Наследие Древних - Сергей Волк

— Ладно.

— Если больше нет вопросов, то попрошу. — Заг показал на дверь.

Однако чемпион не спешил уходить. Подпер голову кулаками и спросил:

— Из-за нее страдаешь? Из-за Фалисы?

Глаза бывшего оннока сверкнули. Он процедил:

— Это не твое дело.

— Хочешь убить ее?

В глазах Зага мелькнула боль.

— Разве это что-то изменит? — вымучил бывший оннок.

— Мудрый ответ, — оценил Хаос.

Они посидели в тишине. Наконец чемпион подал голос:

— «Малиновые» хотели устроить тебе случайную смерть. Выжил. Молодец.

Заг вздохнул устало и спросил:

— Зачем ты здесь?

Тонкие губы Хаоса почти исчезли. Он ответил:

— Ты и этот капитан, Шрам, быстро стали любимчиками Арены. Отец Лио жаждет найти мне достойного противника.

— Я против Грега? — у бывшего оннока отвисла челюсть.

— Да. Уже завтра. И боюсь… — Чемпион помедлил. — Боюсь, выживет лишь один.

Заг сглотнул и сжал кулаки. Гость изрек:

— Отец Лио кровожаден.

— Я не стану убивать Грега, — категорично заявил бывший оннок.

— Я внимательно следил за вами. Вы оба очень сильные бойцы. На мой взгляд, равны друг другу.

— Я не стану убивать, — еще жестче повторил Заг.

Хаос пожал плечами и буднично произнес:

— Тогда он тебя.

Бывший оннок вздохнул. Чемпион заявил:

— В таких важных боях выживает лишь один. Заг потер лоб и задумался. Хаос поглядел на лицо сородича. Шрамы на лбу, губе.

— Тебе хорошенько досталось.

Бывший оннок опять вздохнул и коснулся груди:

— Самые страшные раны здесь, в сердце.

Воздух барака пропитался душевной болью молодого крайта.

Чемпион покачал головой и прошептал:

— Жаль, что все так вышло. Ты был перспективным. Очень…

Заг вздрогнул и вытаращился на собеседника. Тот снял со спины сумку и положил на стол. Пальцы расстегнули змейку-молнию.

— Вот. — Хаос выложил на стол белоснежный плащ. — Для меня правильнее было бы выступать в этом.

Чемпион расправил плащ. На спине Заг увидел перечеркнутое зеленое сердце.

У него голова кругом пошла. Руки-ноги затряслись. А ведь теперь все встало на свои места. Движения Хаоса на Арене… Не зря он улавливал в них что-то знакомое. Это же боевые катэ. Только несколько другие. Молодого крайта мелко трясло.

— Ты… — выдавил он. — Ты — оннок?

— Да, — кивнул чемпион.

— Но как? Я же знал всех в Обители.

— Так уж и всех?

Заг чуть не свалился с табурета.

— Ты-ы… Ты — Просветленный? — Да.

Заг оцепенел.

Хаос заговорил ровно:

— Даже многие молодые онноки не верят в наше существование. Но вот он я, перед тобой — Просветленный.

Лицо Зага покалывало. Перед ним сидел достойнейший крайт. О Просветленных слагали легенды. И было трудно определить, что в них правда, а что — вымысел.

— Вы… — с трудом произнес Заг. — Вы живете веками?

— Мне, например, всего-то тридцать три года. Так что я ненамного старше тебя.

Бывший оннок кивнул и спросил несмело:

— Как к тебе пришло Просветление?

— Тебе этого уже никогда не понять. Увы…

Кулаки Зага сжались. Хаос тихо продолжал:

— Несколько лет назад я чуть не оступился. На меня была своя Фалиса. Судьба преподносит нам испытания. И я… устоял.

Заг закрыл лицо ладонями.

— Я знаю, как тебе больно сейчас, — продолжал чемпион. — Вернее, могу предположить. Ты уже сошел с Пути. И ищешь дорогу, но лишь блуждаешь во мраке.

Бывший оннок посмотрел на собеседника. В глазах стояли слезы.

— У тебя была свобода выбора, — напомнил Хаос. — Ты предал Путь и Обитель.

Заг простонал так, что без малого выдавил легкие.

— Зачем ты пришел, Просветленный?

— Я хотел убедиться в одном. Что ты не наделаешь глупостей.

— Ну и как? — Бывшего оннока мелко трясло.

— Я спокоен.

Заг понурился и закачал головой.

— А теперь, может, расскажешь, зачем приходил Аскет? — поинтересовался чемпион.

Бывший оннок посмотрел на него и прищурился, ладонью прикрыл глаза. Кожа Просветленного ярко светилась.

Заг сглотнул и признался:

— Высший сказал, что на Дегуристан должен прилететь тот, кто изменит лицо Галактики. Он думал, это либо я, либо Грег. — Бывший оннок вздрогнул. — А что, если это ты?

Хаос ушел от ответа:

— Это все?

— Н-н-нет, — выдавил Заг. — Еще он сказал… Они вернулись.

— Они? — нахмурился чемпион.

— Древние…

Посуровевший Хаос с минуту молчал. Потом встал и пожелал:

— Трезвого разума.

Заг вздрогнул. Так говорили в Обители.

— Эй! Эй! — раздался чей-то голос.

Бывший оннок захлопал глазами. Перед ним стоял взволнованный Грег. Перестал трясти за плечо и завалил вопросами:

— Ну как ты? Что он сказал тебе? Зачем приходил?

Заг помотал головой и тихо сообщил:

— Завтра мы выйдем друг против друга.

У капитана глаза расширились. Крайт окончил:

— Отец Лио желает боя до смерти.

Грег осел на табурет.

38

ДЕГУРИСТАН

Спалось плохо. За ночь капитан проснулся не менее дюжины раз. Простыня пропиталась потом. Застоявшийся воздух барака тоже. Свернувшийся калачиком Заг жалобно постанывал. У Грега до боли сжималось сердце.

С первыми лучами солнца пришел паренек.

«Рук!» — вздрогнул капитан.

Присмотревшись, понял: ошибся.

— На стол поставь и уходи, — холодно приказал Грег.

Парнишка оставил поднос с завтраком и поспешно удалился.

Капитан сполз с верхней койки и босыми ногами прошлепал к столу. Все та же буроватая каша и травяной чай.

— Заг, — позвал Грег. — Заг, вставай. Завтрак принесли.

Бывший оннок заворочался и сел на кровати. Выглядел он, мягко говоря, неважно. На осунувшемся лице покрасневшие глаза.

— Садись, — капитан показал на табурет.

Заг посмотрел на узкое подслеповатое окошко под крышей барака и спросил болезненно:

— Уже день?

— Да.

Крайт закачал головой. Грег глядел на Зага, и у него давило в груди. Совсем недавно он и представить себе не мог, что будет так переживать из-за какого-то буромордого. Заг не шевелился, думал о чем-то своем.

Капитан сел за стол и попробовал кашу. Безвкусная. Да и аппетита не было. С трудом проглотив несколько ложек каши, Грег заявил:

— Я не буду убивать тебя. Я обещал тебе вчера… Помнишь?

Бывший оннок кивнул. Капитан продолжил:

— Ты спас мне жизнь. И я не могу по-другому.

Заг тяжко вздохнул и вымолвил:

— Ты мне тоже спас жизнь. Так что мы квиты. Не переживай.

Грег сжал кулак и им отодвинул миску.

— Да не могу я так, — капитан еле сдерживал гнев. — Да, признаюсь, раньше хотел разделаться с тобой. Очень… Но сейчас… Не могу я так. И не хочу…

Некоторое время они сидели в тишине. Капитан нарушил ее:

— А ты? Что думаешь ты, Заг?

Крайт посмотрел на человека. Боль и усталость владели взглядом бывшего оннока. Наконец-то из Зага полился поток слов:

— Я, Грег, тоже не хочу убивать тебя. Мне это ни к чему. Но иногда… Иногда нам приходится делать то, чего не хочется. Иногда так бывает… — измученно окончил бывший оннок.

Он будто постарел на несколько десятков лет. В уголках рта и вокруг глаз выступили морщины.

Капитан собирался с мыслями. И тут распахнулась дверь.

В барак вошел мрачный Хлыст. Приблизившись к столу, посмотрел на почти нетронутый завтрак и заговорил сухо:

— Я так понимаю, вы уже знаете. Хаос был вчера у вас. Я… я ничего не могу поделать. Ничего… — Он вздохнул. — Отец Лио жаждет крови.

— Будет ему кровь, — резко встал Заг.

По спине Грега побежали мурашки.

Хлыст неловко потоптался на месте и сел на табурет бывшего оннока.

— Еще есть шанс, бойцы, — сказал тренер. — Правда, маленький. — Он опять вздохнул. — Вы уже успели полюбиться публике. Надеюсь, она не захочет, чтобы один из вас погиб. А Отец Лио не решится идти наперекор зрителям. Впрочем, решающее слово за ним.

И снова повисло молчание.

Угрюмый Хлыст поднялся и прошагал к двери. Остановившись, предрек:

— В любом случае это будет отличный бой.

Тренер удалился.

Человек и крайт, два гладиатора, остались наедине. Больше к пище они не притронулись. Посидели в тиши. Взяли мечи и вышли из душного барака.

Холодный ветер пронизывал Грега. Все небо обложили свинцовые облака. Под ними выстроились гладиаторы Хлыста. В глазах крайтов капитан видел сочувствие. От этого становилось не по себе. Без лишних слов тренер повел бойцов на Арену.

Не успели дойти до ворот, как в небесах проворчал гром.

— Дождь здесь — редкость, — уведомил Хлыст.

Но дождя не было. Лишь хрипловатый гром.

Молчаливые гладиаторы прошли через ворота и услышали крики приветствия и аплодисменты.