Сезон обольщения - Дженнифер Хеймор

Никогда еще она не была так счастлива. Она полностью доверилась Джеку и теперь каждый раз во время их новой встречи убеждалась, что он совершенно заслуживает ее доверия. Последние четыре ночи он неизменно проводил у нее, а днем навещал в более формальной обстановке. Сегодня вечером, за обедом, он очаровывал всех своей заботливостью и особенным вниманием к невесте, и Бекки видела одобрение в глазах родных. Всем, начиная с тетушки Беатрис и заканчивая Кейт и Гарреттом, Джек нравился. Все поддерживали и его кандидатуру, и саму предстоящую свадьбу. Это очень много значило для Бекки.

Она обернулась на других дам. Кейт еще не совсем оправилась после родов, но все же спустилась к обеду, и теперь они с тетушкой Беатрис играли в вист против Софии и Сесилии.

Сесилия приходила в гости еще вчера, и Бекки подробно рассказала ей обо всем, что было между ней и Джеком. Она также расспросила Сесилию о темноволосом мужчине на маскараде. С присущей ей небрежностью подруга усмехнулась:

— O, я о нем позаботилась! Уж будь уверена: больше он не посмеет со мной шутить.

Бекки была слишком взволнована, чтобы играть в карты, но убедила остальных дам не отказываться от удовольствия. Она вовсе не хотела, чтобы они из-за нее пожертвовали приятным вечером. Сама же то наблюдала за играющими, то присаживалась к фортепиано, то бесцельно бродила по комнате из угла в угол. Тем временем джентльмены пили портвейн и вскоре должны были присоединиться к дамам в гостиной.

Джек — тоже. Бекки с трудом могла оторваться от мыслей о нем. По окончании обеда она с тяжелым сердцем покидала зал, вспоминая его слова: «Просто не знаю, как пережил тот миг, когда ты уходила от меня». Еще тяжелее будет расстаться с ним, когда этот вечер закончится.

Но начиная с завтрашнего утра они будут вместе навеки.

Бекки вздохнула, вновь повернувшись кокну, пошире раздвинула шелковистые зеленые гардины и выглянула в темноту.

Двор был окутан туманом, сквозь который едва различимо виднелись копья кованых железных ворот. Полная луна с трудом просачивалась сквозь белую пелену, мутным светом озаряя дорожку внизу.

Вдруг какое-то движение привлекло внимание Бекки, и она посмотрела под окно. Гостиная располагалась как раз над парадным крыльцом лондонского дома Гарретта. По ступенькам, плотно кутаясь в свои плащи, спускались Джек и лорд Стрэтфорд.

Сердце так и екнуло в груди. Но нет, они не могут так уйти!

Джентльмены остановились на нижней ступеньке, явно поглощенные беседой. Джек казался раздраженным. Скорее даже злым. Стрэтфорд положил руку ему на плечо, как бы затем, чтобы его успокоить.

Бекки повернулась к дамам за карточным столом:

— Мне нужно выйти на минутку. Прошу простить.

На правах хозяйки, то есть единственной, чье согласие тут требовалось, Кейт оторвалась от Карт и озабоченно нахмурила брови:

— Что-то случилось?

— О нет, — солгала Бекки, и голос едва не выдал ее. — Ровным счетом ничего. Просто я хотела обсудить кое-какие детали на завтра. Право, ничего важного. Не хочу понапрасну отрывать вас от игры.

— Ну конечно, ты можешь пойти поговорить с миссис Крам, но только возвращайся как можно скорее, хорошо? Думаю, джентльмены тоже скоро к нам присоединятся.

Бекки кивнула невестке и улыбнулась:

— Конечно, Кейт. Я не стану задерживаться, обещаю.

С этими словами она выскользнула из гостиной.

Во время обеда произошло нечто странное: Джек получил какую-то записку. Вошел Лакей и сказал, что мистеру Фултону принесли срочное послание. Джек бросил беглый взгляд на письмо, небрежно пожал плечами и сунул его в карман камзола. Когда же Сесилия спросила его, он ответил, что это так, пустяки, и разговор в ту же минуту переключился на другие темы.

Но Бекки задумалась. Что же могло быть в этой записке? Кто прислал ее? Была ли она причиной его нынешнего гнева?

«Это может быть любовница, — подумала Бекки. — Ревнивая дама, которая пришла в ярость, узнав о завтрашней свадьбе, и теперь пытается выбить меня из равновесия, посылая депеши в дом, где он обедает с моей семьей».

Но она не верила, что у Джека есть любовница в Лондоне. Впрочем, ведь они никогда не обсуждали такие вещи. Она даже ни разу не спрашивала его об этом. А наверное, следовало.

Не теряя времени на поиски пальто, Бекки почти бегом бросилась вниз по лестнице к черному ходу. Как только ода распахнула двери, холод проник сквозь шелковое бледно- розовое вечернее платье, но она не обратила на это никакого внимания. Стараясь не ступать на хрустящий гравий, она шла по земле в своих шелковых бальных туфельках вдоль самой стены дома, подныривая под деревянными решетками, на которых росли вьющиеся розы.

— Подонок! — донеслось с парадного крыльца рычание Джека.

Стараясь не зацепиться за голые колючки роз, Бекки втиснулась между решеткой и стеной дома и прислонилась к деревянной раме. Слышно было, как лорд Стрэтфорд успокаивает Джека:

— Тише ты. Так что он пишет?

— Хочет еще денег.

— Проклятый хам. — В голосе Стрэтфорда слышалась насмешка.

— На вот. Читай. — Хрустнула бумага — это Джек протянул письмо Стрэтфорду.

Закрыв глаза, Бекки слушала, как читает друг Джека и как все отчетливее по мере чтения звучит в его голосе изумление.

— «Дорогой Джек…» и так далее «мои поздравления с грядущей свадьбой…» и так далее и так далее. «Недавно я узнал, что леди Р. обладает намного более крупным состоянием, чем я думал прежде. С твоей стороны нехорошо быть со мной настолько неоткровенным, Джек. Смею ли поверить, что ты хотел заграбастать себе все денежки этой леди? В свете открывшихся обстоятельств, мне приходится объявить, что ранее заявленная мной сумма в пятнадцать тысяч фунтов слишком мала. Теперь я требую двадцать пять тысяч фунтов».

У Бекки пересохло во рту. Она крепко сжала руки в кулаки.

Нет.

А Стрэтфорд между тем продолжал:

— «Разумеется, ты поймешь, почему я так спешил доставить тебе это письмо. Мне хотелось еще до твоего бракосочетания уведомить об изменении условий нашего соглашения. Искренне твой…» Ну и так далее.

Нет, нет, нет!

— Чертов идиот, — тихо промолвил Стрэтфорд. Джек молчал. Вздохнув, граф добавил: — Да заплати ты ему. Отдай эти деньги, как только до них доберешься, и дело с концом.

— Двадцать пять тысяч фунтов?! — резко воскликнул Джек. — Да это же больше половины ее состояния!

По-прежнему что есть силы сжимая кулаки, Бекки опустила голову. Из-за слез, застилавших глаза, она едва могла разглядеть землю у себя под ногами.

— Вижу, ты так ничего и не сказал ей об этом деле.