Екатерина II. Как пополнялись и тратились личные средства. Кошелек императрицы - Игорь Викторович Зимин

В октябре 1792 г. императрица предложила выкупить у наследниц покойного действительного тайного советника М.А. Деденева[406] – дочери девицы Анны и невесты его Алены – «разные планы и карты» за 10 000 руб. Заметим, что перечень карт и крепостных планов просто огромен и занимает несколько страниц. При этом императрица повела себя как опытный коллекционер, заявив, что если наследницы не согласятся на предложенную цену, то покупка не состоится.

Журналы и газеты

Екатерина II внимательно отслеживала нюансы европейской политики, получала на свою половину в Зимнем дворце иностранные газеты, журналы и календари. Подписки на периодику оплачивались из ее комнатной суммы: «В здешний почтамт, следующих за газеты и журналы в Комнату Нашу полученные в 1789-м, 1790-м и в 1791-м годах 1204 руб.» (октябрь 1792 г.); «В здешний почтамт за полученные в Комнату Нашу иностранные газеты на 1793 г. 428 руб.» (декабрь 1793 г.).

Следует заметить, что ежегодная подписка довольно внушительная и в ее состав в 1796 г. входили: «Реестр выписанным из иностранных почтамптов для Ея Императорского Величества газетам и журналам и календарям на сей 1796 год: Жямс кроникл[407] (73 руб.); Лондон кроникл[408] (73 руб.); Курие ди ба рян (21 руб.); два экземпляра газет Гамбургских на белой бумаге (36 руб.); Газет Берлинских от Фосса; Газет Штетинских; Алтоноуский Меркуриус; Гамбургский политический журнал». Из календарей заказаны: «Берлинский исторический; Берлинский к провождению времени для добронравия; Берлинский генеалогический; Карманная книжка от Бенера; Альманах Готский (2 экз.); Альманах Гюттингенский (2 экз.)». Стоимость всей подписки составила 285 руб., переведенные в Европу через Коллегию иностранных дел в октябре 1796 г.[409]

Поскольку библиотека разрасталась, то императрица периодически заказывала новые книжные шкафы. Эти заказы выполнял столяр Зимнего дворца Христиан Мейер: «Столяру Мейеру за шкаф и ящики для нашей библиотеки 703 руб.» (ноябрь 1787 г.); «Столяру Мейеру за сделанные им и доставленные в Эрмитаж для библиотеки 34 шкафа» (июль 1793 г.).

Императорская публичная библиотека

Идею организации публичной библиотеки в Петербурге Екатерина II предложила еще 1766 г., но реализация идеи началась буквально в последние годы жизни императрицы. В мае 1795 г. она утвердила проект здания библиотеки, подготовленный архитектором. Егором Соколовым. Руководителем проекта императрица назначила секунд-майора М.И. Антоновского (1759-1816) и это не случайное назначение. М.И. Антоновский начал образование в Киево-Могилянской академии (с 1772 г.), заканчивал в Московском университете (с 1779 г.). В годы учебы награждался золотыми медалями. После завершения образования поступил на службу в Адмиралтейскую коллегию, где его заметил президент коллегии граф И.Г. Чернышев.

В 1791 г. ему поручили разбирать польские трофеи – библиотеку графов Залусских, вывезенную из Варшавской публичной библиотеки, после взятия Варшавы войсками А.В. Суворова. Поэтому решение императрицы: «О произвождении жалованья принятому в ведомство Кабинета Секунд-майору Антоновскому 600 руб.» (апрель 1796 г.), что вполне логично.

В 1796 г. начались работы по возведению здания библиотеки на средства Кабинета Е.И.В.: «На заготовление материалов для строящейся библиотеки из оставленной колыванскими заводами 100 000 руб. суммы 5000 руб.» (февраль 1796 г.); «На сооружаемое для библиотеки при Кабинете здание из числа оставленной в Кабинет колыванскими заводами 100-тысячной суммы, к отпущенным 42 034 руб. еще 10 000 руб.» (июнь 1796 г.); «На сооружаемое для Библиотеки здание… оставленной в Кабинете Колыванского завода 100 000 руб. суммы к отпущенным 52 034 руб. еще 10 000 руб.» (октябрь 1796 г.).

Кабинетские переводчики

При Кабинете Е.И.В. имелись штатные должности переводчиков – это интеллектуальная стартовая площадка для некоторых лиц из ближайшего окружения императрицы. Например, с этой должности начинал М.И. Веревкин, впоследствии член Российской Академии наук: «О произвождении определенному в Кабинетное ведомство для перевода книг с иностранных на российский язык коллежскому советнику Веревкину по чину его жалованья» (январь 1764 г.). Кабинетному переводчику (будущему унтер-библиотекарю императрицы) Петрову в марте 1770 г. из комнатной суммы выплатили 215 руб. «для заплаты за напечатание при Академии поэм».

Переводчики были необходимы, поскольку в Россию разными каналами везли иностранную литературу. Один из таких каналов – посольский: «О заплате по счету, присланному из Вены от здешнего министра князя Голицына за итальянские книги – 553 гульденов 51 крейцеров – 542 руб.» (апрель 1770 г.).

Имелись и переводчики-любители, труды которых также не оставались без награды; «Артиллерии майора Вельяшева-Волынцова дочери за перевод на российский язык Бранденбургской истории 500 руб.» (ноябрь 1770 г.)[410].

Примечательно, что, продвигая в российскую интеллектуальную среду идеи французских просветителей, Екатерина II сама участвовала в переводах их книг. Например, в 1768 г. она, совместно с кружком дворян, приняла участие в переводе философского романа Мармонтеля «Велизарий». Императрице принадлежит перевод десятой главы[411]. Императрица же дала деньги на первое издание Мармонтеля: «В Академию наук за напечатание Мармонтелева сочинения под именем Велизария 395 руб.» (октябрь 1773 г.)

Архив Петра Великого

Комплекс документов, который позже стали называть «Архивом Петра Великого», сформировался при его жизни: «Состав документов, хранившихся в архиве Кабинета, свидетельствует о том, что этот архив сочетал в себе функции как личного архива крупного государственного деятеля, так и архива государственного учреждения, игравшего огромную роль в управлении страной в XVIII в.».[412]

В последующие царствования архивом, 14 сундуков с документами, пользовались в основном для составления разного рода справок при принятии тех или иных решений государственными структурами. При Екатерине II ситуация изменилась – для разбора архива были получены средства и люди. Указом Екатерины II от 31 августа 1762 г. заведование делами Кабинета Е.И.В. поручили статскому советнику Петру Аксакову, которому выделили двух канцелярских служителей. В результате при императрице архив становится фактически самостоятельным учреждением.

В изустных указах императрицы встречается довольно много упоминаний об архиве, преимущественно связанных с решением кадровых вопросов и его финансированием[413]. Служителям архива выделялись деньги на разбор документов и их переплет[414], также составлялись описи документов. Для разобранных документов периодически изготовлялись специальные шкафы[415]. Судя по количеству прибавлявшихся шкафов, работа над документами шла довольно активно.

Безусловно, Екатерина II, считая себя прямой продолжательницей дел Петра Великого, интересовалась документами его эпохи, которые ей периодически доставляли в Комнату[416]: «Только за первую половину 1763 г. ими было скопировано и отравлено в Кабинет Е.И.В. для прочтения Екатерине II 85 автографов Петра I»[417].

Безусловно, Екатерина II читала биографию Петра I, написанную по заказу русского правительства Вольтером и изданную в Европе в 1759 г., а затем в 1760 г. доставленную