула из бокала. Гнев выбрал вино сливового цвета, и мы продолжили неторопливую прогулку по бальному залу.

С каждой группой лордов и дам, мимо которых мы проходили, мои руки покалывало все сильнее. Более смелые демоны склонили головы, вежливо бормоча: «Принц Гнева. Леди Эмилия», прежде чем быстро найти другое место. Что-то неприятное вклинилось мне под ребра.

Я не ожидала их благодарности, но отведенные взгляды и всплески страха были нежеланной неожиданностью. Как понять, на что направлен их страх? Только на меня или на Гнева тоже? В прошлый раз он разрушил игровой зал своей легендарной злостью. Возможно, мы оба были объектами страха.

Мой муж всегда умел привлечь на свою сторону других демонов. Несколько лордов вежливо болтали о битве, которой не было, и потягивали напитки. Едва Гнев напомнил им, как моя огненная магия спасла их, они придумали повод поспешить прочь.

Гнев нежно сжал мою руку.

– Не желаете потанцевать, миледи?

– Желаю.

Мой муж повел нас по залу; блестящая бронза искажала наши образы в отражении. Это соответствовало моим внутренним чувствам, искаженным и нечетким. Я не привыкла смешивать свои смертные эмоции со своими бессмертными чувствами. Мне казалось, что две половинки меня пытаются соединиться, но одна половина была маслом, а другая водой. Как бы я ни старалась смешать их, они вновь отделялись, словно воюя друг с другом.

Гнев держал меня неприлично близко, когда музыканты заиграли вальс, его рука скользнула по моей спине достаточно низко, чтобы медовое тепло разлилось по моим венам. Если он пытался отвлечь меня от покалывающего беспокойства, то это почти сработало.

Но затем я обратила свое внимание на герцога Девонского и почувствовала жар его гнева. Он быстро повернулся к мужчине, с которым танцевал, и демон усмехнулся в ответ на его слова. Скорее всего, шутка обо мне. Но меня этим не задеть. Я бы тоже расстроилась, если бы попала в бурю Гнева с высунутым членом и в конце концов обмочилась.

Пары, которые, казалось, видели лишь друг друга, напрягались, когда мы проходили мимо. На этот раз я услышала шепот. Они говорили о восстании Устрашающих. Как богиню Смерти разыскивали за убийство и как Ярость пришла расплатиться с долгами сестры. Они боялись не моего гневного мужа, а меня.

Я положила голову на плечо Гнева и проигнорировала шепот. Пусть сколь угодно обсуждают и сплетничают: никто из них не знал ни меня, ни что я чувствовала. Как я хотела помочь им, разыскав Клинок Разрушения и разрушив проклятие. Все равно найдутся те, кого мои действия не устроят. Они всегда придумают причину ненавидеть или бояться меня, если таков их выбор. Шепот стал резче, жестче.

Я высоко держала голову, пока мы продолжали танцевать. Вскоре центр зала почти опустел, а покалывание, указывающее на страх, превратилось в удары ножом. Я стиснула зубы и сохранила нейтральное выражение лица. Возможно, дело было в том, что я почти двадцать лет была смертной и жила как человек, но я больше не хотела внушать такой страх.

Сила – это одно, и я не собираюсь извиняться за способность защищать себя и тех, кого люблю. Но это? Этого я совсем не хотела. Нахлынула память о прошлой жизни. Несмотря на огненную магию, которую я призвала, внутри мне было холодно и одиноко. Лишь моя сестра составляла мне компанию.

Я и забыла о чувстве изоляции, когда тебя боятся. Ничего другого я не знала, мне не с чем было сравнивать. Теперь я познала тепло дружбы. Радость смеха и утешение… в принятии.

Гнева за его силу уважали, а не наказывали. Демоны и даже его братья дважды подумают, прежде чем перейти ему дорогу, и тем не менее все смотрели на меня так, будто я палач, готовый испепелить их за любое мельчайшее неуважение. Было несправедливо, что меня наказывают за то же самое, за что почитали моего мужа. Хотя, возможно, с их точки зрения, я внушала настоящий страх. Дом Мести не просто управлялся одним грехом, как другие Дома. Он мог прийти за каждым, и этого боялись демоны.

– …она обманом заставила его жениться.

Пара бросила на меня злобный взгляд, и я напряглась. Все было совсем не так.

– Не обращай внимания. – Голос Гнева звучал у меня в ушах гладко, как шелк. – Ты меня ни в чем не обманывала. И сегодня ты была великолепна. Остановила битву, прежде чем она переросла в войну. Твоя магия принесла мир. Это был необходимый и стратегический шаг. Никогда не сомневайся в этом.