Гарри Поттер (сборник 7 книг) (ЛП) - Джоан Кэтлин Роулинг

- Кошмар, - сказала Гермиона, продолжавшая читать газету.

- Что еще? - встрепенулся Гарри. - Нервы у него были напряжены.

- Это ужасно. - Гермиона сложила газету на десятой странице и пододвинула к Гарри и Рону.

ТРАГИЧЕСКАЯ КОНЧИНА МИНИСТЕРСКОГО РАБОТНИКА

Больница святого Мунго пообещала вчера вечером провести детальное расследование обстоятельств гибели сорокадевятилетнего Бродерика Боуда, сотрудника Министерства магии, задушенного в своей постели «комнатным» растением. Вызванные на место происшествия целители не смогли вернуть его к жизни. Мистер Боуд пострадал от несчастного случая на рабочем месте за несколько недель до смерти.

Целительница Мириам Страут, дежурившая по палате во время этого происшествия, отстранена от работы с сохранением содержания и была недоступна для журналистов, однако представитель больницы заявил:

- Больница глубоко сожалеет о смерти мистера Боуда, уже поправлявшегося перед этим трагическим происшествием.

У нас установлены строгие правила касательно украшения палат, но, по предварительным данным, целительница Страут, перегруженная работой в связи с Рождеством, не обратила внимания на опасный характер растения на тумбочке мистера Боуда. Поскольку речь и подвижность у мистера Боуда уже восстанавливались, целительница Страут доверила ему уход за растением, упустив из виду, что это не невинная цветокрылка, а отросток дьявольских силков. При первом же прикосновении к нему растение моментально задушило выздоравливавшего мистера Боуда.

Больница пока не может объяснить, каким образом растение оказалось в палате, и просит всех волшебников и волшебниц, располагающих какой-либо информацией, сообщить об этом.

- Боуд… - сказал Рон. - Что-то знакомое…

- Мы его видели, - прошептала Гермиона. - В больнице, помнишь? Кровать напротив Локонса - он лежал и смотрел в потолок. И видели, как принесли дьявольские силки. Она - целительница - сказала, что это рождественский подарок.

Гарри еще раз посмотрел на статью. Ужас сжимал ему горло.

- Как это мы не узнали дьявольские силки? Мы ведь видели их раньше… могли помешать…

- Кто же думал, что дьявольские силки появятся в больнице под видом комнатного растения? - сказал Рон. - Это не мы виноваты, а тот тип, что их прислал. Тоже мне, лопух - не видит, что покупает.

- Да ну тебя, Рон, - дрожащим голосом сказала Гермиона. - Не верю я, что кто-то сажал дьявольские силки в горшок и не знал, что они стараются удавить всякого, кто прикоснется. Это… это было убийство… притом хитроумное. Если растение прислано анонимно, как узнать, кто это сделал?

Но Гарри думал не о дьявольских силках. Он вспоминал, как они спускались в лифте на девятый уровень Министерства в день слушания и на уровне атриума в лифт вошел мужчина с землистым лицом.

- Я знаю Боуда, - медленно сказал он. - Мы с твоим отцом встретили его в Министерстве.

У Рона округлились глаза.

- Я помню, отец говорил о нем дома! Он был невыразимец, он работал в Отделе тайн!

С минуту они глядели друг на друга, потом Гермиона притянула к себе газету, закрыла ее, свирепо посмотрела на первую страницу с портретами беглых Пожирателей смерти и вскочила.

- Ты куда? - опешил Рон.

- Отправить письмо. - Гермиона вскинула сумку на плечо. - Не знаю, получится ли… но надо попробовать… а кроме меня, некому.

- Терпеть не могу, когда она себя так ведет, - проворчал Рон. Они тоже направились к выходу из Большого зала, только не так быстро. - Умрет, что ли, если скажет, в чем дело? Ну, потеряла бы десять секунд… А-а, Хагрид.

Хагрид стоял у двери в вестибюль, дожидаясь, когда пройдет толпа когтевранцев. Он по-прежнему был в кровоподтеках, как в день возвращения из командировки к великанам, а на переносице у него красовалась свежая рана.

- Как жизнь, приятели? - спросил он, причем вместо улыбки у него получилась болезненная гримаса.

- А ты как, Хагрид? - спросил Гарри, шагая рядом с ним через вестибюль к парадной двери.

- Хорошо, хорошо, - ответил Хагрид, с наигранной веселостью; он помахал рукой, едва не контузив проходившую мимо профессора Вектор. - Всё дела, понимаешь… к занятиям готовиться… у пары саламандр чешуйная парша… у меня испытательный срок.

- У тебя испытательный срок? - громким голосом переспросил Рон, так что многие ребята с любопытством обернулись. - Извини… Правда испытательный срок? - повторил он шепотом.

- Да… Правду сказать, я другого не ждал. Вы, может, не заметили - инспекция-то не больно хорошо прошла… вот как, значит… - Он тяжело вздохнул. - Пойду-ка натру этих саламандр красным перчиком, не то, глядишь, и хвосты отвалятся. Пока, ребятки.

Он вышел в дверь, спустился с каменной лестницы и зашагал по мокрому лугу. Гарри смотрел ему вслед и думал, хватит ли у него сил перенести хотя бы еще одну плохую новость.

Известие о том, что Хагрид оставлен с испытательным сроком, разнеслось по всей школе, но, к возмущению Гарри, почти никто не расстроился, а некоторые - и в первую голову, конечно, Драко Малфой - просто обрадовались. Что же до диковинной смерти какого-то министерского служащего в больнице святого Мунго, то знали о ней и были огорчены, кажется, только они трое. Разговоры в коридорах были только об одном: о десяти сбежавших Пожирателях смерти - новость распространили те немногие, кто читал газеты. Поползли слухи, что кое-кто из беглых замечен в Хогсмиде, что они прячутся в Визжащей хижине и намерены прорваться в Хогвартс, как когда-то Сириус Блэк.

Ребята, выросшие в семьях волшебников, с детства знали имена этих Пожирателей смерти - их произносили почти с таким же страхом, как имя самого Темного Лорда; преступления их, совершенные в годы волан-де-мортовского террора, стали легендой. А по коридорам Хогвартса ходили юные родственники их жертв, и теперь на них падали вовсе нежеланные отсветы их мрачной славы. Сьюзен Боунс, чьи дядя, тетя и двоюродные братья пали от руки одного из злодеев, с горечью сказала на уроке травологии, что теперь она поняла, каково оказаться на месте Гарри.

- Не знаю, как ты с этим живешь. Это ужас, - выпалила она, подсыпая слишком много драконьего навоза саженцам визгоперки, отчего они недовольно запищали и заерзали.

Да и Гарри снова стал предметом повышенного внимания и оживленных пересудов в коридорах, правда, в интонациях шептунов он уловил некоторую перемену. Теперь в них слышалось любопытство, а не враждебность, и несколько раз до него долетели обрывки разговоров, из которых явствовало, что ребят не устраивает версия «Пророка» насчет того, как и почему удалось Пожирателям смерти вырваться из крепости Азкабан. Недоумение и страх вынуждали этих усомнившихся обратиться к единственному объяснению, которое было им доступно - к тому, о чем твердили с прошлого года Гарри и Дамблдор.