Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

— Позагораем на пляже? Полазим по горам? Посетим парк развлечений? Бар? Или вечером в ночной клуб? Поехали в другой город…

— Нет, Ян, — зажала ему рукой рот Джессика, скромно улыбнувшись. — Я сейчас никуда не хочу, хочется только посидеть дома.

Она подтянулась, поцеловала его в щёку и нежно промолвила:

— Ян, я всё понимаю, спасибо тебе, но я действительно в норме… Я немного расстроена, но ничего страшного! Завтра станет лучше, поверь мне! Пойду позанимаюсь кунг-фу.

С этими словами она встала и направилась в сад.

Ван Ян беспомощно пожал плечами и поглядел на оттопырившего уши Дэнни, спросив:

— Дружище, что делать?

На лужайке стоял красный деревянный манекен для тренировок. Джессика с выкриками безостановочно наносила по нему удары руками и ногами, в глазах горело пламя. Неизвестно, кого она представляла на месте манекена.

— А-а… — громко выкрикнув, она задрала левую ногу и совершила резкий пинок. От удара манекен с глухим шлёпающим звуком отклонился назад, собираясь опрокинуться, а сама Джессика покосилась набок и тоже чуть не повалилась наземь.

— Боже! — воскликнула она и поспешила подтянуть обратно манекен, после чего вытерла лоб, вздыхая.

Сидевший вдалеке на деревянном стуле Ван Ян при виде этой картины едва не рассмеялся. Она такая милая в каждом своём движении, зачем расстраиваться? Пускай она и сказала, что «сама восстановится», он ни минуты не желал видеть её мрачной. Пока Ван Ян обдумывал решение, неожиданно завибрировал мобильник в кармане. Он достал телефон, чтобы ответить на звонок. Должно быть, звонил кто-то из друзей поздравить его.

На экране высвечивалось имя «Натали». Та уже давно прислала поздравительное сообщение. Ван Ян ответил на звонок:

— Привет.

Натали тут же «возбуждённо» защебетала:

— Привет, лучший режиссёр! Ты псих! Вау! Это правда? Я снимусь в новом фильме лучшего режиссёра, в главной роли! Ха-ха, я не ошиблась, согласившись на роль! Поздравляю тебя!

— Спасибо! — Ван Ян, наблюдая за непрерывно размахивавшей ногами и кулаками Джессикой, почувствовал себя так, будто у него обострилась болезнь и ему следует обратиться к врачу, поэтому спросил: — Натали, ты в курсе случившегося с Джессикой? Я про падение.

Натали хмыкнула со смешком:

— Видела, а что такого? О… Дай угадаю, она расстроена?

Ван Ян поднял глаза к небу, сказав:

— Да, я долго утешал её, но всё без толку. Посоветуешь, как можно развеселить её?

— Вот дерьмо! Ты разве не знаешь, что я добиваюсь твоего сердца? И ты хочешь, чтобы я помогла утешить твою девушку? — вымолвила Натали шокированным голосом.

Ван Ян невольно хихикнул:

— Так поможешь?

После нескольких секунд тишины из мобильника донёсся протяжный вздох Натали, она пролепетала несколько раз подряд: «Ладно» — и произнесла:

— Хорошо, я понимаю, что пока у меня нет шансов, но кто знает, как всё обернётся в будущем? Близкие друзья должны помогать друг другу, как же это порой бесит! Но помочь другу утешить его красивую подружку — это неплохой опыт, — Натали захохотала, после чего вдруг спросила: — Знаешь, почему кто-то хочет стать актёром, почему ему нравится быть актёром? Не говори мне про славу и деньги, я имею в виду тех, кто с детства этого хочет, кому лет 6–7, что они знают?

Ван Ян понимал, что на этот вопрос незачем отвечать, и позволил Натали дальше говорить:

— Ага. Знаешь, в детстве я очень любила слоняться по улицам, потом обращала внимание, не смотрит ли на меня кто-нибудь. Если кто-то смотрел, мне казалось, что этот человек наверняка думает: «Ух ты, какая очаровательная девочка!»

Натали посмеялась и продолжила:

— Это моя история, но не Джессики. О’кей, настал черёд врачебного диагноза! — она кашлянула и строго произнесла: — С точки зрения психологии, многие актёры любят театральное искусство и занимаются ими потому, что детство у них было так себе, насыщено неприятными моментами. Они хотят стать другими людьми, не желают быть собой, а красивые, привлекательные актёры в телевизоре и на киноэкране, а также впечатляющие истории вызывают у них желание… Вау, я хочу стать актёром!

— Джессику в детстве постоянно обижали, — Ван Ян обернулся и, глядя на запыхавшуюся от тренировки Джессику, безнадёжно пожал плечами. — Какое-то время я защищал её, но она переехала в Лос-Анджелес, затем её опять начали обижать.

— Я знаю о вашей истории, потому и заговорила об этом типе людей. Чёрт! И вот тут-то я проигрываю ей! — как будто разгневавшись, выругалась Натали, после чего выдохнула и спокойно продолжила: — Проще говоря, подумай, почему они хотят стать другими людьми? Основная причина в том, что им не хватает самопризнания, никто не хвалит их, не говорит им: «Ты большой молодец», никому нет до них дела, в итоге им не хватает сил признать собственное «я», поэтому им хочется стать другими людьми.

Раззадорившись, Натали захохотала и сказала:

— Всё это и есть самопризнание. На самом деле они вовсе не хотят становиться кем-то другим, а надеются, что смогут получить семью, друзей, одобрение и заботу окружающих. Уродина хочет, чтобы все называли её красивой; человек, с которым никто не играет, хочет, чтобы с ним играли; человек, чей день рождения никто не помнит, ждёт, что кто-нибудь ему скажет: «С днём рождения»… — она усмехнулась. — Если десять с лишним лет назад ты говорил Джессике, какая она красивая, играл с ней, защищал её… Догадываюсь, ты всё это делал. Знаешь, почему она по уши влюблена в тебя? Хи, думаешь на то нет причины?

— Хочешь сказать, что если бы всё это делала ты, то она была бы по уши влюблена в тебя? — Ван Ян со смехом покачал головой, но то, что упомянула Натали, он в прошлом действительно всё делал. Та коробка с лепёшками всё-таки была первым подарком от одноклассника на её день рождения. Пожалуй, именно поэтому после почти десяти лет разлуки Джессика до сих пор помнила его…

— Это так не работает. Она не лесбиянка, и я тоже, но мы бы стали самыми лучшими подругами! — вероятно, представив, как они обнимают друг друга за плечи, Натали не удержалась от смеха и спустя некоторое время всерьёз произнесла: — Поэтому понимаешь, почему звёздам нравится проходить по красной дорожке? Потому что так их окружают вспышки камер, они могут получить мощное чувство признания! Но порою признание тысячи, десяти тысяч, миллиона человек не сравнится с признанием одного человека.

Натали сделала паузу и с улыбкой сказала:

— Человека, который Джессике по-настоящему дорог и для которого она по-настоящему старается доказать свою ценность. Обычно такой человек первым её признал, поэтому она хочет получать всё больше одобрения от него и не хочет разочаровать его, желает доказать, что