Коварная уловка - Бренда Хайетт

Нет, этого допустить нельзя! Необходимо с ним встретиться еще раз и все без утайки рассказать. Его возможный гнев, ее гордость – суета сует в сравнении с унылым, безотрадным будущим. И потом: если окажется, что все – пустое, он, скорее всего, позволит навещать Кристабель. Как там она? Вот уж не думала, что будет так скучать по ребенку!

Менее чем через полчаса после того, как Фредерика уехала кататься с мисс Милликен и мистером Вестлейком, на Одли-сквер пожаловал с визитом лорд Сибрук.

– Сэр Томас дома? – спросил он у лакея-привратника. Получив утвердительный ответ, вручил тому визитную карточку и сказал безапелляционным тоном: – Прошу немедленно доложить ему, что я по весьма важному делу, не терпящему отлагательства.

Лакей проводил Гейвина в гостиную. Дожидаясь сэра Томаса, он тщательно обдумал все, что собирался сказать. Разглагольствования в его планы не входили. Чем скорей, тем лучше – золотое правило! – подумал он. Да и времени в обрез… Остаток дня он решил посвятить поискам мисс Черристоун. В первую очередь нужно выяснить у Старины Джо, куда он привез леди с павлином, размышлял Гейвин. Помчался сломя голову по адресу, где тот посадил ее, упустив из виду такую немаловажную деталь! Если Джо подтвердит, что высадил ее у особняка лорда Сибрука, тогда, вне всякого сомнения, это была Черри. Если так, то он перетрясет коттедж вместе с выжившим из ума хозяином, пока не выяснит, куда она подевалась. Если же окажется, что дьявольский павлин укатил по другому адресу… Нет, этого не может быть! И вообще об этом лучше не думать, поскольку подобные размышления нагоняют хандру и ничего более.

– Доброе утро, Сибрук! – сказал сэр Томас, входя в гостиную. – А Фредерика, как мне сообщили только что, куда-то уехала и будет дома через час или около того. Ранняя пташка– вечно вскакивает ни свет ни заря!

– Ну и слава Богу! Я не к ней, я – к вам!

Прежде чем приступить к изложению фактов и аргументов, Гейвин подождал, пока тот угнездился в кресле напротив.

– Как вам известно, помолвка с вашей сестрой, по сути, является оплатой вашего, позвольте напомнить, карточного долга. В то время я был крайне стеснен в средствах и только поэтому согласился, вернее – пошел на это. Отдаю себе отчет в том, что совершил поступок, который меня никоим образом не украшает. Если подумать, я вынудил вас заключить брачный договор, но не удосужился поинтересоваться, как мисс Честертон отнесется к помолвке.

– Вынудил? – повторил сэр Томас с вопросительной интонацией. – Должен заметить, это слишком громко…

Он осекся, поскольку лорд Сибрук остановил его энергичным взмахом руки.

– Прошу, дайте высказаться до конца! Неважно, что вы в тот момент думали, факт остается фактом: ни вы, ни я не соизволили выяснить, каковы соображения вашей сестры относительно устройства собственного будущего. Вчера, познакомившись с ней, я пришел к выводу: она, без сомнения, может выбрать себе в мужья джентльмена более богатого, чем я, и занимающего в обществе более высокое положение. В том, что у нее не будет недостатка в подобного рода поклонниках, я убедился на балу. Считаю своим долгом признаться, что не вижу оснований связывать ее помолвкой, объявленной, между прочим, без ее на то согласия.

Сэр Томас, похоже, пришел в замешательство, но вопреки ожиданиям Гейвина не стал метать громы и молнии и даже не впал в уныние.

– Но как же быть с моим карточным долгом, который… – начал было он и запнулся.

– Забудем о нем. Я даже верну то, что успел потратить. На днях я получил по наследству значительную сумму, что позволяет жить на широкую ногу, а вот то, что мы с вами совершили, лишает меня возможности в полной мере насладиться жизнью.

Лорд Сибрук не отводил от сэра Томаса пристального взгляда, стараясь разобраться в эмоциях, отражающихся попеременно на лице молодого человека.

– Скажите, ваша сестра действительно настроена на брак со мной? – спросил он с неожиданной тревогой в голосе. – Если это так, тогда, конечно, наш договор остается в силе.

– Не знаю, что и сказать! Когда я сообщил ей о помолвке, сначала вроде бы ни в какую… – чистосердечно признался сэр Томас. – Теперь, как мне кажется, ничего не имеет против. Но все-таки, Сибрук, двенадцать тысяч фунтов…

– Ничтожная сумма в сравнении с годами жизни наперекосяк, то есть если окажется, что мы оба: ваша сестра и я – не будем счастливы в браке. А деньги, которые я потратил в течение неполного месяца, я верну. Будем считать, будто я занял в долг у вашей сестры, а теперь возвращаю. – Ему удалось выдавить улыбку.

– А как быть с объявлением в газетах?

– Мисс Честертон имеет полное право разорвать помолвку, сообщив об этом в тех же самых газетах. На нее это тени не бросит, а мне поделом!

Томас с шумом выдохнул.

– Что ж, ладно! Остается надеяться, чтобы Фредерика не выкинула какой-нибудь новый фортель, когда доведу до ее сведения ваше решение. После всех ее ухищрений… – Томас вдруг замолчал, взгляд стал виноватым, однако он быстро взял себя в руки. – Хорошо, Сибрук! Пусть все будет так, как вы сказали. Должен признаться, с души будто камень свалился. Если бы сестра стала в браке несчастна, я бы этого себе никогда не простил. А теперь по крайней мере выбор за ней.

– Именно! – бросил Гейвин односложно, горя одним желанием – немедленно откланяться.

Он почти не сомневался в том, что мисс Честертон воспользуется возможностью, которую он ей предоставил, в особенности теперь, когда узнал, как отнеслась она к помолвке в самом начале. Похоже, и вчера она ощущала себя в его обществе не очень уютно. Сейчас он прекрасно понимает, в чем причина!

Окинув взглядом гостиную, лорд Сибрук усмехнулся при виде многочисленных букетов. Вот и чудненько! – подумал он. У мисс Честертон не возникнет никаких проблем с кандидатурой на его место. Неожиданная язвительная мысль удивила его.

– Разрешите откланяться, – сказал он. – Будьте добры, дайте знать, когда отказ появится в газетах.

Лорд Сибрук встал, кивнул и ушел, убежденный, что поступил достойно.

– Мистер Вестлейк, не зайдете ли к нам? – спросила Фредерика, когда экипаж остановился у подъезда.

Она сказала это машинально, поскольку мыслями была с лордом Сибруком, а если точнее – лихорадочно соображала, каким образом организовать с ним встречу наедине и обо всем рассказать. Мистер Вестлейк с восторгом принял ее предложение. То, что он не хотел расставаться с мисс Милликен, было очевидно. Они прошли в гостиную, где мистер Вестлейк – человек воспитанный и светский – воздал должное обилию роскошных букетов.

– Прелестные цветы! Изумительные… Ваш успех, мисс Честертон, делает честь Шарлотте, и наоборот, если можно так сказать.