Отпуск на двоих - Генри Эмили

Двадцать пять километров спустя у нас спустило шину.

– Боже ты мой, – простонала я, пока Алекс сбавлял скорость и съезжал на обочину.

– Скорее всего, в багажнике есть запасное колесо.

– А ты знаешь, как его менять?

– Да. Я знаю, как поменять колесо.

– Мистер Домовладелец, – сказала я, стараясь звучать игриво. К сожалению, оказалось, что я слишком раздражена и несчастна, и голос у меня вышел скорее сварливым. Алекс проигнорировал мою ремарку и вышел из машины.

– Тебе помочь? – спросила я.

– Можешь мне посветить, – попросил он. – Уже темнеет.

Я вылезла вслед за ним из машины. Алекс открыл багажник, порылся внутри и выругался:

– Запаски нет.

– Эта машина полна стремления разрушить нашу жизнь, – заявила я и пнула автомобиль. – Черт! Мне теперь придется купить этой скульпторше новое колесо, да?

Алекс вздохнул и потер переносицу.

– Мы оплатим его пополам.

– Нет, я не… Я не это имела в виду.

– Я знаю, – раздраженно сказал Алекс. – Но я не позволю тебе покупать все одной.

– Что нам теперь вообще делать?

– Мы вызовем эвакуатор, – сказал он. – Потом закажем домой такси и разберемся со всем завтра.

Так мы и поступили: вызвали эвакуатор. Посидели в тишине на багажнике, пока ждали, когда кто-нибудь приедет. Потом доехали до мастерской вместе с мужчиной по имени Стэн, у которого на каждой руке было вытатуировано по обнаженной леди. Подписали документы и заказали такси. Постояли снаружи на улице, ожидая, пока приедет такси.

Сели в машину к даме по имени Марла, при виде которой Алекс прошептал мне на ухо:

– Она выглядит точь-в-точь как Делалло.

По крайней мере, тут нам было хоть над чем посмеяться.

А потом навигатор Марлы заглючил, и она заблудилась.

Так поездка, которая должна была занять семнадцать минут, растянулась до двадцати девяти. Над этим мы уже не смеялись. Мы вообще не проронили ни слова, только напряженно молчали.

Наконец мы почти добрались до «Дезерт-Роуз». Снаружи уже полностью стемнело, и звездное небо над нашими головами наверняка выглядело просто замечательно, вот только мы были заперты на заднем сиденье машины Марлы, вынужденные вдыхать приторный ароматизатор с запахом сахарного печенья, которым Марла, судя по всему, опрыскала весь салон.

Когда мы попали в пробку, не доехав до «Дезерт-Роуз» всего какой-то жалкий километр, я чуть не заплакала.

– Наверное, там дальше авария, – сказала Марла. – Не могу придумать никакой другой причины, почему движение вдруг встало.

– Хочешь прогуляться? – спросил Алекс.

– Да почему бы и нет, – мрачно ответила я, мы выбрались из машины Марлы, пронаблюдали, как она разворачивает свою «Киа Рио», чтобы уехать восвояси, и отправились по темной дороге домой.

– Ночью я залезу в этот бассейн, – вдруг заявил Алекс.

– Да он закрыт будет, – пробурчала я.

– Тогда я перелезу через забор.

Из моей груди вырвался усталый смешок.

– Ладно. Я в деле.

Глава 23

Пять летних сезонов назад

Сегодня была наша последняя ночь на острове Санибел. Я лежала без сна, прислушиваясь к дождю, барабанящему по крыше, и бесконечно прокручивала в голове прошедшую неделю. Словно выискивала что-то в густом тумане, сияющем и постоянно колышущемся, и никак не могла понять, что же я ищу.

Вот я смотрю на охваченный штормом пляж. Вот мы с Алексом лежим на диване под бесконечный марафон «Сумеречной зоны». Вот бар под названием «БАР», в нем липкие полы и лениво вращающиеся под потолком вентиляторы, и я выхожу из туалета и вижу Алекса, сидящего у барной стойки, читающего книгу, и меня переполняет любовь такая сильная, словно меня вот-вот разорвет, и я пытаюсь отвлечь его от разрыва с Сарой развязным: «Ну привет, морячок!»

А потом мы бежим сквозь ливень к нашей машине, и мы едем под проливным дождем к нашему влажному бунгало, слушая, как скрипят по ветровому стеклу дворники.

Я все ближе и ближе подбиралась к тому, что искала, но стоило мне только протянуть руку – и я возвращалась ни с чем. Словно пыталась поймать танцующий на полу солнечный блик.

Вот Алекс просит меня сфотографироваться и застает врасплох, когда вспышка камеры мигает на счет «два» вместо «три». Мы оба давимся от смеха и стонем, глядя на нашу отвратительную фотографию, спорим, стоит ли ее удалять, и Алекс уверяет меня, что в реальности я выгляжу гораздо лучше, и я говорю ему то же самое.

Потом он говорит: «В следующем году поедем куда-нибудь, где холодно», а я говорю, конечно, договорились.

Вот оно. То, что постоянно ускользало сквозь мои пальцы. Поворотный момент, крошечная деталь в бесконечной ленте памяти, которую я никак не могла разглядеть.

Мы просто смотрим друг на друга. У этого момента нет ни четкого начала, ни конца, и он ничем не отличается от миллионов других похожих на него моментов.

Но именно тогда я впервые подумала: «Я влюблена в тебя».

Совершенно ужасная мысль. Скорее всего, не имеющая никакого отношения к действительности. Опасная территория, на которую не следует заходить.

Я разжала пальцы, позволяя воспоминанию ускользнуть в глубины памяти, словно его и не было.

Но даже тогда моя ладонь все еще продолжала гореть как от ожога, словно в подтверждение – этот момент был, и я только что его коснулась.

Глава 24

Этим летом

Наша квартира превратилась в седьмой круг Ада, и совершенно ничего не указывало на то, что Николай сюда заходил. Я удалилась в ванную, переоделась в купальник и мешковатую футболку, а потом написала ему еще одно гневное сообщение, в котором требовала держать меня в курсе происходящего.

Закончив переодеваться в гостиной, Алекс постучался в дверь, и мы, схватив полотенца, поспешили к бассейну.

Сначала мы прокрались проверить ворота.

– Закрыто, – сообщил Алекс, но меня это не особо волновало: я только что обнаружила проблему покрупнее.

– Какого. Черта.

Он поднял взгляд и увидел то же, что и я: пустое бетонное дно бассейна.

В этот момент за нашей спиной кто-то ахнул.

– Милый, я же говорила, что это они!

Мы с Алексом разом обернулись и встретились взглядом с дочерна загорелой парой среднего возраста. Перед нами стояла женщина с ярко-красными волосами, в белых брюках-капри и сияющих стразами сандалиях на платформе. Рядом с ней стоял толстошеий мужчина с бритой налысо головой и сдвинутых на затылок солнцезащитных очках.

– Говорила, крошка, – подтвердил он.

– Молодоже-е-ены! – пропела женщина и заключила меня в объятия. – Почему вы не сказали нам, что едете в Спрингс?

Только тогда до меня дошло. Это были Муженек и Женушка, с которыми мы вместе разделили поездку из аэропорта.

– Ого, – произнес Алекс. – Привет. Как дела?

Неоново-оранжевые ногти Женушки ослабили на мне свою хватку, и она выпустила меня из объятий, чтобы неопределенно взмахнуть в воздухе рукой.

– Ну, знаете… Все было весьма неплохо, пока не случилась эта ерунда. Я про бассейн.

Муженек утвердительно хмыкнул.

– А что случилось? – спросила я.

– Диарея! Какого-то малыша пронял понос прямо в бассейне. И, судя по всему, проняло его неслабо, потому что в итоге пришлось спустить всю воду. Нам пообещали, что он откроется завтра утром! – Женушка нахмурилась. – А завтра мы вообще-то уезжаем в Джошуа-Три.

– Здорово! – восхитилась я. Было затруднительно изображать веселую и оживленную беседу, когда на самом деле я ощущала, как моя душа медленно съеживается и умирает внутри пустой оболочки моего бренного тела.

– Мы выиграли бесплатное проживание в гостинице, – подмигнула она мне. – Я вообще удачливая.

– Очень, – подтвердил Муженек.

– И я не просто так это говорю! – не унималась Женушка. – Несколько лет назад мы выиграли в лотерею – не многомиллионый выигрыш, конечно, но все равно кругленькую сумму. И клянусь, с тех пор я постоянно выигрываю во всех лотереях, розыгрышах и конкурсах, в каких только участвую!