Отморозок 6 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович

— А если есть человек, который знает дорогу, есть транспорт и группа поддержки за пределами лагеря моджахедов, есть мощный ударный кулак на границе и есть поддержка авиации, тогда, как ты думаешь, побег возможен? — Тихо спрашиваю лейтенанта и напряженно слежу за остальными. Сейчас наступает момент истины. Как они себя поведут.

Лейтенант задумчиво молчит. Равиль и Игорь молча переглядываются. Повисает неловкая тишина. Понимаю, разговор идет на грани фола. Они меня видят впервые, и я вполне могу быть провокатором. Да и мой возраст здесь играет против, пойди поверь такому сопливому пацану. Надо как то убедить парней в своей искренности и в том что я действительно могу быть представителем разведки.

— Парни, Родина не забыла о вас. Я пришел сюда по своей воле за всеми вами, теми кто здесь и теми, кто находится в других камерах. «Духам» нет смысла подбивать вас на побег, чтобы прихлопнуть. Они могут это сделать в любой момент и так и ничто им не помешает. Что вы теряете попытавшись? Жизнь в подвале и рабский труд на местного хана? Не лучше ли сделать попытку и даже если и погибнуть, то сделать это в бою и свободными? Если вы до сих пор не стали на сторону «духов» хоть вас всячески и склоняли, может быть пора попробовать пойти дальше и дать им здесь настоящий бой? Повторяю, я не один. Есть мощная группа поддержки, есть транспорт и окно на границе. Нам нужно только организованно вырваться за пределы этого лагеря, а там будет помощь.

— Кто ты? — Наконец спрашивает меня Самуров, повторяя вопрос прозвучавший в самом начале знакомства.

— Мой позывной Отморозок, — отвечаю не отводя взгляда от пронзительных голубых глаз лейтенанта,— и я тот, кому поручили вывести всех вас отсюда. Но без вашей помощи ничего не получится. Вы здесь давно, освоились и знаете распорядок и правила. Значит, можете помочь скорректировать план. Уходить надо всем вместе и по возможности громко, чтобы это запомнилось тем, кто вас здесь держал все эти годы.

Глава 14

— Отморозок появился в крепости. Наш агент дал сигнал о появлении в лагере нового пленного по описанию подходящего под Костылева. По полученной информации, он уже выходит на работы вместе с остальными советскими военнопленными и подал сигнал о том, что у него все в порядке, и он приступил к работе.

На лице Виктора Петровича играет довольная улыбка. И это понятно. Ожидалось, что путь Отморозка до крепости займет максимум две недели, но в реальности, время увеличилось почти до месяца и это заставило всех поволноваться. Наличие инициатора и руководителя восстания внутри самой крепости — ключ к успеху операции. Без этого ничего даже не начнется. Точней, восстание может произойти спонтанно, по инициативе самих заключенных, но тогда нет никакой возможности предугадать когда это будет, и будет ли вообще, а значит нет возможности оказать действенную поддержку. Без помощи извне, небольшая группа заключенных внутри лагеря набитого моджахедами и иностранными инструкторами, обречена.

Лица остальных офицеров, допущенных к операции тоже озарили улыбки. Первая контрольная точка очень сложного пути пройдена, нужно запускать остальные механизмы. Вторая точка — заброска в лагерь беженцев группы поддержки, которая сейчас проходит интенсивную подготовку на базе Асадабада. Окно на границе с Пакистаном уже готово. Документы и легенда тоже. На той стороне группу встретят и проведут безопасными путями в Бадабер. В огромном лагере, который занимает больше пятидесяти гектаров площади, при наличии подготовленной базы, можно затеряться среди десятков тысяч людей, сорванных войной со своих привычных мест жительства.

— Сергей Родионович — генерал майор обращается к майору Корнееву — Доложите о ходе подготовки операции по освобождению пленных в лагере.

— По первоначальному плану, Отморозку понадобится от месяца до трех, чтобы организовать и сплотить наших пленных. Группа поддержки должна быть на месте в лагере уже в течение недели. За несколько дней до выступления, Отморозком будет подан оговоренный знак, который будет замечен нашим агентом находящимся в лагере. В знаке будет зашифрован день восстания. С этого момента, все силы, включая наших разведчиков которые держат окно на границе, авиацию и прочие будут приведены в состояние полной боевой готовности. В день начала восстания, группа поддержки на двух грузовиках будет дежурить неподалеку от ворот, через которые должен будет быть осуществлен выход восставших. Обязанности группы: оказание поддержки при прорыве и вывоз пленных к точке перехода границы. В случае погони по просьбе командира группы беглецам будет оказана авиационная поддержка, задействованных в операции авиа-звеньев. У меня все.

— Отлично! Еще раз проинструктируйте наших людей перед выходом, чтобы в нужный момент, у них все отработало без сучка и задоринки. — благожелательно кивнул Виктор Петрович и показал глазами в потолок — Дипломатическое прикрытие операции нам будет организовано на самом верху, поэтому в средствах мы стесняться не будем. Там, наконец, решили щелкнуть Пакистан по носу за их участие в этом конфликте.

Солнце палит немилосердно. Сглатываю густую слюну и усилием вытягиваю ногу из вязкой глины и вновь погружаю ее туда же, потом повторяю действие другой ногой и так раз за разом в течении многих часов. Вместе с другими военнопленными я вымешиваю глину с песком и водой для изготовления примитивных грубых кирпичей. Глина добывается в карьерах неподалеку от лагеря и привозится сюда грузовиками. На добыче глины работают либо мужчины из беженцев проживающих в лагере, либо пленные афганцы под охраной. Советских пленных за пределы лагеря не вывозят. Опасаются побегов. Здесь внутри крепости нас легче нас контролировать и охранять.

При всей своей незамысловатости, работа по изготовлению кустарных кирпичей очень тяжелая и изматывающая. Сначала нужно замесить ногами достаточное количество глины, затем эту глину поместить в грубые деревянные формы по три кирпича в одной, потом загладить поверхность специальной палочкой и отнести тяжеленную форму на площадку для просушки кирпича. Там нужно аккуратно выбить сырые заготовки из форм, Насыпать внутрь опустевшей формы сухого песка, чтобы глина не прилипала к стенкам и отправляться назад за следующей партией. Все это делается под палящим солнцем без всяких навесов или другой защиты. И если сырым кирпичам жаркое солнце только на пользу, то для нас оно сейчас скорее враг чем друг. Сушка только что вылепленных кирпичей длится несколько дней, после чего они проходят дополнительный обжиг в примитивных печах, чтобы окончательно схватиться и не размокать от воды. В результате, кирпич получается, конечно, говеный, но для строительства мазанок и заборов вполне пойдет.

Кормят нас отвратительно, в основном черствыми лепешками, вареными бобами типа нута и грязной мелкой фасоли, но даже такой еды дают очень мало. Хорошо хоть поят вволю, иначе на такой иссушающей жаре, мы бы не вывезли эту работу и давно протянули ноги. Разговоры между пленными запрещены, за этим следят слоняющиеся по площадке «духи». За любое слово можно получить несколько плетей. Поэтому пленные общаются между собой жестами и короткими фразами, которые тихо шепчут, когда надзирателей с плетьми нет рядом. Плетей можно получить не только за разговоры но и за любое неповиновение, непочтительность или просто, по причине плохого настроения надсмотрщика. Я уже несколько раз нарывался на обжигающие и рвущие кожу удары. Неприятно, конечно, но пережить можно.

По началу, после порции плетей, ярость мгновенно затапливала мою голову, хотелось вырвать эту плеть и затолкать ее прямо в глотку улыбающемуся ублюдку, но нельзя сейчас давать выход этой ярости. Это все сорвет. Наоборот, для выполнения главной цели, я должен показать покорность и смиренно принять удары. Успокаиваю себя мыслями, что это тоже тренировка моего терпения и смирения, которых мне по жизни часто не хватает. В конце концов, можно принять надсмотрщика не за живого человека, а за явление природы, типа урагана или цунами. Обижаться и злиться на него нет смысла, это все равно, что обижаться на стену, в которую ты по неосторожности врезался плечом. Так то оно так, но при случае, я не премину припомнить этим гадам каждый из полученных ударов, рассчитавшись разом за все.