Северная корона - Георгий Реймерс

Эфовцы не догадывались, что под грубоватой внешностью их товарища скрывается чуткая душа, способная на самые возвышенные порывы, а в его широкой груди бьется сердце, которое может любить нежно и преданно.

Прохор зажмурился и словно опять увидел Лоэму, но не надменно-горделивой, как при первой встрече, и не приветливо-ласковым видением, представшим перед ним в затемненной комнате. Провожая их в путь на Дену, Лоэма была задумчивой, молчаливой. Ее глаза затуманились печалью, когда она, как бы невзначай, прикоснулась к его руке…

Прохор с силой ударил кулаком по каменистой почве. Какого же черта он тогда смалодушничал и не заговорил с ней! Какая непростительная промашка!.. Однако дело поправимое. На обратном пути Ниру не минуют. Подойду к Лоэме и скажу, что тоже решил остаться на Лоне. Оставят, никуда не денутся. Котелок, однако, варит, освою все их премудрости не хуже Игоря.

— Вот ведь плотность атмосферы какая, а кислорода почти нет, — проворчал Лева, поеживаясь под бешеными ударами ветра. — Наверное, растительности здесь маловато.

— А ты ее хоть сколько-нибудь тут видел? — недовольно спросил оторванный от своих дум Прохор.

— Видел, на твоей небритой физиономии.

Небольшой ходолет опустился невдалеке.

— Садитесь, — раздался голос Игоря.

Преодолевая сопротивление ветра, Прохор и уцепившийся за него Лева подошли к изящной каплевидной машине и сели позади Игоря и Аолы. Захлопнулась верхняя герметичная крышка. В кабину начал поступать кислород. Вспыхнул белый сигнальный глазок, теперь можно было снять изрядно надоевшие гермошлемы.

Эон включил двигатели. Ходолет вздрогнул, взмыл и, покачиваясь от порывов ветра, полетел низко над поверхностью планеты. Проплыл стороной и утонул в пыльной мгле рудный карьер с неутомимо работающими машинами, завод, космодром… Потянулась выжженная мертвая пустыня. Унылые бугры, выступы обветренных ржавых скал, растрескавшаяся почва… и камни: черные от пустынного загара, медно-красные, серо-зеленые, бурые с прожилками белого минерала; беспорядочно разбросанные, нагроможденные в бесформенные груды, лежащие на поверхности и полузасыпанные песком… И везде только камни. Окаменевший мир, лишенный жизни, влаги, разрушаемый неутомимым упорством ветров.

— Куда летим? — наклонись к Игорю, спросил Прохор.

— В экваториальную зону, а потом — в другое полушарие.

— Значит, будет еще жарче?

— Нет. Здесь, на полюсе, самое жаркое место. Он постоянно обращен к Зеленой.

«Ишь ведь, все успел узнать! Уж этот зря время не потеряет», — подумал сибиряк.

Тем временем буря усилилась. Поверхность планеты закрыло желто-красной пеленой пыли. Машину стало подбрасывать и трепать. Эон взял управление. Взревела реактивная струя — ходолет взвился в верхние слои атмосферы и, набирая скорость, помчался к экваториальной зоне.

После посадки ходолета в средней широте противоположного полушария Эон предупредил людей, чтобы они были осторожны. Дена еще как следует не изучена, и могут встретиться любые неожиданности.

Но, всегда чем-нибудь увлекающийся, Игорь быстро забыл предостережение. Бродя в поисках интересного, он увидел в низинке множество почковатых, похожих на кактусы, растений с плотными кожистыми листьями. Они тесно сгруппировались на склоне, освещенном заходящей Оранжевой, и выглядели в ее лучах почти черными. Игорь с удивлением заметил, что растения, пошевеливая листьями, переползают вслед за лучами опускающегося к горизонту светила. Медленно двигаясь, они постепенно выбрались из низины на верхнюю часть склона.

Игорь решил дождаться, что же будет дальше. Но вот Оранжевая закатилась. Странные кактусы быстро побелели. Потом, как по команде, сложили листья и, приняв шарообразную форму, скатились на дно низины.

— Вот здорово! — подивился Игорь. — Какая приспособляемость к суровым условиям! Они буквально ловят каждую калорию тепла, отсюда и перемена окраски и изменение формы.

Он подошел к одному из шаров и легонько толкнул его носком сапога. Шар немного самортизировал, но не двинулся с места. Игорь толкнул сильнее результат тот же. Тогда он присел и при свете головного фонаря увидел, что шар плотно прилип к шершавому камню. Все попытки отодрать какой-нибудь из шаров не привели ни к чему.

Начало быстро темнеть. Игорь услышал, как переговариваются по рации его друзья, и выбрался из низины, чтобы идти к ним, но тут заметил какое-то животное размером с кошку. Оно вылезло из расщелины каменистой гряды и медленно ползло. Игорь выждал, пока животное отползет подальше от щели, а потом подбежал к нему. Зверек остановился. Игорь направил на него луч фонарика. Перед ним, приподнявшись на шести лапах, стоял маленький злобный ящер. Он выгнул усаженную шипами спину и, размахивая коротким толстым хвостом, грозно скалил острые клыки. Под шлемом Игорь не слышал, какие звуки издает это существо. Он уменьшил до минимума громкость переговорной рации и включил наружный микрофон. Раздалось утробное ворчание и сухой треск. Ящер выгнулся еще больше, его три больших глаза засверкали желтым блеском. Широко разинув непомерно большую зубастую пасть, он двинулся вперед.

Игорь был не из пугливых. Рассчитывая на неуязвимость скафандра, он подождал, пока животное приблизится, потом быстро присел и схватил его обеими руками.

Пш-ш!

Из пасти ящера вылетела черная струя и ударила прямо в лицевое стекло шлема. Сразу стало темно. От неожиданности Игорь разжал правую руку и инстинктивно прикрыл лицо. Скрипнули по перчатке острые зубы. Ящер рванулся и выскользнул.

Ослепленный, Игорь пошарил вокруг себя. Никого нет. Быстро протерев лицевое стекло, он успел заметить, что ящер юркнул в расщелину.

— Игорь, где ты? — раздался чуть слышный голос Аолы.

— Сейчас иду! — откликнулся он, а сам бросился за животным.

Расщелина была довольно широкой, а медлительный ящер не мог далеко уйти. Охваченный охотничьим азартом, Игорь полез вслед за ним, но скоро запутался в лабиринте подпочвенных ходов. Тогда уже стало не до ящера, который как в воду канул, нужно было выбираться наружу. Игорь долго лазал в поисках выхода. Болели руки и ноги, ныла спина. Игорь решил отдохнуть и обдумать, как лучше выбраться из этой норы. Он перевернулся на спину, чтобы успокоиться, собраться с мыслями, и тут заметил над собой блестящую искорку, вторую… Звезды! Выход!

— Наконец-то! — Игорь с трудом протискался между скальными выступами и вылез из узкой расщелины. Темнота, как в безлунную ночь, только звезды. Да, здесь совсем не то, что на освещенном полушарии или на экваторе, где Зеленая ходит по кругу, то ныряя за горизонт, то наполовину показываясь. Она там почти не греет, зато Оранжевая днем припекает, особенно когда в зените.