Жизнь без границ. История чемпионки мира по триатлону в формате Ironman - Майкл Айлвин

После неплохого бега (2 часа 52 минут) я пришла к финишу за 8 часов 36 минут и 13 секунд. Я совсем забыла, что было два мировых рекорда в Ironman: один – официальный, или «брендованный», утвержденный WTC, и другой – неофициальный. В моей голове мировым рекордом было время, которое я показала несколько месяцев ранее на Challenge Roth, но, как только я пересекла финишную линию в Темпе, кто-то сказал, что я только что побила мировой рекорд Ironman, установленный Сандрой Воленхорст на Ironman Austria в 2008 году. Я обновила его более чем на одиннадцать минут.

Еще никогда я не испытывала такого облегчения, как после этой гонки. Тяжелый груз был снят. «Это была ее Кона» – именно так это представили в прессе. Но я не говорила таких слов. Это не была Кона, и Кона не была мной покорена. И не будет, до тех пор пока я ее не выиграю еще раз. Я же говорила, что именно так я бы хотела выступить в Коне. Если бы в конце пути я свалилась от усталости, сомнения могли бы распространиться по толпе, но, имея за спиной отличное выступление, в дополнение к этому побив еще и мировой рекорд, я подтвердила лишь одно – что окончательно вернулась в строй и полна сил.

Но самым ярким впечатлением дня было то, что, пересекая финишную линию, я была встречена вовсю улыбавшимся Томом. Мы обнялись, появилось ощущение чего-то законченного. Обнимания на финише Ironman не в новинку, но они обычно происходят или с теми, кого любишь, или с людьми, профессионально связанными с тобой как участником состязаний. Но я еще никогда не обнимала того, кто был и тем и другим одновременно. Это казалось особенным.

Спустя пару дней я получила письмо от Бретта. Он видел фото меня и Тома на финишной линии. «Это можно считать финальной нотой, закрытием особой части моей тренерской карьеры, – писал он. – Последний кусочек мозаики, которую я бы хотел видеть законченной начиная с самой первой нашей встречи, вставлен на место. Я получил невероятное удовлетворение от твоей гонки в эти выходные. Нет, не от самого выступления (это меня не интересовало), а от наблюдения за тобой, наполненной счастьем, в руках любимого человека, смотрящей вверх с таким наслаждением, которое может быть вызвано только моментом, до краев наполненным счастьем. Вот именно таким я и буду вспоминать 21 ноября 2010 года.

Я мог бы сказать, что победа была особой, потому что самый важный для тебя человек разделил ее с тобой. И в этом есть и мое счастье, ведь Крисси Веллингтон больше не одинокий странник. Это был один из магических моментов, бесценный, такой же, как и фото. Спасибо тебе за наше с тобой путешествие – это было особенное время. Поздравляю тебе и желаю самого лучшего. Удачи, твой экс-босс».

В своем ответе я попросила Бретта не быть столь драматичным, ведь это не означало конца наших отношений. Бретт научил меня почти всему, что я знала о триатлоне, и это останется со мной навсегда. Но он был прав – еще никогда я не была более горда и счастлива, чем когда делила подиум с любовью моей жизни. Эти воспоминания никогда не погаснут.

Действительно, мой сезон прошел не так, как я планировала, но моя жизнь текла весьма приятно. Опять-таки я установила два мировых рекорда, выиграла десятый Ironman из десяти, на которых выступала. В общем, 2010 год был не так уж плох, и к тому же это было еще не все, что было заготовлено для меня. Было еще представление меня в Букингемском дворце как кавалера Британской империи за неделю до Рождества, а за пару дней до этого я была приглашена в Университет Бирмингема для получения почетного звания доктора. Да, теперь я для вас доктор Кристин Веллингтон!

Возвращение в Бирмингем было очень эмоциональным. Я говорила перед сотнями выпускников под сводами Грейт-холла, мои родители сидели на первом ряду и плакали. Происходившее перенесло мою память назад, во время, когда они оставили меня тут, и папа учил меня использовать любую возможность и добиваться хороших отметок. Это перенесло меня назад, когда они приехали на выпуск через три года, в 1998 году. И вот мы снова здесь. Мы сделали полный круг, и столько всего произошло за это время.

На следующий день мы снова собрались вместе в отеле, который я зарезервировала в Сент-Джеймс-парке. Мои родители, Том и я отправились на ужин с моим братом и его невестой Келли. У Мэтта недавно была помолвка, так что у нас было много поводов для празднования. На следующее утро брат, мама, папа и я надели лучшую одежду, какая у нас была, и направились из отеля в Букингемский дворец. У королевы, наверное, был выходной, потому что церемонию вел принц Чарльз. Быть внутри самого известного здания страны было просто восхитительно, причем восхитительно в том смысле, когда просто испытываешь восхищенное благоговение.

Все было пышно и обстоятельно. И, конечно же, протокол – ты должен пройти некоторое количество шагов так, потом еще несколько эдак. Теперь назад. И все это должно быть сделано в определенный момент. Я была напугана этим моментом и ощущала себя очень глупо. Несомненно, я бы даже смогла переступить через себя и надеть высокие каблуки, которые обычно не ношу.

Но все прошло великолепно. Я даже перекинулась несколькими словами с принцем Чарльзом. «Ты должна была быть в отличной форме, чтобы сделать то, что ты сделала, не так ли?» – сказал он. Я подтвердила, что это правда. Тогда он спросил, каким будет следующий мой шаг, и я сказала, что это будет попытка победить мужчин.

Он прикрепил орден на мой пиджак. Это было просто сказочным окончанием года. Иметь достижения, отмеченные правящими кругами, быть окруженной людьми, которые совершили экстраординарные поступки, было для меня истинной привилегией. Мои родители и брат так гордились мной, а я продолжала думать о моих бабушке и дедушке и о том, как счастливы они бы были, если бы могли находиться в этот момент вместе со мной во дворце.

Когда мы вышли на улицу, пошел снег. Мы направились в бар. Я зарезервировала зал, стали собираться друзья, чтобы отметить это событие. Кто-то знал меня с детства, кто-то со школы, по университету или работе. Кто-то пришел с детьми. Хоть у нас с тех пор и была своя жизнь, но мы все-таки остались такими же, какими были когда-то. Друзья и семья – это нить, которая проходит через наши жизни вне зависимости от того, куда она нас заводит. После моего «приближения» к королевской власти это было единственное завершение необычного дня.

Глава 14

Герои Ironman

Если не можешь лететь – беги!

Не можешь бежать – иди!

Не можешь идти – ползи!

Ironman вдохновляет как никакой другой вид спорта. Он меняет жизни тех, кто запал на него. А те, кто запали на него и были, в свою очередь, им «переделаны», вдохновляют других героизмом своих поступков. Финишная линия в гонке Ironman – это место, наполненное улыбками и слезами. Эмоции в конце Ironman, гонке такой длины, – это именно то, что объединяет между собой всех любителей этого спорта.

Пантеон легенд Ironman внушителен. Придя в этот спорт поздно, я знала совсем мало об их достижениях, но теперь все эти люди хорошо мне знакомы. Дэйв Скотт и Марк Аллен, каждый из которых по шесть раз выигрывал чемпионат мира Ironman в 1980-х и 1990-х годах, причем господство первого началось с эпической битвы 1989 года, названной впоследствии «железной войной», когда Марк и Дэйв сражались друг с другом бок о бок более восьми часов и Марк смог выиграть только в конце, финишировав на минуту раньше. Паула Ньюби-Фрэйзер, или Королева Коны, выиграла восемь титулов в те же годы, установив при этом подряд четыре рекорда. Наташа Бэдманн чуть позже выиграла шесть раз, в том числе три раза подряд, начиная с 2000 года. Конечно, есть и другие, их слишком много, чтобы упомянуть всех, и все они легенды, все они придают нам огромное вдохновение.

Но для этих спортсменов, как для меня и большинства моих коллег, это всего лишь наша работа. Вот что действительно прекрасно в нашем спорте, так это то, что мы, профессионалы, стартуем вместе с любителями, делим с ними улыбки и гримасы боли, взлеты и падения, слезы и радость, при этом объединенные одной и той же целью – пересечь вожделенную финишную линию. Мы соревнуемся вместе, испытываем тягости вместе и отмечаем победы вместе.

Многие из атлетов-любителей связывались со мной, чтобы сказать, что мои достижения реально помогли им и вдохновили на их жизненном пути. Но даже если это и так, то это совершенно точно не односторонний процесс. Потому что именно любители были теми, кто вдохновлял и меня в тяжелые времена, теми самыми каждодневными героями, кто балансировал между тренировками, работой, семьей и иными обязанностями. И среди них есть такие люди, в достижения которых просто невозможно поверить.