Властелин небес - Эмма Харрингтон

– Ты подождешь моего сигнала?

– Считаешь меня новичком? Я знаю, что делать.

– Тогда пошли, Дункан. Темнеет, – он положил руку на плечо Дункана, когда тот с готовностью вышел вперед. – Запомни, брат, если меня схватят, и я не смогу пробиться, ты должен вернуться. Я не хочу рисковать тобой.

Глаза Дункана вспыхнули:

– Я пойду на все, чтобы спасти Изабель, но не думай, что я тебя оставлю на милость Каммингзу… Дункан выдержал пристальный взгляд Дэлласа.

– Что толку от моего участия, если я брошу тех, кого больше всего люблю?

Светло-голубые глаза Дункана горели огнем, и Дэлласу ничего не оставалось, как покориться. Взяв его за подбородок, он улыбнулся.

– Будь уверен, я поступлю столь же благородно, если схватят тебя. Джеми проворчал:

– Очень впечатляющая речь, но время вдет, и мне приходится стоять на холоде, пока вы оба произносите монологи, как актеры на сцене.

Снегопад все усиливался. Дэллас и Дункан заскользили по склону, плотно завернувшись в свои плащи с капюшонами. Оба тащили на спинах по вязанке хвороста. В прошлый раз это помогло, и Дэллас полагал, что нет смысла и сейчас от этого отказываться.

Только один полусонный страж стоял у задних ворот. Он лишь удостоверился, что у них нет оружия, затем махнул, чтобы они входили. Факелы слабо мерцали на ветру, который несся вдоль каменных стен. Когда путники подошли к внутренним дверям, они обнаружили, что те закрыты на ночь.

– Что будем теперь делать? – шепнул Дункан. – Если мы не попадем внутрь…

– Пойдем сюда, – повернулся Дэллас к пологим ступеням, которыми пользовались солдаты. Лестница была наполовину скрыта в стене. Сапоги громко стучали по ледяным ступеням, один раз Дункан оступился и едва не упал вниз.

Дэллас быстро подхватил брата за капюшон плаща, но ему помешала вязанка хвороста на спине Дункана. Юноша застонал от боли, ударившись коленями о каменную лестницу, а хворост съехал набок. Дэллас не дал ему упасть и держал, пока Дункан не выпрямился. Что-то едва слышно пробормотав, Дункан поправил ношу. Глаза его встревоженно блестели.

– Никто не слышал? Дэллас качнул головой:

– Нет. Все еще спят, кроме охраны наверху. На лице Дункана мелькнула улыбка.

– Вот досада! А я надеялся воспользоваться мечами, которые мы спрятали в вязанки.

– Успокойся. Мы еще не дома.

Дэллас повернулся спиной I? лестнице и, когда они достигли второй площадки, притянул Дункана к себе. Они спустились в темный проход. В воздухе стоял едкий запах догоравших факелов. Их окружали тени и тишина, каблуки громко стучали по каменному полу.

– Куда же идти? – прошептал Дункан, когда они остановились на пересечении коридоров.

Дэллас огляделся и вспомнил, где находились помещения для женщин. Он молча указал направление, и они начали спуск. С противоположной стороны доносились слабые голоса. Видимо, чтобы не уснуть на посту, стражники развлекали себя разговорами. Еще один поворот, потом другой, и Дэллас заколебался. Перед ними зиял пустой коридор, освещенный всего лишь одним факелом, который шипел и трещал. Его это насторожило. Никого не было в холлах, хотя здесь должны быть часовые. Неужели Дэвид Каммингз считал замок настолько защищенным? Это казалось странным, тем более во время войны.

– Не нравится мне это, – пробормотал Дункан, как бы угадав мысли брата.

– Давай передвигаться как можно тише.

Дэллас надеялся найти Изабель запертой в комнате или все еще заключенной в клетке, которую на ночь заносили внутрь. Но двери были незаперты, и стражи не было в первых двух комнатах, куда они заглянули. Это вызвало у них суеверное чувство. Показалось дурным предзнаменованием. Дэллас остановился в полутемном коридоре.

Слабый свет просачивался через приоткрытую дверь. Он снял со спины свою ношу и, отбросив ветви и сучья, вытащил из вязанки меч.

Дункан сделал то же самое. Затем Дэллас подошел к двери и широко распахнул ее. Ржавые петли громко заскрипели. В комнате не было ни факела, ни камина. Свет шел только от открытого окна, и при ярком свете луны он различил фигуру на кровати в углу. Рука, схватившаяся было за кинжал, тут же опустилась.

– Господи Иисусе, – произнес рядом с ним Дункан и бросился вперед.

Дэллас остановил его, протянув руку.

– Нет. Погоди.

– Да нет здесь никакой ловушки! – воскликнул Дункан. – Разве ты не узнаешь Мэри Росс?

Застыв от удивления, Дэллас уставился на Дункана, который пробежал по комнате и стал на колени у постели. Дэллас не узнал бы ее, даже если бы ее тело не расплылось из-за беременности.

Тени скрывали дальнюю стену, и холодный сквозняк доносил в комнату запах стоялой воды. Ветхий ковер, висящий у алькова, колыхался от ветра.

Он огляделся. С мечом в руке Дэллас пересек спальню, откинул ковер и застыл от ужаса. Лунный свет отбрасывал решетчатые тени на пол, просвечивая сквозь деревянные брусья клетки. Внутри клетки находилась бесформенная, закутанная в плащ фигурка.

Какое-то мгновение Дэллас стоял, весь похолодев, не веря своим глазам. Затем он услышал слабый стон. Этот тихий звук потряс его, и он бросился к клетке, вложив меч в ножны. Он опустился на колени, и меч его звякнул о пол.

– Изабель? Это ты, милая? О, боже, боже…

Он лихорадочно начал возиться с замком, закрывающим клетку, одновременно молясь и изрыгая проклятия. Возле его лица образовалось холодное облачко.

Морозило. Окно было открыто, а в комнате не горел огонь. Дэллас сразу же заметил, что у Изабель не было даже одеяла. Теперь он понял, почему не было стражников. Хотя Каммингз не осмеливался собственноручно убить женщин благородного происхождения, но он без угрызений совести оставил их умирать. Стражники только стали бы лишними свидетелями его злодеяния.

– Дэллас, – сказал Дункан, подходя к нему сзади, – торопись.

– Да, – пробормотал Дэллас. – Я должен ее освободить.

Дункан опустился на колени, сердце его сжалось, когда он заглянул в клетку. Изабель лежала, не шевелясь.

– Она жива? – спросил юноша. Дэллас кивнул:

– Кажется.

Он нажал на замок, который наконец поддался.

Изабель, по всей видимости, ничего не ощутила, когда он дотянулся до нее и вытащил из клетки. Она была легкая, как ребенок… Крепко прижимая ее к груди, Дэллас встал и повернулся.

Дункан поднялся и положил руку ему на плечо.

– Мы должны взять с собой и Мэри, Дэллас.

– Мэри?

– Да, – повторил Дункан и обернулся к кровати, где лежала, вся дрожа, Мэри Росс.

– Она сойдет с ума, если мы ее бросим.

– Мне это безразлично. Она жена Макдугалла.

– Дэллас, – сказал Дункан, и еще сильнее сжал его плечо, – я ее здесь не оставлю. Я… У меня перед ней долг чести, так как именно я тогда способствовал ее встрече с Ианом Макдугаллом, отчего началась вражда между вами. Мэри – мой друг.