Зеркальщик - Кирилл Юрьевич Шарапов

Сделав в утку свои дела, он действительно получил от Марии электронную сигарету. Вкус был необычными, табаком и правда не пахло, но дым был, и, видимо, никотин тоже присутствовал, поскольку на какое-то время потребностью в курении отпала. Радим, хоть и с трудом, приподнялся на локте и заглянул в тумбочку. Он надеялся там найти свои телефоны — и личный, и рабочий, но там кроме пульта от телевизора ничего не обнаружилось. Включив телек, он пролистал почти сто двадцать каналов, прежде чем нашел вполне себе приличный старый фильм, который и помог убить ему время до появления Жданова и отдельского лекаря, Льва Ароновича Кушнира, типичного еврея, которому для полноты образа не хватало только кипы. Было ему около шестидесяти, тощий, сутулый, смуглый, высокий, с остатками седых кудрей.

— Жив, — глядя на Радима, произнес он. — Ох и заставили вы меня поволноваться, думал, не удастся вывести эту гадость из вашего организма. Мы сначала даже не поняли, что с вами, думали, вас отравили. Только, когда рана чернеть начала, и чернота быстро стала расползаться, вот тогда заподозрили руну. Как вы сумели проклятье-то словить?

— Да вот так, — лаконично ответил Вяземский.

Он посмотрел на полковника Жданова, который стоял возле самой двери, опершись плечом на стену, и молча наблюдал за происходящим. При лекаре он говорить явно не будет, хоть тот отдельский и зеркальщик, но есть вещи, которые ему знать не надо.

— Лев Аронович, может, поколдуете, чтобы я на ноги встал побыстрее?

— Может, и поколдую, — согласился тот. — Сейчас укрепляющую руну кину, потом заживляющую. Думаю, денька за три мы вас на ноги поставим. А через недельку можно и обратно на службу.

Через час он покинул палату, сделав все требуемое и оставив Радима наедине со Ждановым. Тот подтащил к кровати стул и уселся рядом.

— В общем, так, — произнес он после паузы, — то, что ты мой приказ нарушил, я в рапорте не упомянул. Практику тебе зачли, осталось последнее испытание — привести приговор в исполнение. Тройка разобрала дело Матильды Генриховны Шмидт, она сознательно обратилась к зеркальной ведьме и заплатила ей деньги за то, что та изведет ее невестку. Решение в таких случаях однозначное, председатель судебной тройки, глава одиннадцатого особого отдела, полковник Сергей Васильевич Старостин утвердил смертный приговор, который отложен до твоего выздоровления. Поскольку, раз уж ты все это начал, то и заканчивать тебе.

— Плевать, — устало произнес Вяземский, — надо — сделаю. Вы мне, Альберт Романович, лучше скажите, меня не искали?

— Уладил я все с твоей подружкой, еще ночью, когда за твою жизнь здесь сражались. Твой телефон надрывался, приложил я пальчик твой к сенсору, ты уж прости за это, лейтенант, прочел я переписку вашу, понял, что она на служебной квартире тебя ждет. Заехал, наплел с три короба про задание секретное, что ближайшее время недоступен будешь. Но как сделаешь то, что тебе Родина поручила, сразу с ней свяжешься. Мне кажется, она не слишком поверила, но все же прекратила терзать твой телефон, а утром уехала в Энск. Лучше так, чем она бы волновалась за твою жизнь или обивала пороги кабинетов в твоих поисках. А так ты потом героем явишься, очко будет в твою пользу. Кстати о герое, я уже подал документы, а Старостин подписал, ты теперь кавалер ордена мужества.

— Служу России, — немного шутливо ответил Радим.

— Дикий, давай без стеба, — бросив на Радима укоризненный взгляд, попросил Жданов, — ты большое дело для Родины сделал. Мы три дня, что ты тут валяешься, разгребаем дела этой ведьмы. Старая она была, за полторы сотни лет, мощная, иначе не смогла бы провести полноценную боевую трансформацию. Она гадить еще при Николае втором начала, ничем не брезговала, нашлись в архивах ее подвиги. Твой предок по линии Вяземских ее лично гонял, еще до того, как главой зеркального надзора стал. Видишь, сколько прожила. Пока что мы нашли около семидесяти шести эпизодов, но, думаю, их куда как больше, так что, можешь смело записать себе в актив ликвидацию матерого киллера. Причем попытка сжить со свету Наталью Шмидт — это мелочь, ее след обнаружился в деле одного генерала, который внезапно скончался перед тем, как должен был быть назначен на высокую должность. А генерал был хороший, умный, честный, много полезного мог для страны сделать.

— Может, тогда не стоило ее убивать? Потрясли бы, вышли бы на заказчика.

— И так вышли. Она записи вела, мы их нашли. Берлогу, которую мы накрыли, хорошо обыскали, много полезного в подвале обнаружилось, сверху — так, место для встречи с гостями. Кстати, тебе кое-что с трофеев перепадет, поверь, разочарован ты не будешь. И от нас с Михаилом презент, мы тебе второй раз задолжали. Так что, как на службе появишься, ждет тебя сюрприз. Не будь тебя и твоей соли, подохли бы мы с Ломом в том домике, а Анея бы ушла и дальше свои черные дела творила. Моя это ошибка, и то, что там произошло, и то, что ты тут на больничной койке валяешься. Я-то ведь за обычной зеркальной ведьмой ехал, которая решила подхалтурить за приличный кусок души, ну и на смерти девки подняться. А нашли мы старшую ведьму из темного ковена. Надеюсь, объяснять тебе, что это значит, не нужно

— Не нужно, — покачал головой Вяземский.

— Ну и молодец, — похвалил его полковник. — Хорошо, что прочел дневники предшественников, сила в прошлом сокрыта великая, не дает она умному, помнящему, в будущем дров наломать, хотя ломаем все равно. Ну, вроде все обсудили, пойду я, завтра загляну, фруктов принесу. А то хоть и заведение особое, а кормят тут все равно, так себе.

Радим, который уже успел поужинать больничной едой, только тяжко вздохнул, сюда пиццу, как в обычную больницу, заказать не выйдет.

— Все, лейтенант, давай, поправляйся.

И, махнув рукой, Жданов, вернув стул на место, покинул палату.

Глава 16

Глава 16

Валяться в больнице было скучно, телефоны Радиму не вернули, ноутбук не дали, ссылаясь на запрет подключения посторонних устройств к больничной закрытой сети, так что, единственным развлечением стал телевизор. Раз в день его навещал Лев Аронович. После посещения лекаря Радиму становилось гораздо лучше. А еще к нему зачастил Жданов, и не с пустыми руками, помимо неизменных фруктов и шоколадок с орехами, он приносил