Коварная магия - Л. Л. Кэмпбелл

Когда девушка это сказала, холодный ветерок окутал ее лицо. Эллия нахмурилась, а Билли и Девон рассмеялись.

– Я пришел сюда по делу, а не только для того, чтобы поваляться на диване и схватить закуски, – сказал Девон, когда смех стих. – Я сожалею о вчерашнем. Надеюсь, я не доставил тебе неудобств.

– Ох, так и было, – ответила Эллия с улыбкой. – Но все нормально. Я… пытаюсь со многим справиться. – Она посмотрела вниз и поиграла с ниткой, выбившейся из одеяла у нее на коленях.

– Ну, если мои слова как-то помогут, – сказал Девон, положив руку ей на колени, – я думаю, чертовски круто, что ты трикстер.

– Ага. – Она легко рассмеялась. – Я заметила это прошлой ночью. Хотя я к этому не привыкла. Дома меня ненавидят.

– Я понимаю тебя, – сказал он. – Вся моя семья – потомственные ведьмы и ведьмаки, и когда я решил не идти по их стопам… ну, сообщество избегало меня. А ведь я даже не рассказал, что являюсь геем. – Он покачал головой. – Нет никого хуже, чем наследник, решивший никогда не жениться и не штамповать маленьких ведьмочек. – Девон замолчал.

– Ты не хочешь детей? – спросила Эллия, надеясь, что она не давит на него.

– О, хочу, но позже. Гораздо позже, – ответил парень с теплой улыбкой. – Слава богу, они не будут теми, кого хочет моя семья.

Эллия решила, что он имел в виду маленьких ведьмочек-волков, и улыбнулась от этой мысли.

– А ты? – спросил парень. – Вы с Росом собираетесь родить маленьких сварливых детишек?

Сердце Эллии упало, и Девон это заметил.

– Прости, – сказал он, потирая лицо. – Мне действительно нужно научиться понимать, когда стоит заткнуться.

– Нет, – ответила девушка, слегка ударив его по ноге. – Дело не в этом. Я просто… ну, вчерашняя ночь была… была изумительной. – Она улыбнулась, и Девон ухмыльнулся. – Это было чем-то новым. И… нет, я не хочу детей. Я фактически отказалась от этой возможности ради бессмертия. Не стареть – здорово, и я не хочу создавать младенцев-монстров. Это страх, который у меня был с детства. Я была слишком молода, когда моя мать начала говорить о потомстве, которое я создам.

Глаза Девона расширились, и тревога Эллии начала расти. Она сказала что-то не то?

– Мне жаль. – Она снова возилась с одеялом. – Наверное, я тоже не знаю, когда заткнуться.

– Нет, – ответил он, приближаясь к ней. – Дело не в этом. Сожалею о твоей матери. Я просто никогда не слышал, чтобы ведьма сделала нечто подобное.

Бессмертие ведьм не было редкостью. Чтобы выбрать этот путь, вы должны отказаться от чего-то: части своей магии, частички своей души или же принять судьбоносное решение. Большинство отказалось бы от своих красивых черт или чего-то, что они любили, – например, от своих прекрасных голубых глаз. Но чем больше вы отдавали, тем сильнее было бы ваше бессмертие. Принятие решения стало легким, когда Эллии исполнилось двадцать пять.

– Я не хотела отказываться от своей магии, – произнесла она, глядя на Девона. – Это было легкое решение, вдобавок отсутствие морщин – огромный плюс. У меня не должно быть признаков старения в течение как минимум пятисот лет.

– Это круто, – ответил он с благоговением. – Я еще не сделал подобного рывка, но у меня есть время.

Губы Эллии радостно растянулись, и, когда Девон ответил ей искренней улыбкой, она полностью расслабилась.

– Я также хотел предложить свои услуги, – сказал он. – Я мог бы помочь узнать больше о твоей магии и силах.

Эллия задумалась. На ум пришел Белиас, и она внутренне нахмурилась, задаваясь вопросом, где же этот урод. Но Девон был другим. Она чувствовала это, и шепот в глубине души подтолкнул ее.

– Да, – сказала она с теплой улыбкой. – Я приму твою помощь. – Она взглянула на Билли, которая одобрительно кивнула. – Я также хотела бы представить тебе фамильяра принцессы Астрид.

Глаза Девона метались между Билли и Эллией, и девушка не смогла не рассмеяться.

– Хочешь сказать, – сказал он, обмахиваясь ладонью, – что эта история реальна? Я в одной комнате с кем-то, кто ее знал? Я сейчас умру.

Эллия заволновалась, что слишком поторопилась.

– Все в порядке, букашка. Я хочу, чтобы ее история продолжала жить. Но также хочу, чтобы рядом с тобой были люди, которые всегда поддержат.

39

Рос

Рос заехал в кофейню «Sweet Betty». Он был здесь всего несколько раз, так как предпочитал обычный черный кофе, который можно было приготовить дома, но у мужчины было стойкое ощущение, что Эллия любила причудливые напитки. Ему хотелось поприветствовать ее иначе, нежели фразой: «Эй, мы трахались прошлой ночью, и теперь я не знаю, что делать».

Когда Рос нырнул в дверной проем, над его головой зазвенел колокольчик. Едва он зашел внутрь, как пришлось остановиться. Рос сердито посмотрел на очередь из десяти человек, зная, что у него нет другого выбора, кроме как ждать. Две девушки работали за прилавком, а другая возилась с каким-то сложным куском металла, который выпускал пар, перемалывая бобы. Кофейня располагалась на первом этаже старого дома. Деревянные полы скрипели под сапогами, когда Рос нетерпеливо шаркал ногами.

Почему все эти люди резко захотели кофе?

Большинство стульев занимали люди, которых он знал. Некоторые быстро схватили свои напитки и ушли, чтобы продолжить день. Рос задавался вопросом, проснулась ли Эллия. Мужчина забеспокоился после того, как не слышал от нее вестей целые сутки. Она немного странно себя чувствовала из-за того, что накануне проснулась в его постели, и это заставило Роса задуматься, не сделал ли он что-то не так. Рос внутренне ругал себя, когда все совершенные ошибки пронеслись в голове. Сэм спас его от самобичевания, позвонив и сообщив, что Девон и Эллия заснули на диване после просмотра какого-то фильма или шоу, название которого Рос не мог произнести. Облегчение длилось всего минуту, прежде чем пришло осознание.

Что будет с ними дальше?

Проклятие, преследовавшее его семью, означало, что это не навсегда, но у них еще было время. Рос хотел помочь ей, научить пользоваться силой и наслаждаться Эллией так долго, как только сможет. Но ему придется отпустить ее.

Стук вырвал Роса из омута мыслей. Он посмотрел наверх, умоляя богов о терпении, поскольку очередь перед ним едва двигалась. Звук стал громче. Он повернулся на этот шум и увидел женщину, постукивающую своими длинными черными ногтями по столу, за которым сидела. Она улыбалась ему, но это была не дружеская улыбка, а злая. Ее янтарные глаза, казалось, пылали и сверлили его душу.

Почему она смотрела так, словно знала его?

Он никогда не