Чеболь. Сборник - Евгений Артёмович Алексеев

– Мало какие планы мы с вами обсуждали, пуштуны в Персии и стратегические бомбардировщики в чужом воздушном пространстве не имеют никакого отношения к флоту Его Величества, ну а за потерю двух «Тайфунов» адмирал Роуз ответит лично перед Адмиралтейством, а если надо то и я понесу наказание от Императора.

– Значит вы уже нашли козла отпущения?

– Генерал, сделайте все правильно, а когда буря утихнет я и партия, стоящая за мной, протянем вам руку помощи!

— Что же я обдумаю Ваше предложение.

– Фэйн вы меня не поняли, это не предложение!

* * *

Генерал не спал, несмотря на то, что было далеко за полночь. Даже пара бокалов виски не смогли отвлечь его от тяжелых раздумий. Потеря двух стратегических бомбардировщиков ставшая очередной в череде неудач в этот раз могла закончиться позорной отставкой. Утрата влияния на Мангышлаке никого особо не волновала, лорды из Лондона совсем не придавали значения очередной пустыне с дикарями на лошадях.

Разгром батальона элитного спецназа был уже более ощутим, и некоторые деятели начали раскручивать это дело с в столице. Но тут дела житейские, чтобы обрушить руководителя такого уровня было необходимо, что-то более серьезное. И тут последовал форменный разгром резидентуры в Персии. Все это могло стоить должности, и, чтобы поправить ситуацию пришлось идти на отчаянные меры, которые только ее ухудшили.

Да еще эта тварь, Лорд-мать-его-Адмирал! Предупреждали меня не связываться с флотскими. Влияния у них хоть отбавляй, а как еще может быть в державе – Властительнице морей, но и высокомерной гнили не меньше. Подгорело у адмиралов, и они тут же решили сдать сухопутного генерала. Сволочи! Трусливые твари!

Мозг одного из самых талантливых выпускников Высшей Военной Академии самой могущественной страны в мире метался от поиска выхода до бесплодных анализов случившегося. Всему виной, конечно, был злой гений – Чхоль Чинхва. Ментат, которых мир не знал сотни лет, да еще и, судя по всему, невероятной мощи. Возможно, в этом кроется выход? Надо разыграть эту карту, демонизировать Чхоля Чинхва и свалить все беды на его гениальность, могущество, союзников… Это может сработать! Фэйн приободрился от собственной идеи и вдруг в абсолютной тишине раздался звонок правительственной связи.

– Генерал, узнал?

– Маршал Веллингтон, чем обязан?

– Я набрал тебя, в память о нашей службе в рядах «Железнобоких». Помнишь? – голос маршала звучал с неприятной от старого товарища снисходительностью., что-то тут не так!

– Такое трудно забыть, – сдержанно ответил Фэйн.

– Ты помнишь девиз?

– «Сила и честь»! – недоумевая на автомате выдал генерал.

– Да мой брат, «Сила и честь»!

– Зачем брат «железнобокий» звонит мне в такой час, чтобы узнать помню ли я девиз, с которым не раз шел под пули? Или мои братья решили сдать меня подобно флотским крысенышам? – не на шутку разозлился, итак, взвинченный генерал Фэйн.

– Нет, брат. Я хотел услышать твой голос, как командор ордена «Железнобоких» и напомнить тебе, что бываю ситуации, когда остается лишь один выход! – обескуражил маршал Веллингтон, ведь эта была ритуальная формулировка, своего рода черная метка братства «Железнобоких». Только вот за, что такое?

— Что? Артур, ты часом не простудился там в Лондоне? Ты приносишь мне весть «Железнобоких» из-за потери двух бомбардировщиков? Да дорогих, но… – испуганно зачастил генерал Фэйн, боясь, что братья по оружию, что-то напутали, ведь метка – это верная смерть!

– Фэйн, ты, что еще не видел? – недоуменно воскликнул маршал.

— Что я должен был увидеть?, что и где мать его я должен видеть?

– Друг мой, это на всех новостных каналах. Ролики вышли в сети, там допросы свидетелей, номера счетов, суммы, твой домик пол Лондоном…

– Крххх…. – застонал генерал Фэйн, не веря в случившееся, мысли заметались в бешенном калейдоскопе ища выход … и тут как гром прозвучали слова старого товарища.

– Мне очень жаль Фэйн, мой старый друг, для чести семьи, рода и клана, ты можешь поступить единственно правильным образом. Я обещаю тебе позаботиться о твоем сыне!

Генерал медленно положил трубку телефона. Мечты о тихой обеспеченной старости, родственниках подобострастно крутящихся вокруг его личного двора, и ждущих подачек, щедрые балы, блестящее будущее сыновей и выгодная партия для дочери… Вдруг мелькнула надежда, еще не все потеряно, надо…

Хмм… мой старый друг прав. У меня только одни выход. Если начнутся разбирательства, все отвернуться от меня, имущество будет конфисковано в пользу казны, дети лишаться будущего. Да нет их просто убьют… Просто убьют… Будут оскорблять, унижать, задевать мать и сестру… А там дуэль, одна за другой, и даже если мои мальчики будут ловчее дело решит наемный бретер, я сам не раз участвовал в таком… Господи какой позор!

Бах…

* * *

Причиной всех бед генерала Фэйна была начатая Чинхва компания в сети. Сотни обличающих роликов, слитые архивы документов, разоблачения, съемки роскошных особняков, яхт, апартаментов, купленных на украденные из казны деньги. Скандал набирал обороты и буквально за несколько часов из сети перекочевал на крупнейшие новостные каналы. Посыл в первую очередь поддержали СМИ Российской и Персидских Империй, потом Европа, но и британцы не могли остаться равнодушны к тому, что происходит в их собственной армии и флоте.

Но это не все, я действовал наверняка и в Счетную палату Империи, Службу контроля Его Величества, в ведущие газеты и телеканалы были направлены объемистые папки с доказательствами того, как обогащались высшие офицеры армии и флота, вмешиваясь в суверенные дела Персидской Империи. Материалы были поданы грамотно. По ним вполне логично выходило, что вся возня вокруг строительства Каспийского канала была затеяна только с целью обогащения конкретной группы высших должностных лиц Туманного Альбиона, а сам проект не нес никакой военной, экономической или политической угрозы Британской Империи.

В пользу этой версии сыграло и то, что бюджетные деньги вкладывались в Западный проект, тогда как в работу был принят Восточный. Общественность должна была либо поверить в вопиющий непрофессионализм генералитета, либо заподозрить их в сговоре с врагом. В обоих случаях руководителей провальной Персидской эпопеи следовало как минимум отправлять в отставку, но с учетом того сколько «грязного белья» было вытащено наружу, в этот раз высший командный состав не смог обойтись без жертв.

Первой и одной из самых крупных побед стало самоубийство генерала Фэйна. Да бравый офицер своим поступком возможно избавил семью от позора, но в современном мире