Марго. Помощница для вампира - Светлана Шавлюк

отряда Тая, также, как и мы, скинули и оставили у привязанных лошадей свои плащи. И сейчас я имела сомнительное счастье наблюдать их недовольные лица, на которых буквально было написано «какого хрена мы тут делаем и зачем ищем вчерашний день». Я вздыхала, понимала их и даже в какой-то момент устыдилась и усомнилась в собственной адекватности. И именно в этот поистине решающий момент, в мыслях снова воскресло воспоминание о сне. В картинках. Я прикрыла глаза и старалась припомнить все детали, хоть какой-то намек, какую-то мелочь, которая бы указала, куда идти и где искать ту неведомую тропинку, с которой я так желала сигануть в водную бездну от безысходности.

Распахнула глаза и ахнула. Тай крепко держал меня за руку, переплетя наши пальцы. Кто-то из отряда присвистнул, а я осторожно огляделась, чтобы убедиться, что ни я одна это вижу. Каким-то образом, я привела всех к подножию горы. И вот тут-то и нашлась та самая тропинка, скрытая густым лесом. Она убегала вверх под небольшим наклоном, петляла между камнями, пряталась за деревьями и стелилась так, что с основной дороги заметить ее было просто невозможно.

25.1

Меня начало колотить. Перед глазами вдруг помутнело. К горлу подкатила тошнота. Сжала ладонь Тайлинга. А второй рукой вцепилась в его же локоть. Держалась за него, как за единственный оплот стабильности. Себе я уже не верила. Не доверяла ни тому, что видела, ни тому, что слышала, и уж тем более не доверяла собственным воспоминаниям о прошлом. Стоило только найти эту тропинку, как вера в свое здравомыслие пошла трещинами. Что, если и не было никакой земной жизни? Что, если сны мои вовсе не сны? А вот воспоминания о жизни в другом мире — как раз-таки, всего лишь фантазии? Я настолько запуталась, что стало страшно. Закусила губу от отчаяния и часто-часто моргала, пытаясь избавиться от набежавших слез. Боги! Все! Помогите! Даже там, на рынке, в первые дни, когда я не помнила ничего, кроме собственного имени, не ощущала того священного ужаса, что испытывала сейчас. Кажется, я начала сходить с ума.

— Марго? — Тай прижал меня к себе и обеспокоенно заглядывал в глаза. — Ты в порядке?

— Нет. Не знаю. Тай, — голос дрожал и звучал жалобно, даже жалко, — я не понимаю. Ты ведь видел мой мир? — шептала, запинаясь, сглатывала тугой комок в горле, стараясь не разрыдаться, — видел же, это же не может быть моей фантазией? Не может же быть, что ничего из того не было?

— Успокойся, — приказал он и тихонько встряхнул меня, — я видел то, что показала мне ты. И уверен, если бы тебе хотели подселить ложные воспоминания, не стали бы использовать столь экстравагантный способ. Придумывать целый мир технологически высокоразвитый. До этого еще додуматься надо.

— Но как тогда? — уткнулась ему в плечо и шумно задышала, пытаясь унять бешенно бьющееся сердце в груди, заглушить шум в ушах. — Тай, эти сны, — подняла голову и вновь заглянула в серые, сейчас, как хмурое небо на туманном острове, глаза. — Это ведь не один сон. Они со мной много лет. Почти одинаковые. Но как я могла видеть, что происходит в другом мире? Как я могла находиться в двух местах одновременно? Это невозможно. Я, кажется, схожу с ума.

Он прижал меня к себе. Буквально на несколько секунд сжал в объятиях, чуть ослабил хватку и обернулся к мужчинам из отряда.

— Очень аккуратно осмотреть лес, тропу. Внутрь не соваться. Встреч избегать. Осмотреться и понаблюдать. Мы с Марго возвращаемся. Жду отчет вечером.

Как добрались в гостевой дом, не запомнила. Я словно замерла там у подножия горы, ошеломленная внезапным открытием — мои сны реальны — и очнулась только тогда, когда мне в руку сунули чашку с дымящимся напитком с резким запахом трав. Тайлинг едва ли не силой влил в меня этот напиток. И уже через десяток минут, тело расслабилось, голова перестала напоминать пустую кастрюлю, в которую, как в гонг, кто-то бил половником. Звон в ушах стих. Меня омыло спокойствием, я перестала дрожать, порывисто дышать, иногда вовсе замерев и затаив дыхание. Все переживания подернулись пеплом и перестали выжигать в груди дыру. Осмотрелась. Я полулежала на большой кровати, застеленной молочным покрывалом, расшитым золотой нитью. Тай сидел в кресле такой же расцветки. На прикроватном столике из светлого дерева стояли накрытые крышками блюда. В окна заглядывало слепящее солнце, створки были распахнуты, отчего белый тюль сверкающей паутинкой вздымался при любом порыве ветра. Чистая, светлая комната, которую мы делили с Тайлингом была на удивление роскошна в своей простоте. И удивительной чистоте. Наволочки на пышных мягких подушках, едва ли не хрустели от чистоты.

— Как ты? — нарушил тишину Тайлинг.

— Лучше. Спасибо, — кивнула и прикрыла глаза. Все чувства были какими-то вялыми, реакция заторможенной. — У меня так много вопросов и ни одного ответа, — скривилась не то в улыбке, не то в гримасе боли.

25.2

— Не волнуйся. Ответы мы найдем. Теперь уж точно. Завтра мы проведем день, как и планировали. А вот послезавтра… Дождемся парней, послушаем, что они узнают. Если будет что-то интересное, мы отправимся посмотреть, а ты побудешь здесь.

— Нет, — подскочила на кровати и сжала кулаки, — нет, — повторила твердо, встречая его потемневший от злости взгляд, — я не останусь тут. Мне страшно. Стой, — вскинула руки, когда он уже был готов возразить, — подумай сам. Если, а я теперь уже почти уверена, что так и есть, меня держали в заложниках в этих пещерах, потом за ненадобностью или еще по какой причине, сбагрили на рынок, а потом, узнав, что я попала на остров, решили убить, то ты думаешь, узнав о том, что я тут, они не попытаются снова? Я вас сюда привела. И пусть это случайность. Об этом знаешь ты. Я. И все. Даже ребята из твоей боевой группы не знают всего. Ты им лапши на уши навешал. Меня попытаются убрать. Обязательно. И ничего легче нет, чем убрать меня, пока вы будете шариться по лабиринтам шахт и пещер. Нет, Тай. Я пойду с тобой. Хоть куда, готова на любые испытания и мучения. Но одна я тут не останусь.

— Значит, завтра отправимся обратно. Верну тебя на остров. А потом сюда с группой. Без тебя, — упрямился треклятый вампирюга.

— И тогда меня прибьют там. Как уже пробовали, — сжимала кулаки до побелевших костяшек. Как же ему объяснить, что я должна туда пойти. Интуиция буквально вопила, что