Однажды летом - Карен Робардс

Сержант Уитли закрыл дверь и уселся за свой стол. Единственное крохотное окошко почти не пропускало солнца. Яркий свет, бивший из люминесцентной лампы, не щадил ни обшарпанный пол, ни потемневший металлический стол, ни усталого, измученного сержанта. О том, как она выглядела сама в таком мерзком сиянии, Рейчел могла лишь догадываться.

– Что случилось? – вновь спросила она и сложила руки на коленях.

– Сначала я должен задать вам несколько вопросов, – сказал он. – Не возражаете, если я буду записывать наш разговор на пленку?

– Нет, конечно.

– Благодарю вас за понимание. Знаете, запись помогает избежать в дальнейшем недоразумений. – Открыв верхний левый ящик стола, сержант Уитли достал портативный магнитофон и щелкнул кнопкой. Потом откинулся на спинку кресла и устремил на Рейчел тяжелый взгляд из-под полуопущенных век. Руки он сложил на животе.

Рейчел мысленно отметила, что у сержанта намечается брюшко. Что ж, в его возрасте – судя по всему, Уитли было около шестидесяти – этого редко кому удавалось избежать.

– Вчера вы были на пикнике, верно? – спросил он. Рейчел кивнула. Потом, вспомнив о магнитофоне, сказала:

– Да.

– А потом?

– Я поехала домой. Но в чем дело?

– Это все?

– Нет. Позже я выходила из дома. Чтобы заехать… за приятелем, который слишком много выпил и сам не мог сесть за руль.

– Кто этот приятель?

Рейчел не могла избежать того, чтобы не назвать имени Джонни.

– Джонни Харрис.

– Вы поехали за Джонни Харрисом, потому что он слишком много выпил и не мог сесть за руль. Это верно?

– Да, так я и сказала.

– Где вы должны были с ним встретиться?

– На подъезде к поселку… я забыла, как он называется. Ну, возле реки.

– Эплбай-Эстейтс?

Рейчел кивнула, потом, опять вспомнив о том, что идет запись, добавила:

– Да.

– Харрис вам позвонил и попросил забрать его?

– Нет. Звонила Гленда Уоткинс.

– Ага. – Пальцы, лежавшие на животе, зашевелились. – В котором часу это было?

– Кажется, около одиннадцати. Может, чуть позже. Но почему вы об этом спрашиваете?

– Я вам объясню немного погодя. Сначала мне нужно уточнить еще кое-какие детали. Вам не показалось, что, она была расстроена… или, скажем, взволнована чем-то, когда звонила?

– Нет.

– Вы в самом деле забрали Харриса?

– Да.

– И во сколько это было, не припомните?

Рейчел задумалась.

– Мне понадобилось полчаса, чтобы добраться туда. Пока оделась… Думаю, я была там около половины двенадцатого.

– Расскажите мне подробно, как все было, Рейчел. Это очень важно, поэтому постарайтесь быть предельно точны. Начните с того момента, как вам позвонила миссис Уоткинс. Что именно она говорила?

Рейчел рассказала о звонке Гленды, потом начала описывать, как одевалась, как ехала к поселку, и наконец, хотя и неохотно, поведала о своей встрече с Джонни. Подозревая, что весь сыр-бор разгорелся в связи с его аварией на мотоцикле, она не хотела усугублять и без того неприятную ситуацию.

– Итак, у него была авария.

– Да.

– Он был пьян?

Рейчел поджала губы.

– Да, он выпил.

– Но был ли он сильно пьян? Он сознавал, что делает? Он был… вменяем? Как вам показалось?

Рейчел удивленно подняла брови.

– Да, совершенно вменяем. Просто под хмельком.

– Во что он был одет?

Всем своим видом Рейчел выражала недоумение.

– Голубые джинсы, майка, кроссовки.

– Были ли на нем… вы не заметили каких-нибудь пятен на его одежде или чего-то еще?

– Нет. На джинсах вполне могли быть масляные пятна после аварии, но я их не заметила.

– Значит, вы не заметили ничего необычного ни в его поведении, ни в одежде?

– Совершенно верно.

– Хорошо. И что было потом, после того как вы с ним встретились?

– Как что? Я отвезла его к нему на квартиру.

– В котором часу вы привезли его?

– Около полуночи, я думаю.

– И что потом?

– Он пошел к себе. А я поехала домой.

– Он вошел в свою квартиру около полуночи? Вы видели, как он вошел?

– Я видела, как он поднимался по лестнице.

– Хорошо. Позвольте, я повторю, а вы проверите, все ли я правильно понял. Если я буду неточен, поправьте меня. Миссис Уоткинс позвонила вам в одиннадцать и попросила забрать Харриса, поскольку считала его слишком пьяным, чтобы вести мотоцикл. Вы выехали к ней, около половины двенадцатого добрались до поселка и на въезде чуть не столкнулись с Харрисом. Он оставил мотоцикл у обочины, сел к вам в машину, и вы довезли его до дома. Ближе к полуночи. Я точно излагаю?

– Да.

– Тогда у меня возникает еще один вопрос к вам. Когда вы забирали Харриса, видели вы Гленду Уоткинс?

– Да, а как же. Видела. Правда, я с ней не разговаривала, но видела ее издалека. Она стояла у дороги, перед своим домиком, как я поняла. Я как раз сворачивала на Менслик-роуд.

– Вы видели ее? Вы уверены? – Он вдруг выпрямился в кресле и впился в нее взглядом, опершись ладонями на крышку стола.

– Да, конечно.

– Вы уверены в том, что это была она?

Рейчел кивнула, удивленная резкой переменой в его поведении:

– Да, я уверена.

– Что она делала? Была ли она… как вам показалось… с ней было все в порядке?

– Насколько я могла судить, да. Она стояла возле дома, устремив взгляд на дорогу, как раз в том направлении, откуда я должна была появиться.

– И как скоро после этого вы чуть не врезались в мотоцикл Харриса?

– Да почти сразу же. Не прошло и минуты.

– Рейчел, подумайте хорошенько. Это важно. Был ли такой момент, когда после аварии Харрис выпадал из поля вашего зрения?

Рейчел подумала, потом покачала головой:

– Нет. А почему вы спрашиваете? Что случилось? Что-нибудь с Джонни? – Ей уже было совершенно ясно, что поводом для столь скрупулезного разбирательства стала отнюдь не авария, совершенная Джонни в пьяном виде. И она опасалась, что дело гораздо серьезнее. Вероятно, произошло нечто из ряда вон выходящее.

Сержант Уитли вздохнул и даже как будто обмяк. Потянувшись к магнитофону, он остановил запись.

– Вчера ночью миссис Уоткинс была убита.

У Рейчел перехватило дыхание.

– Что?

Сержант мрачно кивнул.

– И это еще не самое худшее. Картина преступления в точности совпадает с убийством Эдварде – вплоть до цветков, рассыпанных по телу. Разве что на этот раз были розы, сорванные в соседнем саду.

– Гленда Уоткинс убита? – От ужаса голос у нее дрогнул.

– Тринадцать ран. Смерть наступила между одиннадцатью сорока пятью и десятью минутами первого, когда ее сын вышел на улицу поискать мать. Он сказал, что видел промелькнувшую в темноте тень, но испугался и бросился обратно в дом, запер дверь и позвонил соседу. Сосед вышел проверить, в чем дело, и наткнулся на труп.