Отряд (Аш - Тайная история - 2) - Мэри Джентл

В туче искр Эвен Хью парировал удар меча первого из залезших и вонзил меч ему в ногу прямо под край его кольчуги. От нагрузки в два-три фунта коленная чашечка может лопнуть. Некогда было опознавать противника в лицо; это мог быть знакомый, а мог быть кто-то, нанятый Джоселином ван Мандером за те месяцы, что он ушел из Льва Лазоревого; противник рухнул как мешок, лицом вперед.

Движения Аш были ограничены крышей и балкой. Она протолкнула вперед древко своей секиры мимо Эвена, пока он восстанавливал равновесие. И зацепила загнутым краем лезвия за колено второго. И рванула, опираясь на расставленные ноги. Острый, как бритва, край топора зацепил колено человека, тот открыл рот в крике, когда разрезало его подколенное сухожилие. И рухнул, перекатился на спину и скорчился у передней стенки траверса. Эвен Хью вонзил в него меч под кольчугу, между ног и потянул вверх, в промежность.

Первый противник старался подняться, встал на одно колено, вторая нога волочилась, согнутая под неестественным углом. Слишком близкое расстояние. Аш бросила топор, правой рукой рванула из ножен кинжал и кинулась на него со спины.

Предплечьем она обхватила и зажала его шлем, развернула ему голову лицом к себе и воткнула лезвие в глаз, глубоко, до мозга.

Несмотря на шлем, несмотря на льющуюся кровь, крик и искаженное лицо, она успела его узнать: "Бартоломео Сен-Джон - заместитель Джоселина, я его знаю!"

Знала.

Что-то кричал Ансельм. На траверс ворвались две-три дюжины солдат в форме Льва, осторожно таща железные кухонные котлы на древках алебард. Первые двое опрокинули свои котлы, и белые облака пара заклубились в воздухе: кипящая вода хлынула вниз через отверстия и прошла насквозь через деревянные планки пола. Принесли еще котел - Генри Брант и Уот Родвей, неслышно посмеиваясь под шум боя, опрокинули горячий песок в ближайшее отверстие...

В ярде под ногами Аш раздались мужские вопли и крики; послышался распознаваемый треск осадной лестницы, обрушившейся под тяжестью впавших в панику солдат. Крики стали затихать, тела свободно падали в воздухе.

- Ну, дерьмо, командир, до чего близко они были! - прокричал Эвен ей в ухо, одной рукой поднимая ее на ноги.

Свободной рукой Аш схватила свой топор, вытащила его из-под трупа Бартоломео Сен-Джона. Она заметила, что у нее неуправляемо дрожали руки; такая дрожь наступает, когда сильно ранен. "Но я-то невредима, это на мне не моя кровь!"

Она подняла голову. Ансельма она не видела, но слышала, как он и ее сержанты отдают приказания на стену. "Значит, он это сделал, мы держимся!"

- Эвен, посылай гонца! В Боковую башню, и прямо сейчас. Какого хрена бургундцы делают тут наверху? Нам нужен прикрывающий огонь! Что это они подпустили готов прямо к подножию стены!

Один из оруженосцев Эвена ринулся вниз с траверса, снова пролетел по парапету и исчез в направлении ближайшей башни. "Сможем ли мы долго удерживаться на всем протяжении, от Боковой башни до Белой башни?"

Аш двинулась назад, обошла ограждение и вышла на стену. Теперь она видела только спины своих людей; около сотни - синяя с желтым форма Льва в основном; немного красных курток бургундцев. Дальше по стене траверсы горели, и поэтому их рубили; она видела блеск мечей, топоров; видела, как алебардами захватывают лестницы сверху - да уж не до тонкостей; люди рассредоточились вдоль парапетной стенки и сбрасывают вниз на осадные лестницы все, что можно.

Прибежал Роберт Ансельм, грохоча доспехами и шумно отдуваясь.

- Я послал своих копьеносцев к башне, пусть вложат немного ума бургундским пушкарям!

- Молодец! Мы их тут обратили в бегство, Роберт!

С неба со свистом летело что-то яркое и шумное, ветер раздувал пламя. Зловоние этого пламени насторожило ее.

Греческий огонь!

О Боже милостивый, они готовы и своих поджечь, ради того, чтобы нас достать, им просто наплевать даже на своих!

Она отпрянула назад, к внутреннему парапету стены, таща за собой Роберта и громко приказывая: "Назад! Все от стен! Всем отойти от стен!"

Огонь попал на стену и зашипел, разбрызгивая искры.

И через секунду занялись ближайшие траверсы. Она видела, как ползет вширь и разбрызгивается жирное пламя. Кто-то вскрикнул тонким голосом. Нет смысла заливать водой...

- Рубить ограждения! - приказала она, размахивая топором во все стороны, отсекая балки-подпорки, и отступила, когда этим занялись еще трое копьеносцев.

По камням с криком каталась охваченная греческим огнем почерневшая фигура, распространяя зловоние горящего тела. Аш узнала красные рейтузы и коричневую на подкладке куртку, и курчавые волосы под расплавляющейся сталью шлема; Людмила Ростовная, половина ее туловища и одна рука охвачены студенистой горящей массой.

- Томас Тиддер! - громко позвал Ансельм. Парень прибежал со своей пожарной командой сверху, со стены, из кожаных ведер осыпали женщину песком, соскребли с нее горящее вещество. Аш заметила, что при этом у них пальцы стали красными.

- В сторону! - мимо Аш промчалась Флора дель Гиз, ее команда тащила носилки.

Траверс трещал, качался; и с треском рухнул. Горящие обломки дерева разлетелись по воздуху.

Аш опять пошла к передней стенке. Под собой она увидела, как опрокидываются осадные лестницы, как солдаты с криками сыплются с них. По двадцать - тридцать человек грузно шлепались на неровную землю у подножия городской стены. Визиготские рабы - без снаряжения, без оружия - бегали вокруг по откосам и стремглав кидались вперед, поднимали и уносили потерпевших с переломанными конечностями.

За то время, что она наблюдала, один светловолосый раб упал, пронзенный стрелой. В нескольких ярдах от него солдат в форме с полумесяцем опустился на колени возле другого, у которого была переломана спина, кинжалом нанес ему удар милосердия и побежал дальше, оставив живым дергающегося в конвульсиях пронзенного стрелой раба.

Аш подняла голову, взглянула на Боковую башню. Стрелки из луков и арбалетов пробегали мимо к разбитым амбразурам и отверстиям для стрел; некоторые уэльские стрелки из больших луков небрежно стреляли через зубцы.

Прилетела еще одна стрела с греческим огнем, упала дальше вдоль стены.

- Давай. Выводи эту машину! - неслышно прошептала Аш.

Чтобы лучше видеть, она ухватилась за края парапетной стенки. Под бледным ноябрьским солнцем, отсвечивая белым, вращались четыре резные каменные лапы. Четыре резные мраморные чаши на каменных балках, похожие на чаши баллисты, вращались вокруг каменного стержня. Ни солдата, ни раба не было в нескольких ярдах от этого сооружения, кто же его вращал?.. Аш следила, как оно вращалось само по себе, как голем.