Скрытая ярость - Джулия Гарвуд

– Тут можно бал устраивать! – послышалось оттуда. – А что сильнее меня?

Выходит, он все прекрасно слышал.

– Я уже сказала, что ты флиртуешь, как дышишь. Вторая натура! По-моему, это у вас семейное. Я имею в виду, конечно, только братьев Бьюкенен, не сестер.

Кейт высказала это без досады, скорее в шутку, и сама же улыбнулась своим словам.

– Ты мне льстишь, Растрепа, – хмыкнул Дилан от двери. – И правильно делаешь. У меня много талантов.

– Врожденных.

– И благоприобретенных, – сказал он и подмигнул. Разговор грозил принять опасное направление. Кейт пожалела, что затеяла его.

– Я скорее склоняюсь к тому, что все они у тебя врожденные, как полосы у тигра. «Без женщин жить нельзя на свете, нет»! Что ты так смотришь? Я же не осуждаю, просто констатирую факт. Наверное, в тебе что-то есть, раз женщины так и липнут. Скажем, умение каждой отдавать всего себя, пусть даже на одну ночь. Словно она и есть та единственная. Это дар свыше.

По выражению лица Дилана невозможно было сказать, польщен он или возмущен этим резюме. Потом он пожал плечами. Не зная, как перейти к вопросу о ночлеге, не упомянув постель, Кейт зевнула.

– Я прямо с ног валюсь!

– Я тоже.

Хочешь не хочешь, а упомянуть пришлось.

– Какую кровать ты предпочитаешь, Дилан?

– Ту, что ближе к двери. Ты в самом деле одобряешь мой дар свыше?

Ну нет, так далеко она не зайдет.

– Я этого не говорила!

– Ну, ты сказала, что не осуждаешь его.

и что констатирую факт. Не делай вид, что не помнишь.

– То есть ты никак к этому не относишься?

– Вот именно!

– Значит, если я сейчас начну делать авансы... флиртовать... сделаю попытку завалить тебя...

– Не утруждайся – у меня уже развился иммунитет. Дилану пришло в голову, что это самый провокационный вызов, который ему когда-либо бросала женщина.

– Еще увидим... – И он подмигнул.

Больше всего на свете желая закрыть тему, Кейт схватила объем истую дорожную косметичку и пакете пижамой и халатом.

– Пожалуй, пора принять душ и ложиться.

– Да уж, в такую поздноту.

На столике у кровати тикали часы-будильник. Поглядев на них, Кейт с удивлением поняла, что действительно уже очень поздно. А ведь они всего лишь остановились перекусить! Куда ушло время, неизвестно.

– Какой-то бесконечный день, – заметила она, проходя к ванной.

– И еще не вечер!

– То есть?

Она остановилась, повернулась – и оказалась в объятиях Дилана. Без предисловий тот склонился к ее губам.

В первый момент она и не подумала о том, что можно оттолкнуть его или вырваться. Подсознательно она ждала этого уже давно и не раз обманулась, поэтому от неожиданности с готовностью ответила на поцелуй. Теперь осталось только обвить руками шею Дилана. Кейт так бы и поступила, если бы он вдруг не сделал шаг назад.

Он ничуть не был похож на любовника с огнем в крови, скорее, на ученого в процессе научного эксперимента – возмутительное бесстрастие, в то время как сама она едва дышала от волнения.

– Что же ты? Иди принимай душ, – сказал Дилан и отворил для нее дверь ванной.

– Ты зачем это сделал?!

– Полез к тебе с поцелуями? Мне показалось, ты не против.

– Ты ошибся!

– Это, наверное, от усталости. Я мог бы поклясться, что ты прямо жаждешь моих поцелуев.

Бросаясь в ванную, Кейт уловила на лице Дилана тень довольной усмешки. Резко повернув ключ, вывалила содержимое косметички на полку перед зеркалом. Порылась в груде, ища футляр с зубной щеткой и пасту.

Апартаменты были все-таки на уровне, судя по двум раковинам. Над этим стоило поразмыслить, хотя бы для того, чтобы не думать о нахальной ухмылке этого типа.

Подняв взгляд на свое отражение, Кейт отшатнулась. Ну и вид! Волосы унылыми сосульками свисают на плечи, под глазами синяки, которые ужаснули бы и человека с хронической бессонницей. И это чудовище Дилан нашел достаточно привлекательным, чтобы лезть с поцелуями. Очевидно, такие детали его не смущают. Одно слово: бабник!

Душ разогнал сонный дурман в голове. Кейт не сознавала, до какой степени ломит все тело, пока горячая вода не заставила мышцы расслабиться. Ну и денек! Внезапно ей вспомнилось раненое плечо Дилана. Если ей невмоготу, каково должно быть ему! Он ведь привык к ежедневной разминке. Вдруг плечо у него разболелось и теперь доставляет массу неприятных ощущений? Как все мужчины, которые носятся со своим эго, он, конечно, даже не подумает пожаловаться.

Вымыв голову и уложив волосы феном, Кейт перешла к вечерним косметическим процедурам, но все это время мысль о раненом плече Дилана не давала ей покоя. Переоделась в короткий халат. Прежде чем уступить ванную, прибрала за собой – этот аккуратист умер бы на месте, найди он в раковине хоть один волосок. И вышла.

– Твоя очередь.

Дилан оглядел ее, задержав взгляд на ногах. Она ощутила, что нервно облизывает губы, и плотно их сжала. Опять эта нервозность! Теперь-то с чего? Они ведь уже переспали! Он видел голой ее, она его. Ничего нового не предвидится.

Совершенно голый Дилан. Кейт судорожно сглотнула. Не надо вспоминать! Надо лечь, натянуть одеяло повыше, закрыть глаза и спать.

Дилан пошел к раскрытой двери ванной, но вдруг повернул и остановился напротив, слишком близко. Взял ее за плечи и привлек к себе. Она не противилась – не нашла в себе сил. Сейчас он начнет ее целовать, и это не кончится добром... надо бы положить этому конец...

Кейт запрокинула голову и приоткрыла губы. Ничего не случилось.

– Что это значит?!

– Хотел посмотреть, как твои синяки. – Дилан склонился еще ниже, овеяв ее теплом дыхания. – Похоже, основной уже бледнеет.

Кейт высвободилась и отступила, чувствуя себя полной идиоткой.

– И не так болит, – буркнула, чтобы что-то сказать. После такого позорища оставалось только зарыться под одеяло.

– Постой, я не закончил, – сказал Дилан, видя, что она вот-вот бросится прочь.

И вот тут, сразу и опять совсем внезапно, он поцеловал ее. Губы только соприкоснулись, но этого было довольно. Возбуждение пронзило Кейт, как электрический разряд. Захотелось еще, и больше, и всего, что уже было и что она так отчаянно пыталась забыть.

– Ты опять со своими поцелуями?! Может, хватит уже?

– Почему? – с простодушным видом спросил Дилан. – Не нравится? Ничего удивительного. Я и сам терпеть не могу чмоканье.

Не дав времени себя отбрить, он привлек ее теснее и на этот раз взялся за дело не шутя. Невозможно было оставить без ответа поцелуй, настолько горячий и страстный. Здравый смысл, должно быть, понял это и умолк, уступив инициативу плоти.

– Ну как? – спросил Дилан, отстранившись. – Надеюсь, все в порядке? Если нет, я удвою усилия.