Эпоха великих открытий. I период: до середины XVI века - Иосиф Магидович

Открытие Прекордильер

Кабот вернулся в устье Ла-Платы в конце сентября 1529 г. Почти весь гарнизон форта был уничтожен индейцами, однако серебряная лихорадка не отпускала его, и в октябре 1529 г. на поиски драгоценных металлов он послал группу из 14 человек во главе с Франсиско Цезарем, возвратившимся через три месяца. С именем этого испанского конкистадора связана легенда о мифической «земле Цезарей», сказочно богатой стране с многочисленным населением. Но где она находилась? Некоторые историко-географы помещают её в Андах (севернее 28° ю. ш.) и даже у Южного тропика, другие – в верховьях реки Лимай (у 41° ю. ш.). Проделать такое длительное путешествие (порядка 1200 км в северо-западном или юго-западном направлении) и вернуться за три месяца просто невозможно физически.

Более правдоподобно выглядит третья версия похода: Цезарь проследовал к северо-западу через Пампу и поднялся на открытую им почти меридиональную цепь Сьеррас-де-Кордова (длина около 500 км, высота до 2884 м). С одной из вершин он, по его словам, увидел оба океана. Скорее всего, это были бессточное солёное озеро Мар-Чикита (2 тыс. кв. км) и солончак Салинас-Грандес. Затем испанцы прошли вдоль большей части западного склона этого глыбового поднятия, входящего в группу Пампинских сьерр, и первыми из европейцев достигли густонаселённого района у подножия центральной части Прекордильер [146] . Местный царёк радушно принял пришельцев и через некоторое время отпустил их с богатыми дарами. После возвращения Цезаря в форт Кабот принял решение завершить экспедицию.

Когда он прибыл в Испанию (июль 1530 г.), реку Парану стали называть Рио-де-Ла-Плата («Серебряная река») [147] ; топоним сохранился только за общим устьем Параны и Уругвая, одним из крупнейших на Земле эстуариев. Свои открытия в Южной Америке Кабот отразил на карте, опубликованной в 1544 г.

Поиски «Серебряной горы»

Португальский король Жуан III, видимо, обеспокоенный активностью испанцев в районе Ла-Платы, отправил в 1531 г. флотилию из пяти судов под командой Мартина Афонсу Соузы для основания колонии. Тот дошёл лишь до 24° ю. ш., высадился на побережье и 22 мая 1532 г. заложил первую в Бразилии плантацию сахарного тростника, а позднее у Южного тропика – посёлок Вилла-ди-Пиратининта (один из первоначальных центров города Сан-Паулу [148] ). Вероятно, в конце 1532 г. на поиски владений Белого царя и «Серебряной горы» Соуза послал отряд во главе с Перу Лобу. Португальцы прошли маршрутом Гарсиа до Параны; на её берегах все 80 человек были убиты индейцами.

На «Серебряную реку» в 1535 г. на 11 судах из Испании направилась большая экспедиция Педро де Мендосы, оплаченная в основном им самим. В начале января 1536 г. она вошла в Ла-Плату, и сразу же выяснилось, что форты, поставленные Каботом, разрушены индейцами. 22 января 1536 г. на западном берегу Ла-Платы, к югу от дельты Параны, Мендоса основал город Буэнос-Айрес [149] . Вскоре начался голод, и смертность приняла угрожающие размеры: из 2650 человек (по другим источникам, от 1200 до 1500), отплывших из Испании, в живых осталось лишь 560; среди испанцев отмечались случаи каннибализма. Отправленный на поиски «Серебряной горы» вверх по Паране и Парагваю крупный (400 человек) отряд Хуана Айоласа на четырёх бригантинах поднялся до устья Пилькомайо, куда доходил С. Кабот, а в конце 1536 г. проник ещё выше – к 19° ю. ш., проследив около 1000 км течения Парагвая. Во время плавания умерло более 50 солдат. 2 февраля 1537 г. в южной части открытой им крупной (более 200 тыс. кв. км) заболоченной низменности Пантанал, на реке Парагвай, Айолас построил форт, на месте которого впоследствии вырос город Корумба. Испанцы прибыли туда в период летних дождей [150] , когда регион был почти полностью затоплен.

В середине 1537 г. Айолас, вероятно, спустился по реке примерно до 21° ю. ш. и прошёл далеко на запад – возможно, к подножию Анд. Он открыл (вторично после А. Гарсиа) равнину Гран-Чако, через «светлые леса», т. е. сухое редколесье этой знойной, почти безлюдной области, вернулся к Парагваю и весной 1538 г. погиб почти со всеми спутниками в бою с индейцами. Один из его капитанов 15 августа 1537 г. основал город Асунсьон. Индейцы в районе Буэнос-Айреса также совершали постоянные набеги на город, и испанцы ушли оттуда, а перед уходом сожгли его (1541 г.); центром лаплатской конкисты стал Асунсьон. Буэнос-Айрес был восстановлен только в 1580 г.

Открытие Мату-Гросу

60-летний Альваро Нуньес Кавеса де Вака [151] , назначенный губернатором в Асунсьон после смерти Мендосы, избрал новый путь для проникновения в бассейн Ла-Платы. 29 марта 1541 г. с отрядом в 250 человек он высадился на берег Бразилии у 27°30′ ю. ш. и около семи месяцев затратил на сборы. 18 октября в сопровождении многочисленных индейцев-добровольцев Кавеса поднялся на южную часть Бразильского плоскогорья и, примерно повторив маршрут Гарсиа, пересёк её по долине Игуасу, причём в феврале 1542 г. открыл (вторично) водопад Игуасу.

Автограф Айоласа

Как и в Северной Америке, Кавеса устанавливал с индейцами дружеские отношения, и они снабжали испанцев продуктами. Вниз по Паране на плотах он отправил 30 больных с охраной, а остальных людей повёл от Игуасу прямо на запад и достиг Асунсьона 11 марта 1542 г. Здесь он провёл полтора года, а 8 сентября 1543 г. двинулся вверх по Парагваю на поиски «Серебряной горы» во главе крупного отряда – 400 испанцев, немцев и более 1000 индейцев на 10 лодках и 120 каноэ. Кавеса пересёк с юга на север болота Пантанал по всей длине (450 км), днём и ночью страдая от москитов и термитов, и в ноябре у 16° ю. ш. впервые поднялся на плато Мату-Гросу (западная часть Бразильского плоскогорья), открыв около 500 км течения Парагвая. Затем он спустился в форт у 19° ю. ш., где встретил индейцев, сопровождавших А. Гарсиа в его походе. По их указаниям он прошёл на запад к Андам, но, потеряв 60 человек от голода и болезней, а также в стычках с индейцами, вернулся в форт.

На север, вверх по Парагваю, он направил партию капитана Эрнандо Риверы. Тот достиг истоков Парагвая (у 14° ю. ш.), завершив открытие этого крупнейшего (2500 км) притока Параны, и 20 января 1544 г. возвратился с пустыми руками, но с известием, полученным от индейцев, о больших посёлках в 10 днях пути к западо-северо-западу. В них якобы живут только воинственные и отважные женщины, у которых много золота и серебра; управляет ими тоже женщина – так возникла лаплатская версия легенды об амазонках. В Асунсьон отряд Кавесы прибыл 8 апреля 1544 г.

Старшим офицером там оставался Доминго Мартинес Ирала, прибывший на Парагвай вместе с Айоласом и сам мечтавший о власти и богатстве. Воспользовавшись недовольством уцелевших солдат, он арестовал Кавесу (25 апреля 1544 г.) и в кандалах выслал в Испанию. Ирала сам начиная с 1537 г. не раз пытался отыскать «Серебряную гору» – и на путях Айоласа, и по Пилькомайо. По Паране он поднялся от водопадов Сети-Кедас на 600 км – к устью реки Тиете (1543 г.), а в начале 1548 г., неясно, каким путём, от Асунсьона, командуя крупным отрядом, прошёл на плоскогорье Пуна, к истокам Пилькомайо, где в апреле 1545 г. индеец Диего Гуальпа на склоне горы Путун-Си [152] (искажено испанцами в Потоси) открыл величайшее в мире месторождение серебра.

Незадолго до прихода туда Иралы, в декабре 1546 г., перуанские конкистадоры основали для эксплуатации месторождения одноимённый город, рудники которого более чем два века давали около половины мировой добычи серебра. Для переговоров с тихоокеанскими конкистадорами – с целью выяснения их позиции в отношении Потоси – Ирала направил в Лиму посольство Нуфрио Чавеса с тремя спутниками. В Асунсьон они вернулись с несколькими перуанскими офицерами и солдатами, посланными властями Лимы с инструкцией поссориться с Иралой, которому они не доверяли. Чавес, сопровождавший Кавесу в походе 1541 г. от Атлантического побережья, выполнил таким образом первое пересечение Южной Америки с юго-востока на северо-запад (по прямой это составило более 3,5 тыс. км).

Альваро Нуньес Кавеса

Ульрих Шмидль

После экспедиций 1524–1548 гг. испанцам стала известна нижняя и средняя Парана на протяжении 2,5 тыс. км и всё течение Парагвая; они открыли и пересекли в разных направлениях огромную (более 2 млн. кв. км) Лаплатскую низменность и первые поднялись на Мату-Гросу; на примере Игуасу, берущей начало на хребте Серра-ду-Мар, они доказали, что по крайней мере некоторые из левых притоков Параны начинаются очень близко от Атлантического океана, на западных склонах береговых серр (хребтов). Ход открытия и завоевания бассейна Параны описал баварец Ульрих Шмидль (он же Шмидт), участвовавший в 1534–1554 гг. в многочисленных походах испанцев, в том числе в экспедициях П. Мендосы, Айоласа и Иралы, по просторам Лаплатской низменности и Бразильскому плоскогорью. В 1567 г. он опубликовал отчёт об этих скитаниях под названием «Правдивая история одного чудесного плавания», выдержавший несколько изданий, последнее в 1992 г. на немецком языке. Работа содержит, в частности, первую этнографическую характеристику ряда индейских племён.